Иного не желаю. Часть 1 - Виктория Витальевна Лошкарёва

— Альфа, в меня. В меня, пожалуйста! Я фертильная — и сегодня самый благоприятный день…

— Что ж… тебе достанется в другой раз, — похлопав членом по лицу ожидающей своей порции девки, я тут же вставил свою палку обратно в тело первой суки, почти моментально выстреливая внутрь неё.

Какое — то время нас обоих захватила волна наслаждения, которую продлевал шаловливый язычок нижней девки.

— Фертильная, говоришь, — вытаскивая свой ещё не до конца опавший член из тела первой суки, поинтересовался я.

— Сегодня самый благоприятный день для зачатия, — закивала девка, преданно заглядывая мне в глаза. — Чем сильнее самец, тем больше шансов… для неизбранных.

Если бы всё было так просто, у Альф не было бы проблем с наследниками, с нехорошей ухмылкой подумал я. — С другой стороны, если сука и в самом деле понесёт, от меня не убудет воспитать ещё одного щенка.

Усмехнувшись, я дал нижней девке почистить мой пенис. И пока она старательно вылизывала его, почувствовал новый прилив желания.

Оттолкнув нижнюю, я по — новой вставил первой суке, которая громко охнула от моего вторжения.

— Сильно орёшь, — рыкнул я, взглядом разрешая одному из парней присоединиться к нашей компании. Суке тотчас заткнули рот членом — и теперь она, нанизанная на сразу два агрегата, могла лишь невнятно мычать и вертеть бедрами… что ещё сильнее насаживало её на меня.

Я провёл в борделе баевской стаи почти весь день, перетрахав большую половину девок, и даже поразвлекавшись с теми, кто отбывал свою повинность в клетках.

Суки в клетках напоминали мне о собственной ошибке — надо было сразу же, как только Таис написала то долбаное письмо о помощи в российское консульство — надо было ещё тогда запереть её клетке — и сейчас мне не пришлось бы унизительно выпрашивать у Баева свидания со своей собственной парой.

Отец был прав — мужик не должен проявлять малодушие ни к кому, даже к своей суке…

Что ж, будет и мне наука.

Сейчас же, оттрахав кучу девок, я был даже рад, что в отличие от Насти, Таис не Альфа — самка и вообще не имеет нормального зверя. В истинных парах нормальных оборотней есть такое неудобство как связанные чувства. Когда оборотень хранит верность своей суке не только потому, что если вдруг она уйдет, он сдохнет без неё, но и потому, что любая её боль десятикратно отдается в нем — и неважно, чем именно продиктована эта боль.

Впрочем, судя по поведению Таис, ей наплевать и на меня, и на то, кого я трахаю…В первые дни её пребывания в моем замке я вроде бы ощущал всплески её ревности, но потом… потом всё как — то исчезло.

Неважно, подумал я, из последних сил удерживая своего волка от броска. Даже после того, как девки полностью меня выдоили, зверь всё — равно испытывал неимоверную жажду женского тела и стремился к той единственной, которая могла погасить его нужду. Нет, не сегодня.

И даже не завтра.

Завтра я буду нежным, ласковым, искреннее раскаивающимся в своем поведении мужем.

Тая

Утром во время осмотра Илья Романович осторожно заметил, что дольше тянуть уже не стоит.

— Твоей малышке нужна помощь отца, — делая какие — то записи в компьютере, пояснил доктор. — Я, конечно, распоряжусь, чтобы тебе начали давать витамины и микроэлементы. Но… это работает только с людьми, не с оборотнями.

Я вздрогнула и затравленно посмотрела на врача.

— Тая, тебе не о чем волноваться. Во — первых, Альфа всё будет держать под своим контролем. Он будет находиться с вами всю встречу. Во — вторых, тебе даже не обязательно поддерживать разговор с герцогом де Валуа. Его рук на твоём животе будет более чем достаточно. Ты же в это время можешь… ну, хотя бы, слушать классическую музыку. Понимаешь — не о чем волноваться. Просто воспринимай это как одну из неприятных, но нужных процедур.

Я машинально кивнула, не очень, впрочем, веря, что у меня получится проигнорировать Этьена. Но был ли у меня выбор — не было.

Не помня себя, я позавтракала — точнее, заставила впихнуть в себя что — то из еды. И как только Анхелика увидела, что моя тарелка опустела, меня тут же проводили к Альфе, попросив накинуть верхнюю одежду.

Альфа с Владом на руках ждал меня у лестницы.

— Доброе утро, — поздоровался Баев, цепким взглядом пройдясь по моей фигуре. — Как твоё самочувствие? Ничего не тревожит?

Влад, увидав меня, тут же разулыбался и принялся рассказывать что — то о блинчиках, которые он съел на завтрак, о том, что собака Пёс опять куда — то он него убежал — и он плакал, пока не пришёл папа.

При этом малыш так сильно смешивал и коверкал русский с испанским, что понимала я от силы процентов двадцать из всего, что он говорил. Остальное — просто догадывалась.

— Тая? — напомнил о себе Кирилл Баев. Я покачала головой.

— Только предстоящая встреча и беспокоит.

Альфа склонил голову на бок.

— Я беру Влада с собой.

И эта фраза сказала мне больше, чем все ласковые убеждения доктора.

— Пойдем, Тая, — схватил меня за руку маленький Влад. — Пойдем гулять.

И мы «пошли». Я уже неплохо освоилась в поместье, а потому догадывалась, что мы направляемся в сторону коттеджей, расположенных на некотором удалении от главного здания резиденции Альфы. Утро было такое солнечное, такое яркое, что хотелось радоваться этому дню, хотелось бегать, смеяться вместе с Владом… но я просто шла, стараясь подавлять нервную дрожь и вместе с тем пытаясь улыбаться.

Как во сне, мы дошли до одного из самых больших коттеджей, который стоял прямо у опушки леса. Молодой мужчина в строгом костюме открыл нам дверь и, продемонстрировав свою преданность Альфе (церемониально ему поклонившись), проводил нас в гостиную. Где, допивая свой утренний кофе, нас встретил Этьен.

Стоило мне только войти в комнату вслед за Альфой и его сыном, как Этьен тут же вскинул голову, легко поймав мой взгляд.

Это… это было трудно. Я пыталась оставаться спокойной, пыталась внушить себе, что всё это на благо ребенка, и никакая опасность мне не угрожает… но все предыдущие поступки Этьена говорили об обратном. Меня затрясло. Я уже было хотела броситься назад, как маленький Влад, засмеявшись, вырвался из рук отца и помчался в сторону Валуа.

— Дядя Тьен, дядя Тьен, ты знаешь, что я ел сегодня на завтрак? — спросил мальчик, вскарабкиваясь к Этьену на колени.

Этьен моргнул — и атмосфера в комнате значительно потеплела. Не до