Совмещение реальностей - Владислав Глушков

Наконец момент настал, пора было спускаться и вступать в решающую битву, но он всё ещё медлил, выжидая, просто ему нужно было сохранить весь свой отряд. Но до бесконечности тянуть нельзя, когда то всё равно приходится принимать решение, и он его принял.

– Всё, господа пора, – Алексей, не оглядываясь, прыгнул на крутой склон, начиная спуск вниз к огню и смерти.

Оглядываться нельзя, так он решил для себя ещё очень давно, иначе можно встретиться глазами с теми, кто идёт за тобой, остановится, пожалеть и потерять. Потерять самых близких. В бою нет места жалости, есть расчетливость, рассудительность, всё, что угодно, но только не жалость, жалость это смерть, твоя или твоих товарищей, а смертей допустить нельзя. Только так можно пройти сквозь огонь и воду и привести домой всех живыми, пускай израненными, но живыми. И эти принципы всегда помогали ему в жизни. Его группы считались заговорёнными, из самых сложных передряг, они всегда выходили с минимальными потерями.

Как то оно будет сегодня? Этого не знал ни кто, и только он, Алексей, командир отряда знал, и верил, он как обычно, не оглядываясь, проведёт своих людей в самое пекло и выведет их живыми, живыми и по возможности невредимыми.

Цепляясь за редко растущие деревья, отряд почти кубарем катился вниз. Повезло только Имануилу, он ушёл с карниза пещеры в планирование и теперь заходил на посадку в месте предположительного выхода группы, подготавливая небольшой плацдарм, он выпустил несколько длинных струй пламени, уничтожив несколько десятков человеко-зверей. Внизу их встретили горы трупов, набитых лучниками за ночь, за ними шла небольшая полоска, свободная от врага на которой уже стоял крылатый. Друзья выстроились клином, на острие которого оставили Дракона и врубились в беспорядочную толпу варваров, направив основной удар на Тронную пещеру. До входа было около версты пространства, заполненного тлеющими трупами и дерущимися между собой варварами. Драконы и Павел сделали своё дело, и теперь отряд, прикрыв лица тканевыми повязками, врезался в эту толпу. От смрада горелого мяса, было трудно дышать. Клинки выскользнули из ножен, и сталь запела свою погребальную песню. Звери, занимавшиеся перед этим разборками с себе подобными, внезапно, увидев общую опасность, объединились и попытались привести свои ряды в боевой порядок. Но это им трудно удавалось. Не было общего руководства, да и вековые межплеменные распри то и дело брали верх. То тут, то там постоянно вспыхивали маленькие, локальные потасовки, что сильно мешало организованному сопротивлению. Но и силы были очень уж неравны. Как бойцы они тоже не представляли серьёзной опасности, в этом друзья уже не раз имели возможность убедиться, но количество брало своё.

Алексей рубил и колол, время от времени группа разбивалась на более мелкие отряды, по два – три человека, но потом вновь выстраивалась клином. Уже через полчаса все были с ног до головы залиты кровью врага. Свои мелкие порезы не замечались. Одежда задубела от чужой крови, рук не чувствовали, но продолжали отбивать атаки и медленно продвигаться вперёд. Княжеские войска теснили варваров со всех сторон и от этого они сбивались всё в более и более плотную толпу, а меч всё пел свою песню, снося голову, пропарывая животы, отрубая конечности. Иногда Алексею казалось, что клинок живёт своей собственной жизнью, и он, держащий его в руке, просто не в силах управлять этим несущим смерть куском железа. Его рука давно уже онемела от усталости, но не в силах была остановить эту смертоносную пляску живого металла.

Плечо к плечу шла Катерина. Он ни на минуту не выпускал её из вида, стараясь насколько только можно облегчить ей работу, прикрыть. Она с благодарностью смотрела в его спину, стараясь избежать взгляда в глаза, чтобы не отвлечь. И вот впереди показалась чёрная пасть Тронной пещере, к ней шёл пологий подъём, а за ним узкий каменный мост через глубокую пропасть. Мост был не широкий, по нему от силы мог пройти один Дракон, разминуться два всадника или пройти в ряд три человека.

Подъём, казавшийся издалека довольно пологим, на самом деле оказался неожиданно крутым, а сопротивлений варваров, неожиданно упорным. Казалось, они совсем позабыли о межплеменной розни и все как один встали на защиту своего хозяина. Но вместе с эти, Алексей заметил, что и поток пополнения, непрерывно выходивший из пещеры, прекратился. Чувствовалось, что кто-то взял руководство над этой неуправляемой толпой. Битва стала упорнее и жёстче.

Дыхание сбивалось, руку, в которой был зажат меч, Алексей уже не чувствовал, но именно теперь подозрения Алексей утвердились, действительно меч стал жить своей собственной жизнью, взяв от человека всё, что ему было нужно и измотав его до такой степени, что он уже не в силах был управлять своей рукой. Меч безошибочно находил врага и разил его в самое сердце, проламывая грудную клетку. Упираясь в сердце, он на мгновение замирал, потом прокалывал мышечную ткань входил вовнутрь и снова замирал, как будто напивался свежей крови. То же самое происходило, когда Алексей рубил. Меч замирал, коснувшись сонной артерии, и останавливался в ней. В такие моменты меч, а точнее древние руны на нём начинали светиться. Самым непонятным для Алексей было то, что когда голова отлетала, он не замечал привычной, артериальной струи крови. Казалось, что в теле её вообще не оставалось, только остатки тоненькой струйкой стекали на землю из упавшего. Над тем, что происходило, Алексей не задумывался, не было сил, да и времени. Он всё больше и больше боялся за Катерину. Видел, насколько она устала, чувствовал, что вот-вот ещё немного и силы, совсем покинут, девушку, она упадёт и откажется от всего. Но девушка держалась, как впрочем, и все остальные товарищи.

Подъём заканчивался, впереди хорошо просматривался мост, варвары напирали со стороны пещеры, но друзьям всё равно удавалось теснить их к узкому мосту. Они не понимали, что происходит, им не давали идти вперёд и постоянно подпирали сзади, не предоставляя возможности к отступлению. Боевой дух человеко-зверей давно уже опустился значительно ниже нулевой отметки, и они готовы были уже нырнуть в портал, вернуться в свой жестокий, но такой родной Мир, однако такой возможности им ни кто не предоставлял им такой возможности. Они сталкивались со своими сородичами на самом краю моста, две волны разбивались друг о друга и со страшными криками ужаса падали в бескрайнюю пропасть.

Внезапно страшный рёв разорвал шум боя. В этом рёве было всё, ненависть, непонимание, злость, ярость, и что сааме главное, в этом рёве, Алексей уловил оттенок страха. Вот именно этот спрятанный глубоко, глубоко страх порадовал Мещерякова. Все на мгновение замерли, а в следующий миг варвары, находившиеся на мосту, бросились вниз в пропасть, они решили, что в пропасти у них может быть есть шанс выжить, но зажатыми между наступающим отрядом и Демоном такого шанса нет наверняка. Вот теперь Алексею открылась полная картина. На противоположном конце моста в выходе из пещеры стояло чудовище. Нечеловеческий рост и горящая красная шкура поразили Алексея. Тело бугрилось мышцами, звериный оскал открывал два ряда клиновидных зубов, с длинных клыков стекала слюна и кровь только, что разодранных на клочья варваров. В одной руке Демон держал за пояс обезглавленное тело мага в другой его голову, из которой высасывал мозги. В следующее мгновение он отбросил человеческие останки, и они полетели вниз в пропасть вслед за пропавшими там человеко-зверями.

– Стойте смертные там, где стоите, – проревел Вельдавул, – стойте и останетесь живы. Мне не нужны ваши жизни, для освобождения от наказания мне нужна только одна, его, – и Демон указал длинным пальцем с выпущенным когтем на Алексея, точнее даже не его жизнь, а его меч.

– Мой меч, ты чудовище, получишь только после того, как отберёшь мою жизнь, – прокричал в ответ Алексей.

– Это будет не сложно, – ответил Демон, делая шаг на мост.

– Но прежде чем взять его жизнь тебе придётся потрудиться, красная трусливая обезьяна, – выпрыгнула вперёд Алексея Катерина.

– Я раздавлю тебя как блоху, человеческая самка, – взревел Вельдавул.

– А это мы ещё посмотрим, кто кого раздавит, – поддержал товарищей Имануил, нависая над ними всем своим телом и прикрывая от внезапной атаки Демона. – Лёха, зашептал он тут же на ухо командиру, – делать нечего, придётся тебе с ним сражаться, тут до гадалки не ходить. Но перед тем как ты ступишь на мост, я открою тебе великую тайну нашего народа.

– Им, дружище, по-моему, не время интриг и загадок.

– Это не интрига и не загадка, мост, на который ты готовишься ступить, это мост судьбы. Он недаром вышел встретить тебя здесь. Значит, ваши судьбы как-то связаны и он не может существовать, покуда, живёшь ты. Мы поможем тебе, но конечный результат схватки зависит только от тебя. Кто-то связал Ваши судьбы воедино, скорее всего, конечно это Хозяева Хаоса. Но кто бы этого не сделал, выход один – ваша схватка, только она теперь решает судьбы Миров.