Красавица без сердца (СИ) - Романова Архелая

Рада хищно улыбнулась, и продолжила:

— Долго он не продержался. Через месяц развелся, и мы стали жить вместе. План по покорению его сердца, кстати, целиком и полностью разработан Альбой. Вот такая у нас примерная Альбина, хорошая и порядочная женщина.

— И для чего все это? — нахмурилась я. — Ты стала женой Ивана Поликарповича, а Альбине-то что с того?

Рада облизнула губы, отпила еще немного чая, и уставилась на меня тяжелым взглядом.

— Неужто не понимаешь? Во-первых, деньги. Ваня мне карту выдал, каждый месяц на нее штук сто клал. Половину я Альбине отдавала. Во-вторых, каждый день я ему на мозги капала, рассказывая, какая Альба хорошая да милая. Идея с завещанием тоже Альбине принадлежит, ну, а исполнителем я была. Полгода вела разговоры о том, что надо бы завещание составить, Альбину наследницей сделать… Ну, не Кристине же все оставлять, она маленькая еще. А вот так умрет Иван без завещания, остальные родственники как стервятники налетят…

Я ошеломленно хлопала ресницами, понимая, что последует дальше.

— Мы сразу договорились долго не ждать, — монотонно продолжала Рада. — Два-три года максимум, а затем отправить Ивана на тот свет. Я, если честно, и столько ждать не хотела — время-то идет, молодость исчезает, а когда Антона встретила, сразу поняла… Надо сейчас действовать.

— Зачем нужен был этот план с завещанием? По закону бы все досталось тебе, — не выдержала я.

Рада покачала головой.

— Делиться бы в любом случае пришлось. И Альбине такой расклад не нравился. Она боялась, что я все денежки заберу, и ее с носом оставлю. К тому же убить Ивана должна была я, и поэтому мы решили подстраховаться. Если наследницей станет Альбина, значит, мотива для убийства у меня не будет. Вот так.

— Хотели отвести подозрения, — пробормотала я, и поморщилась. Ну что за две дуры? Рада была бы первой подозреваемой в любом случае, да и Альбину бы стороной не обошли. Идиотки, ей-Богу.

— Как только с завещанием мы разобрались, пришла еще одна благая весть, — заявила Рада. — Врач сказал, что у Вани проблемы с сердцем.

Да уж, благая. Очевидно, Рада вообще не понимала, что несет, но поправлять я ее не стала. Хотя, в ее случае, очевидно, весть о болезни супруга была действительно хорошей новостью.

— Сначала мы планировали его отравить, но…Эта тварь… Жадная дрянь, ей всегда мало было!

Рада закашлялась, схватила чашку, и, жадно опустошив ее содержимое, вытерла рот тыльной стороной ладони. Я ждала, пока она придет в себя.

Выдохнув, Рада зло сказала:

— Альбина была эгоистичным, лживым существом. И, когда она узнала о нас с Антоном, то позавидовала. Он был ей не нужен, понимаешь? Просто нравилось показывать мне свое превосходство. Она была главной в нашем тандеме, руководительницей. И Антона она соблазнила только поэтому. Когда я узнала… Я была вне себя от ненависти и злобы. Приехала в салон, и направилась к ней. Она, конечно, не ждала меня… Протирала свои подоконники. У нее вообще была фобия какая-то, все время что-то чистить… Больная на голову. И я спросила прямо: ты спишь с Антоном? Она даже отрицать не стала. Рассмеялась мне в лицо, мол, да, и что ты мне сделаешь? И я… Я растерялась. Я ее так ненавидела в тот момент… Она все смеялась, и смеялась, потом согнулась от хохота — так ей было смешно, этой твари, и я не выдержала… Шагнула и толкнула ее… Она даже не поняла, что случилось. Мне кажется, она…

Рада замолчала, кусая губы. Я тоже сидела тихо, не зная, что сказать. Только что Радочка призналась мне в убийстве, но почему-то сейчас мне было совсем не жаль Альбину. Можете считать меня плохим человеком, но я не испытывала сочувствия ни к кому из участников этой истории.

— Оставался еще Иван, — решилась закончить свое признание Рада. — И тогда я решила избавиться от него очень хитрым способом. Я знала, что Кристина влюблена в Антона, и бегает к нему по ночам. Он ей от ворот поворот, а она снова к нему… Я, конечно, в восторге не была, но кое-как терпела ее поведение. Девчонка должна была оставаться в доме, поскольку я собиралась свалить ответственность за смерть Вани на нее. И Тоша меня уверил, что он уже всячески от Кристины скрывается, и видеть ее не может…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я еле подавила смех. Ну-ну, конечно. Так уж прямо и скрывался он от нее.

— Я попросила Тошу внушить этой мелкой дряни важную мысль о том, что отца нужно наказать. И подсказала, как это сделать. Антон, конечно, ничего не понял, — с нежностью протянула Рада, — он у меня такой добрый и невнимательный. Изначально я хотела, чтобы Кристина испугала отца, и тот умер… А она придумала даже более гениальный план — якобы дух Альбины восстал и пришел мстить. Надо сказать, что в первую ночь я чуть сама не умерла со страху, а потом до меня дошло. В общем, оставалось надеяться, что Ваня не переживет подобной нервотрепки… Но он, как назло, оказался крепким, позвал вас в дом…

— Да уж, вот негодяй, — ехидно прокомментировала я.

Рада кинула на меня злой взгляд.

— Лучше помолчи! Нет, ну каким идиотом надо быть, что позвать в дом охотника на призраков? Идиотизм. И мне пришлось делать вид, что я во все это верю!

— Если тебя это утешит, то мне тоже приходится делать вид, что я в это верю, — кивнула я. — Лучше скажи-ка, нападение на меня — твоих рук дело?

Рада поджала губы, и неохотно призналась:

— Ну, да. А что мне оставалось делать?

«Нет, ну и эта туда же», — мысленно простонала я, чувствуя, как ломит виски. Конечно, что же еще делать, кроме как не попытаться убить меня? Гениальный ход, ничего не скажешь.

— Я не хотела тебя убивать. Попросила просто избить, чтобы ты в больнице оказалась. Нечего совать свой нос не в свои дела, — озлобленно рявкнула Рада. — Когда ты про костюм у меня начала спрашивать, я все поняла. И не надо тут прикидываться оскорбленной невинностью — ты всюду рыскала, допрашивала, к Раисе Степановне наведывалась! Да-да, она мне все рассказала. И про первый визит, и про второй. Я сразу поняла, что от тебя нужно избавиться, пока ты до правды не докопалась. Думала, что если тебя на больничную койку отправят…

— А второй раз? Тоже ты?

Рада кивнула, и вслух заметила:

— Надо признать, что мне попались идиоты, а не мужики. Что один, что второй… Я съездила в свое село, дала денег мужику одному… Он из тюрьмы вернулся, деньги нужны были. Обещал все как надо сделать. Да уж, сделал. Брехло несчастное…

Рада фыркнула, и уставилась на меня нагло.

— Ты хоть понимаешь, что тебя дальше ждет? — мирно спросила я, решив не обижаться на Радочку. Что с нее взять — мне казалось, что она до конца не осознавала, что делала. Просто эгоистичный избалованный ребенок, который думает, что ему все сойдет с рук. Никакого раскаяния или чувства вины я не увидела, поэтому и взывать к ее совести не стала. Подозреваю, что она давно уже испарилась, если вообще она у нее была, эта самая совесть. К тому же меня уже стало подташнивать от признаний Семеницкой.

Рада вдруг подалась вперед, с улыбкой глядя на меня.

— А что меня ждет? Полиция, наручники, тюрьма? — насмешливо поинтересовалась она.

— Нет, почесть и похвала, — буркнула я, теряя терпение. — Ты что, совсем тупая?

— Нет, Лиза, — Рада покачала головой, растянув губы, — это не я глупая, а ты. Как тебе мой чай?

Несколько секунд я смотрела на нее, осмысливая сказанное. Потом бросила взгляд на свою чашку с чаем — в ней оставалась ровно половина напитка. И изумленно приоткрыла рот, осознавая…

Должно быть, выглядела я действительно глупо, потому что Рада хихикнула, и визгливо прощебетала:

— Да, верно, Лиза. Чай отравлен. А ты думаешь, я тут перед тобой распиналась, чтобы покаяться? Нет, я ждала, пока яд подействует.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Не в силах вдохнуть, я ухватилась рукой за стол, в панике оглядываясь по сторонам. Клим же должен был слушать нашу беседу, он должен был обратить на это внимание…

— Плохо, да? — участливо спросила Рада. — Ничего, еще немного — и ты потеряешь сознание.

«Дрянь», — хотела сказать я, но вместо этого безуспешно открывала рот, издавая нечленораздельные звуки.