И только сердце знает (том 2) - Джоанна Линдсей

— Значит, ты простишь меня?

— Мне нечего вам прощать, леди, — заверил он ее, чувствуя неловкость из-за того, что она не отступает. — Вы просто не правильно все поняли. И все.

— Да. Но для моего спокойствия не мог бы ты быть чуть помягче с Оулмером, хотя бы пока ты не почувствуешь, что он держит удар.

Ланзо улыбнулся и кивнул, и Рейна оставила их. Однако когда Оулмер плаксивым тоном окликнул ее: «Леди!» — она поняла, что ему передали ее пожелания. Рейна не остановилась. В конце концов мальчику было всего семь лет! И у него впереди еще много времени, чтобы стать прожженным и израненным в сражениях воином.

Глава 44

Рейна совершенно позабыла про своих гостей, пока не встретила в сторожке разыскивающего ее Жильбера. Лорд Рогтон с супругой, направлявшиеся в Лондон, просили позволения остаться в замке на ночь. Это был вполне обычный случай. Когда двор находился в Лондоне, то в Клайдон два, а то и три раза в неделю наведывались целые компании путешественников.

— Я никогда не слышала о них прежде. Откуда они прибыли?

— Из Нофамбриа.

— Господи! Это же чуть не на краю света! Ну что ж. Окажи им достойный прием и приготовь для них комнату. И если мне удастся пробраться через зал незамеченной, — добавила она с улыбкой, взглянув на свою одежду, — скажи им, что я присоединюсь к ним за ужином.

— Да, миледи, — счел необходимым предупредить ее Жильбер. — Лорд останавливался здесь однажды, много лет назад, если мне не изменяет память. Тогда он начал с просьбы переночевать, а задержался в замке на целую неделю.

Еще одно совершенно обычное явление, практикуемое теми, у кого большая свита или просто одно имение, запасы которого так часто истощаются. Так они путешествуют многие месяцы, останавливаясь то в поместье, то в замке, то тут, то там, пока им не надоедают бесконечные переезды, которые, правда, почти ничего им не стоят.

— Один из этих, да? — усмехнулась она, не возражая лишь потому, что Клайдон мог запросто позволить такое пополнение за столом.

Она все еще не могла вспомнить, кому принадлежит имя гостя, однако когда вечером она спустилась в зал к ужину и увидела его, то мгновенно вспомнила этого человека. Когда лорд Рогтон в последний раз был в Клайдоне, ей было всего около пяти-шести лет, и он показался ей самым уродливым существом, какое когда-либо рождалось на земле. И сейчас на него все еще было неприятно смотреть, хотя Рейна уже давно вышла из детского возраста, чтобы испугаться его вида. Ему было около сорока. Уже тогда он был немного полноват, а сейчас раздался еще сильнее. У него были колючие глаза — вряд ли для их описания можно было бы подобрать другое слово, — огромный нос, напоминавший луковицу, и два уродливых шрама, один из которых пересекал рот, искривляя его в постоянную усмешку, а другой проходил по щеке, морща кожу возле левого глаза.

Жена Рогтона еще не спустилась, Рейна могла только пожалеть женщину, у которой был такой муж. Все было бы иначе, если бы в нем была хоть капля доброты, однако, все более подробно вспоминая его последний визит, Рейна поняла, что и характер этого человека ужасен. Насколько она знала, Рогтон так надоел ее отцу своими неуловимыми оскорблениями и небольшими кознями, что отец а конце концов попросил его покинуть замок; Ну что ж, она посмотрит, изменился ли он хоть немного, однако всеми силами души желала, чтобы дома оказался Ранульф и разобрался с ним вместо нее.

Рогтон стоял рядом с сэром Уильямом и леди Маргарет. Молоденькие же воспитанницы и подруги Рейны таинственным образом исчезли из зала. И она не могла обвинять их, ибо Рогтон действительно был персонажем из кошмарного видения.

Серл и Эрик одновременно оказались с двух сторон от Рейны езде прежде, чем она успела приблизиться к камину. Всякий раз, когда Ранульф покидал замок, он оставлял их оберегать ее, но их постоянное присутствие не раз выводило на себя ставшую столь нервной Рейну, и они не раз уже познакомились с ее острым язычком. Однако сейчас она была очень им благодарна за их охрану.

Серл женился на Луизе де Бирг, как и решил еще раньше Ранульф, поэтому Рейна теперь не часто его видела, исключая, конечно, те случаи, когда Ранульф отлучался из Клайдона. Эта пара жила довольно сносно, учитывая то, что на брачное ложе леди была доставлена кричащая и дерущаяся. Но когда Рейна видела ее в последний раз, та выглядела весьма удовлетворенной и благополучной женщиной. Что бы ни сказал или ни сделал с ней Серл, это возымело воистину сказочный эффект. О! Если бы она могла сделать то же с Ранульфом!

— Леди Райан, если не ошибаюсь? Ребенок с черными, как у ведьмы, волосами. Вы помните меня, леди?

Рейна сжалась. Два оскорбления в двух предложениях! Неужели этот человек думает, что она полная идиотка и воспримет его слова лишь как невинную ошибку? Жильбер должен был сказать ему ее имя. Неужели он настолько глуп, что уже забыл имя, которое ему назвали несколько часов назад?

— Вообще-то, лорд Рогтон, — ответила она сладким голосом, — меня зовут Рейна, Рейна Фитц Хью. Если вы опять забудете это, то можете просто звать меня леди, думаю, это сойдет. А что касается ведьмы, так если бы я была ею, то вы не смогли бы спокойно спать под моей крышей, потому радуйтесь, что это не так.

Она ему не ее мать, чтобы просто не замечать уколов и намеков и отбрасывать их за неважностью, желая только, чтобы в доме ее царили мир и покой. И если Рогтон подумал, что его штучки пройдут и с ней, то ему было бы лучше все еще раз обдумать.

Рейне удалось удивить его. Он совсем не ожидал, что ему отплатят той же монетой, по крайней мере не женщина.

Находясь в замешательстве, он не придумал ничего язвительнее обычного вопроса:

— Насколько я понимаю, вы только что вышли замуж, леди Рейна?

— Да. Если вы называете четыре месяца «только что». Мой муж, однако, сейчас в отъезде, он в Лондоне вместе со своим отцом Хью де Аркором.

— Лайонсфордом?

— Не имеет значения.

Она не расслышала оскорбительного слова, которое было в действительности весьма забавным, если бы Рейна задумалась над этим, ибо Клайдон был более могуществен, чем Лайонсфорд. И это доказывало только, что леди, владеющая маленьким королевством, не так впечатлительна, как враждебно настроенный лорд, имеющий гораздо , меньше, если только она говорит об этих самых лордах.

Наконец появилась его жена, и Рейна, как и все, кто еще не видел ее, была поражена до глубины души. В противоположность мужу она была женщиной ошеломляющей, поразительной красоты. Блондинка, бледиокожая, с лицом ангела. Даже Эдвина в этот момент стиснула зубы от черной зависти.

Это было просто невероятно, что само воплощение красоты может быть замужем за мужчиной, подобным Рогтону. Интересно, кто мог быть настолько жесток, подготовив союз между столь противоположными людьми?