Когда не нужны слова - Ли Бристол

В тот вечер на ней было платье из темно-розового шелка с весьма смелым декольте. Ее миниатюрная талия подчеркивалась светло-розовым атласным поясом, а юбку в форме колокольчика украшали три ряда воланов того же цвета, красиво колыхавшиеся, когда она двигалась. Прелестную шейку обвивала двойная нитка жемчуга, такие же жемчужинки поблескивали в волосах, уложенных в изящную высокую прическу.

В одеянии скромного покроя темных тонов с высоким воротом и длинными рукавами она всегда выглядела невероятно соблазнительной, но в таком наряде, как в этот вечер, она была просто опасна. Эш не мог отвести от нее взгляд и следил за каждым движением изящной белой ручки, любовался нежной округлостью груди. «Уж эти женщины, — подумал он. — Им ничего не стоит превратить мужика в полного болвана». Но это была сладкая мука — именно то, что ему требовалось, чтобы развеять неприятное впечатление, оставшееся после встречи с Уинстоном.

Ей так хорошо удалось отвлечь его, что он на мгновение пришел в замешательство, когда она небрежно сказала:

— Я слышала, в городе сегодня что-то произошло? — Она жестом приказала убрать со стола и наполнить бокалы, а когда он не сразу ответил на ее вопрос, добавила: — Такая ужасная история с колесным мастером. Кто бы мог такое подумать?

— И не говорите, — согласился Эш, глядя в бокал с вином. Мадди, не получив желаемого ответа, улыбнулась и предложила ему пересесть на диван, пока убирают со стола.

— С удовольствием, — сказал он и, обойдя стол, помог Мадди подняться. Она тем временем обдумывала, что сказать дальше. Разумеется, информация, полученная от Дарси, не может быть ложной, но ее все-таки нужно было перепроверить. Теперь все зависело от того, узнает ли она правду от Эштона Киттериджа и готов ли он сообщить ей эту правду.

Она улыбнулась ему, и они вместе перешли в другой конец комнаты.

— Насколько мне известно, вы были там с сэром Найджелом, — небрежным тоном заметила она.

— Гм-м, да. — Эш чуть поморщился. — К моему большому сожалению. — В его голосе сквозила явная горечь и чувствовался гнев, который он безуспешно пытался скрыть. — Это была пародия на справедливость. Бедному парню оставалось несколько недель до окончания срока, и любой цивилизованный человек позволил бы ему отбыть свой срок — и поставить на том точку. Неужели такие жестокие наказания являются в этой стране обычным делом?

Мадди ответила не сразу. Она испытала огромное облегчение, но постаралась скрыть его, усаживаясь в кресло и поправляя складки юбки. Эштон уселся в кресло напротив, и она рассеянно улыбнулась ему, лихорадочно обдумывая полученную информацию.

Итак, все было не так плохо, как она думала. Киттеридж не был соратником Крысолова. Более того, он даже не одобрял его действия. Опасность, конечно, не миновала, но ситуацию еще можно было держать под контролем. Более того, Мадди уже давно заметила, что Эштон Киттеридж — человек отнюдь не злой. Да, он оставался ее врагом, он все еще был для нее опасен, однако не был безнадежно неисправим. Мадди и сама не знала, почему это так важно для нее.

И все же игра еще не закончилась.

Она заметила, что он ожидает ответа на свой вопрос, и пробормотала, не желая показаться слишком хорошо информированной:

— Чего не знаю, того не знаю. Но сэра Найджела я всегда считала человеком честным и справедливым.

— Это безобразное происшествие — не его рук дело, — коротко сказал Эш. Он предпочел бы поговорить о чем-нибудь другом, но ему хотелось выговориться, чтобы устранить неприятный осадок, который остался у него после встречи с Уинстоном. И он продолжил, пристально глядя в бокал: — Это был сюрприз, задуманный для нас двоих одним… — он помедлил, подбирая слово, — моим старым знакомым.

У Мадди неизвестно почему учащенно забилось сердце.

— Знакомым?

— Да, лордом Уинстоном из Суррея, что в Англии, презренным типом, вполне заслужившим свою отвратительную репутацию. Мы с ним очень давно знаем друг друга и всегда не ладили. Я надеялся, что связь с ним оборвалась навсегда, но кто бы мог подумать, что наши пути вновь пересекутся здесь, в Сиднее? Он подобен чуме, которая вновь дает вспышку именно тогда, когда вы думаете, что болезнь прошла.

Мадди так и замерла, услышав слово «Уинстон». У нее пересохло в горле, но она еле слышно переспросила онемевшими губами:

— Уинстон?

— Да, — сказал Эш, — Гидеон Финчли. Вы, наверное, знаете его под именем Крысолова. Насколько я понимаю, очень подходящее прозвище для такого, как он.

Мадди откинулась на обтянутую парчой спинку кресла и, несмотря на теплый вечер, зябко поежилась. Память услужливо перенесла ее в прошлое, и она, испуганная девочка-служанка, сжимающая в руке осколок стекла, оказалась в Вулфхейвене. Граф Уинстон, ангельское лицо которого искажено похотью, грубо прижимает ее к стене, задирает юбки, шарит руками по бедрам. Она в ужасе отчаянно сопротивляется. Потом кровь. Та ночь возникла перед ней во всех подробностях, а ведь она не вспоминала об этом семь лет. Оказывается, она ничего не забыла.

Могла ли она поверить, что человек, из-за которого она попала сюда много лет назад, забыл совершенное ею преступление? Возможно ли, что все эти годы он разыскивал ее по всему миру, чтобы удовлетворить свою жажду мести? Здравый смысл подсказывал ей, что это невозможно, но в ее памяти возникла еще одна картина: она сидит рядом с Кэлдером Бернсом в маленькой епископальной церкви и слушает, как пастор произносит цитату из Священного писания: «…и вас настигнет наказание за грехи ваши». Она тогда съежилась от страха: ей показалось, что черные глаза священника уставились прямо на нее и пригвоздили к месту. Она будто издалека увидела, как большая капля вина дрожа поползла по стенке бокала, запачкав ее руку, и шлепнулась ей на юбку.

Мадди вздрогнула и наконец очнулась, вновь остро ощутив присутствие Эша и его внимательный взгляд.

— Боже, какая я неуклюжая! — воскликнула она, пытаясь стряхнуть каплю с юбки. — Извините, придется мне взять салфетку…

Он проворно вскочил на ноги:

— Позвольте помочь вам.

— Не беспокойтесь, прошу вас… Я промокну пятнышко влажной салфеткой.

Она отошла к столу и принялась смачивать салфетку и оттирать пятно, надеясь, что ей удастся незаметно для него взять себя в руки. «И вас настигнет наказание за грехи ваши…» — без конца вспоминалось ей. Нет, было бы безумием думать, что всесильный лорд Уинстон, известный ныне как Крысолов, приехал сюда для того лишь, чтобы посчитаться с ней, но Мадди не могла уже отрицать, что ее судьбой манипулируют какие-то мистические силы, которые упорно загоняют ее в угол. Ее мир, который она с таким трудом построила своими руками, разваливался на глазах, как будто все это было частью какого-то грандиозного замысла, от которого не было спасения. Однако выход должен быть. Ей нужно использовать все средства, чтобы овладеть ситуацией, и начать следует с Эштона Киттериджа. Она непременно должна уехать в Роузвуд, потому что если Крысолов — вернее, лорд Уинстон, поежившись от страха, подумала она — уже добился успехов в своем расследовании, то он вскоре появится в «Кулабе» либо для сбора информации, либо для того, чтобы просто отдохнуть в самом популярном в городе клубе. И много ли осталось времени до того, как он ее узнает? К счастью, у Эштона, видимо, была не очень хорошая память, но у Уинстона есть более веская причина запомнить ее лицо и, следовательно, более веская причина причинить ей зло.