Большая игра. Книга 2 (СИ) - Михаил Беляев

И сразу спать. Встать надо часа в четыре утра, пока дойдем до границы, пока посты пройдём… в общем, завтра будем в Армении, если всё пойдет гладко. Уже думала насчёт боя?

— Что?.. — Рин с непониманием взглянула на него. Мужчина сощурился — глаза ретранслятора, подёрнутые бледным свечением, пусть и едва заметным, всё равно смотрелись дико.

— Я тебя спрашивал насчёт тактики, как ты с Вегой будешь справляться, — пояснил он. — Подумай сейчас. Я не знаю, чему тебя там учили, в этом вашем институте, но хорошо бы тебе всё вспомнить.

— Не учили, — сдерживая дрожь в голосе, Рин помотала головой. — Этому — не учили…

— А чему ж тогда?

— Физика, история, математика, химия…

— Однако стрелять тебя тоже учили, — заметил он, хмуря густые брови.

Рин кивнула и опустила голову — в бой против Веги автомат с собой не возьмёшь. Да и Алголя она ни разу с оружием кроме копья да меча не видела. Может в этом был свой смысл? Ведь ей действительно ни разу не показывали записей его реальных боёв с ретрансляторами. Она вспомнила информацию из интернета — три вызова. Три поединка с другими ретрансляторами. Как-то же он их победил, но как? Копьём? Поэтому её первым делом стали учить обращаться с шестами — чтобы она раньше всего познакомилась с основным оружием ретранслятора?

— Короче, слушай сюда, — Актер шумно втянул носом воздух и кашлянул. — Поможет или нет, не знаю, но нам кое-что рассказывали про бои Алголя. Алголь — он хитрый, каждый раз выбирает такой способ, чтобы его никак не заблокировали. И каждый раз это что-то простое.

Мужчина притих и поводил головой по сторонам, вглядываясь и вслушиваясь в свист ветра да звуки природы. Минуту помолчав, он продолжил. — Он любит сближаться с противником, максимально близко. Вблизи особо не постреляешь, да и не все готовы к такому. Все боятся рукопашной, так или иначе. А вот он — нет. А нас учили другому — если не повезло встретиться с ретранслятором, нужны крупнокалиберные пули, и обязательно тяжёлые, вольфрамовые. Пулемёты, винтовки, гранатомёты — чем больше, тем лучше, и с разных сторон, обязательно. Чтобы ретранслятор сфокусироваться не успел, сосредоточиться. Но, ни разу не пригодилось, и надеюсь, в этот раз не пригодится.

Всё это было, в общем-то, бесполезно. Чтобы вести ближний бой в небе, она должна была уметь левитировать, как Алголь, но она не умела. Чтобы стрелять тяжёлыми боеприпасами — уметь создавать оружие. Конечно, теорию она знала, но теории было мало — нужно было знать состав пороха, химию и кристаллические решётки каждого материала. А она не знала. Ни порохов, ни необходимых сплавов, — ничего из того, что могло спасти ей жизнь в предстоящей схватке. Она шла в бой безоружная и незащищенная.

— Спасибо, — девушка кивнула, морщась от покатившихся за шиворот капелек воды. В одном он был прав — нужно было вспомнить всё, чему её учили. Где-то среди бесконечных уроков, лекций и формул должен был быть ключ. Ей нужно что-то простое, но в то же время мощное. Способное противостоять Веге — такому же, как она, ретранслятору.

Физика, химия, электротехника, начальная тактика… Рин погрузилась в воспоминания, перебирая всё то, чему научилась в просторных аудиториях института и в ангарах лётно-исследовательского центра. Материализация вещества и передача энергии, топливо и сплавы, углерод, водород…

Тем временем вдали показалась одинокая фигура — один из бойцов возвращался к ним. Спотыкаясь на кочках, он добрался до них и бодро отрапортовал о найденном укрытии, подходящем для ночёвки.

Уже через минуту они двинулись дальше, осторожно ступая в сгустившейся тьме по усеянной мелкими лужами и ручейками земле.

***

Мокрым было всё — ещё совсем новые ботинки, носки под ними, штанины до колен и сами ноги, которые не спасла даже добротная водостойкая ткань. Вместо отдыха Рин сидела и растирала сухим комплектом белья дрожащие, усеянные гусиной кожей ноги и старалась не обращать внимания на весело беседовавших бойцов, севших в кружок вокруг маленькой горелки.

В небольшой жестяной коробочке тускло светились серовато-белые таблетки сухого горючего, изредка потрескивая на ветру, а над ней стояло сразу несколько банок с едой — в воздухе витал аппетитный аромат мяса и овощей с приправами. Наверное, на этот запах должны были сбежаться все звери в радиусе нескольких километров, но пока вокруг было тихо. Не считая её непрерывно бурчащего желудка, конечно.

— Ну и короче, когда наказали всех невиновных и наградили непричастных, приходит это чудо уже в погонах старшего лейтенанта, понимаешь, да? — со смешком продолжал свой рассказ Актёр, ковыряя вилкой шипящий кусок мяса в жестянке: — Он, значит, целеуказание давал ему! Ретранслятору — целеуказание! Забился как собака в самый дальний угол, как жара пошла, и подсвечивал!

Все трое сдержанно засмеялись, не забывая поглядывать по сторонам. Опустившаяся на горы ночь вовсе не была тихой — то и дело слышались шорохи и шелест ветвей на ветру, чьи-то отдалённые вскрики, будто горный тур окликал своё стадо. Немного послушав ночь, Рыжий встал и неторопливо подошёл к прикрывавшейся спальником Рин. Заметив его, девушка торопливо опустила мокрые штанины.

— Бероева, давай есть пошли, — он с улыбкой кивнул в сторону товарищей, уже пробовавших разогретый сухпаёк. — Сытая ты и согреешься быстрее.

— Сейчас.

Девушка кивнула и торопливо натянула сухие носки. И уже через пару мгновений пожалела об этом — ботинки всё ещё были мокрыми и холодными, как лёд. Вздохнув, Рин поплелась к огоньку и призывно шипящему ужину.

— Как раз приготовилось, — Актер снял с разогревателя пару высоких банок, исходящих паром и головокружительным ароматом, и поставил на зашипевшую траву: — Пусть остынет немного. Кружку неси и вилку, не руками же есть.

С тоской взглянув на булькающее мясоовощное варево, девушка сглотнула и развернулась к своему рюкзаку. Мужчина проводил её взглядом и негромко, чтобы она не услышала, произнес: — Совсем ещё девчонка… так ночью по нужде пойдет — потеряется где-нибудь.

— А ты с ней сходи, — улыбнулся Ваха, зачерпывая ложкой свою порцию горячей каши с мясом, в его взгляде промелькнули смешливые искорки. — Подстрахуешь, подержишь.

— Не в моём вкусе вообще, — с улыбкой махнул рукой Актер и снова посмотрел на худенькую фигурку Рин. — Мелковата, плосковата, но ножки такие, даа…

— А тебе всё побольше, значит, подавай, помясистее, — подшутил над ним Рыжий, тоже взглянув на копошащуюся в рюкзаке девушку — кружка с ложкой почему-то оказались на самом дне, и чтобы их достать, ей приходилось перекладывать чуть ли не все вещи.

— О, ты знаешь, какая у нас была капитан Леночка? Вот это не женщина,