Пропавшие души - Ава Рид

себя, закрыв глаза и опустив голову, чтобы прилила кровь. Трудно дышать через нос, и я бы выругался, будь у меня силы.

Голова кружится. Немного тошнит, но не настолько, чтобы свело живот.

Господи, что же такое… Я взрослый мужчина, врач, а не пятилетний мальчик. Мне скоро тридцать! Я не должен принимать происходящее так близко к сердцу. Я ведь прекрасно понимаю, что смерть – это часть жизни. В конце концов, в больнице много пациентов, и некоторые из них умирают. Прежде никогда не переживал из-за этого, а потом со мной произошел несчастный случай. Но я выжил. Да, был на грани смерти, но не умер. Конец истории.

Почему же слова мистера Джуна задевают меня за живое? Почему он продолжает говорить об этом? Почему вообще беспокоится обо мне? У меня все хорошо. Будет хорошо…

Тихо застонав, выпрямляюсь, чувствуя, как голова пульсирует в области лба. Давление пришло в норму, а значит, пора возвращаться к работе. Я медленно поднимаюсь и, сделав глубокий вдох, выхожу из кабинки. Остановившись у раковины, брызгаю водой себе в лицо и хлопаю по щекам, чтобы улучшить кровообращение. Я бледный, как проклятое привидение.

«Мне повезло, что никто не видел, как меня тут перекрутило», – думаю, открывая дверь.

– Спасибо за помощь, я…

Проклятье. Вот и закончилось мое везение. Оказавшись в коридоре, врезаюсь в Сьерру, которая выходит из комнаты отдыха. Она вскидывает руки, чтобы смягчить удар, и упирается ладонями мне в грудь, а я хватаю ее за талию, чтобы не дать упасть.

Я каждой клеточкой ощущаю прикосновение Сьерры, и когда наши взгляды встречаются, мне хочется нахально усмехнуться и сказать что-то вроде: «Вот что бывает, когда не смотришь, куда идешь, дорогая». Сьерра бы ответила сердитым взглядом, не подозревая, как очаровательно выглядит. Мне часто кажется, что она сдерживается, контролирует свои чувства. Поэтому мне нравится, когда она теряет контроль и в ее глазах вспыхивает огонь. Нравится даже больше, чем ее сарказм и строптивость.

Но я не могу произнести ни слова, потому что, как бы нам ни хотелось забыть, тот вечер в баре все еще тяготеет над нами. Если бы вернуть те слова, уничтожить их… Но это невозможно, и я должен придумать другой способ все исправить.

Вглядываюсь в лицо Сьерры. Аккуратный нос, прекрасные глаза с бесконечно длинными ресницами, слегка приподнятые от удивления брови. Несколько прядей выбились из пучка и волнами спадают на лицо. Мы не двигаемся, и в этот момент я понимаю, что не сдамся. Не откажусь от Сьерры. Что бы ни случилось.

– Привет, Митч, – здоровается Мэйси. Ее слова словно возвращают Сьерру к жизни. Она резко убирает руки с моей груди. Ее реакция вызывает у меня искреннюю улыбку. Отпускаю Сьерру, и мне почти физически больно оттого, что она отстраняется. Оттого, что больше не смотрит на меня. Она шарахается в сторону, как олень, в последнюю секунду осознавший, что ослепляющий свет фар представляет опасность.

– Мне пора, – бормочет она, машет Мэйси и исчезает так быстро, что я не успеваю среагировать.

Миерда. Не хочу, чтобы все было так. Я не угроза гибели. Мне хочется стать светом, который поможет Сьерре найти путь.

– Ты в порядке? – осторожно спрашивает Мэйси, пока я смотрю Сьерре вслед, сжав зубы так, что челюсть ноет.

– Лучше не бывает, – заявляю я, но мы оба знаем, что это ложь. Как бы то ни было, Мэйси не пристает с вопросами. Для этого она слишком тактична и недостаточно прямолинейна.

– Хорошо, эм-м… Мне тоже пора. Увидимся позже, наверное.

– Мэйси, постой!

Она дружелюбно смотрит на меня сквозь очки, сегодня – в классической черной оправе.

– За что Сьерра тебя поблагодарила?

Она не ожидала этого вопроса: ее губы складываются в удивленное «О», а глаза расширяются. Но она отвечает:

– Речь шла в переезде. Я спросила, не нужны ли Сьерре коробки для вещей. Я заказала слишком много. Джейн уже взяла у меня несколько штук. Сьерра попросила, чтобы я оставила коробки в понедельник в квартире.

– Разве ей не нужно собраться заранее? – спрашиваю скорее себя, чем Мэйси, которая пожимает плечами.

– Сьерра сказала, что успеет. После работы она съездит домой и все упакует. А почему ты спрашиваешь?

– Просто так, – бормочу я задумчиво. Еще одна ложь, и по взгляду Мэйси и улыбке, появившейся у нее на губах, видно, что она прекрасно это понимает. Она медленно кивает и прощается.

Позже я спрошу у Мэйси их новый адрес – хочу помочь Сьерре с переездом. Никто не любит таскать вещи в одиночку, и, если правильно понял, у них в понедельник разные смены, а значит, они не смогут друг другу помочь. У меня, как и у Сьерры, утреннее дежурство. К тому же я хочу ее увидеть. Больше, чем на две минуты во время работы. И подальше от «Уайтстоуна» или темного бара. В месте, где мы можем быть просто Сьеррой и Митчем. Ни больше и ни меньше.

Глава 30. Сьерра

– Ривера, почему сегодня я постоянно встречаю тебя? Тебе что, нечем заняться?

Как же бесит! Лучше бы я дежурила в неотложке, но нет, сегодня моя смена в стационаре. Короткая передышка была во время единственной операции, как бы странно это ни звучало, и я ей искренне благодарна.

В стационаре избегать Митча сложно. Радует только то, что мое дежурство совпало со сменами Гранта и Лоры, которая в данный момент морщится, держась руками за живот, и опирается на стойку.

– Боже, почему мне так больно…

– Что это с ней? – спрашивает Митч. То, как умело он игнорирует мой вопрос, заставляет меня яриться еще больше.

– Обычное дело, что тебя удивляет? – как ни в чем не бывало отвечает Грант, не отрываясь от документов. Сегодня у него явно рабочее настроение. Возможно, это связано с тем, что он заступил на дежурство лишь час назад, когда наша с Лорой смена была в разгаре. А может, он хочет выполнить план минимум прежде, чем предаться мечтам о Мэйси.

Такие шутливые разговоры-перепалки во время дежурства – моменты передышки. Короткие, редко больше трех-четырех минут, но подзаряжают нас на несколько часов. Без них было бы сложно. Так мы знаем, что у коллег тоже случаются плохие дни, что, как и мы, они выматываются и не знают, что делать. Правда, сегодня мне не стоит задерживаться. Надеюсь, что прямо сейчас не привезут экстренного больного, которому нужна срочная операция, и я смогу уйти домой. Чтобы собраться до того, как мама вернется с работы. Не то