У нас есть мы - Ирина Горюнова

Ася. Извини.

Яна (кричит). За что ты извиняешься, а? Я наорала на тебя, а ты извиняешься! Ты что, блаженная, да? Сумасшедшая?

Ася. Да, наверное. Все небо серое, и идет дождь. Без тебя я просто не могу, понимаешь. В моей душе свет только тогда, когда я вижу тебя, могу взять за руку, прижаться щекой к щеке…

Яна. Послушай меня сюда, дурочка. Не вздумай меня любить, поняла? Нельзя. У меня уже есть куча любовниц и человек, которого я люблю, но с которым никогда не смогу быть. Я не собираюсь ничего менять в своей жизни, ясно тебе?

Ася. Ну как же, ты писала мне сказки, пела песни…

Яна. Нет, ну ты что, совсем наивная, да? Господи, как же ты такая живешь-то? А еще муж есть, ребенок. Блин, Ася Тургеневская, посмотри на реальный мир, в котором мы живем, черт побери! У меня было много баб, они все меня боготворили, а потом называли чудовищем. Слышишь, ты, чудо? Я ЧУ-ДО-ВИ-ЩЕ! Ясно тебе? Сказки бывают только в сказках. Правда куда непригляднее. Правда вообще всегда неприглядна, поэтому все и лгут.

Ася. Нет. Я вижу тебя, вижу твою душу. Вижу то, что ты не хочешь показывать другим. Ты умная, сильная, но ты раненая. Тебя надо любить, сильно-сильно, и все пройдет.

Яна. Твою мать! Я просто хочу тебя. Животно. Причинить тебе боль. Ты вызываешь у меня дикие инстинкты. Я боюсь не сдержаться. На стойке бара в ресторане. На улице. В метро. Прилюдно.

Ася. Я отдамся тебе, где ты захочешь.

Яна. С ума сойти. Ты совершенно ненормальная.

Ася. Я просто люблю тебя.

Яна. Ой, блин. Дожили. Ты не понимаешь. Ты просто мне интересна. Твое тело, твои мозги, душа. Я хочу понять, почему все люди вокруг так тебя любят. Почему ты сводишь их с ума. Меня все хотят, но тебя все любят. Почему?

Ася. Не знаю. Неважно. Я хочу быть с тобой. Заботиться о тебе. Хочу, чтобы ты родила нам ребенка. Я буду его нянчить. Буду вставать к нему по ночам. Ты самое важное, что у меня есть.

Яна. Окстись, мать. У тебя есть муж, дочь. Нах… оно все тебе надо, а? Ты думаешь, что мне нужен твой ребенок? С чего ты взяла, что я хочу с тобой жить? Меня всё устраивает в жизни. Ясно? Вот слушай, прочитаю тебе кое-что. Это написал Фредерик Бегбедер. (Подходит к столу. Берет книгу и читает вслух.)

«Любовь – это битва. Заранее проигранная.

Сначала все прекрасно, даже вы сами… Весь мир улыбается. Целый год ваша жизнь – одно сплошное солнечное утро… На второй год кое-что меняется. Вы стали нежнее. Гордитесь тем, как хорошо вы с вашей половиной притерлись друг к другу… Супругу принимают на улице за вашу сестру – вам это льстит, но и на психику действует. Вы занимаетесь любовью все реже и думаете: ничего страшного… На третий год вы уже не стараетесь не смотреть на свеженьких девочек, от которых светлее на улице. Вы больше не разговариваете с женой… Вы с ней все чаще бываете вне дома: это повод, чтобы не трахаться. А вскоре наступает момент, когда вы не можете больше выносить свою половину ни секунды лишней, потому что влюбились в другую… На третий год у вас две новости – хорошая и плохая. Хорошая новость: вашей жене все обрыдло и она от вас уходит. Плохая новость: вы начинаете новую книгу…

В первый год говорят: «Если ты уйдешь, я покончу с собой».

На второй год говорят: «Если ты уйдешь, мне будет больно, но я выживу».

На третий год говорят: «Если ты уйдешь, я обмою это шампанским».

И никто вас не предупредит, что любовь живет только три года. Вся эта любовная афера строится на строжайшем соблюдении тайны. Вам внушают, что это на всю жизнь, а на самом деле любовь химически перестает существовать по истечении трех лет. Я сам вычитал в одном женском журнале: любовь – это кратковременное повышение уровня дофамина, норадреналина, пролактина, люлиберина и окситацина. Малюсенькая молекула фенил-этиламина (ФЭА) вызывает определенные ощущения: приподнятое настроение, возбужденность, эйфорию. Любовь с первого взгляда – это в нейронах лимбической системы происходит насыщение ФЭА. А нежность – это эндорфины (опиум для двоих). Общество водит вас за нос: вам впаривают великую любовь, когда на самом деле научно доказано, что эти гормоны действуют только три года.

Три года!.. Все сказано в песне Ферре: «Со временем любовь проходит». Кто вы такие, чтобы тягаться с железами и нейромедиаторами, которые неизбежно вас подведут точно в срок? Ладно бы лирика, с поэтами можно поспорить, но против естественных наук и демографии не попрешь».

Ася. Ты думаешь, что раз кто-то так написал, это определенно истина? Это не так. Каждый решает сам для себя. Все индивидуально. Ты просто ищешь, кто бы подтвердил твои слова, так удачно складывающиеся в теорию, и получаешь то, что хотела. Свою кривую. Неужели ты не хочешь быть счастлива?

Яна. Я тебе уже ответила. И оставь меня в покое. Не драконь меня. Меня и так все достали. Я уже заколебалась. И на работе одни идиоты. И еще ты тут.

Ася. Тебе лучше отдохнуть. Я не хочу с тобой разговаривать в таком тоне. Мне больно. (Вешает трубку.)

Раздается пронзительный длинный непрекращающийся гудок. Наконец трубку снимают.

Ася (устало). Алло.

Яна (в бешенстве швыряет книгу об пол и орет). Только посмей бросить трубку еще раз! Ты больше меня никогда не услышишь. Я отменяю наше свидание, поняла? И в следующий раз будь умнее, вот так. Или ты больше никогда меня не увидишь!

Раздаются короткие гудки… Яна сидит за компьютером и что-то печатает.

Голос Яны. Привет, малыш! Я по тебе соскучилась. Аленка, когда я тебя увижу? Ага. Давай сегодня. Можешь переночевать у меня. На работу я тебя разбужу поцелуем. Хорошо, в семь на «Новослободской», заметано. Привет, Ксюня! Нет, сегодня не могу. Деловая встреча. Давай завтра? Договорились. Можешь остаться у меня. Да, малыш, я по тебе тоже скучаю. Угм… люблю-не-могу. Жду тебя, котенок. Да, на «Тургеневской». Оки. Созвонимся еще завтра. Пока. Тра-ля-ля, тру-лю-лю… Хи-хи! Ах, черт, сигареты заканчиваются. (Звонит по телефону.) Ю-ю-юль! Привет, мой сладкий! (Разговаривая, уходит с трубкой в руке со сцены.)

Ася. Господи, как больно. Я не знаю, как же меня угораздило в это все вляпаться. И выхода нет. Выхода нет. Вход-выход. Надписи для слепых. А им не видно. (Что-то пишет в тетрадке. Потом читает вслух.)

Ты знаешь, сегодня дождь и холодно,И у меня замерзают пальцы,И на душе тоже такой ледяной ветер,Он заворачивает меня в спираль,И я не могу достичь спокойствия Будды,Мой телефон молчит, и кругом тишина,Только капли дождя барабанят по моему сердцу,Я не прошу тебя ни о чем… какие поблажки?Помарки в жизни надо соскребать с душиСкальпелем. Слушаю тишину. Говорю с нейПо мобильному.Я давно не летаю во сне. С того дня, как мы встретились.Наверное, я растолстела с тех пор, как вдохнула тебя.Я пою тебя в себе, шепотом, чтобы никто не услышал,Чтобы никто не кричал нахальное браво или бис,Я не буду делить тебя ни с кем и никогда. Слышишь?Ты не веришь в меня. Думаешь – сумасшедшая…Я улыбаюсь…

Осень. Тихо шуршат листья на деревьях и медленно падают на землю. Детская площадка перед домом. Поздний вечер. Во дворе никого нет. Ася сидит на качелях и слегка раскачивается, не отрывая ног от земли. Яна стоит, сложив руки на груди, прислонившись к железной опоре качелей, врытой в землю.