Баллада о проклятой любви - Стефани Гарбер

как все вокруг перестанет кружиться и она будет увереннее стоять на ногах, иначе он с легкостью выбьет из-под них почву.

– Где этот тайный проход? – не выдержав, спросила Эванджелина.

– Здесь, – ответила Петра.

Эванджелине казалось, что все происходит слишком быстро. В один момент они стояли на краю танцевального зала. Потом вдруг оказались у скамей для тихонь – совершенно пустых, поскольку на подобные торжества таких не приглашали.

– Думаю, это здесь. – Петра ухватилась за ножку одной из скамеек, потянула ее на себя, и в следующую секунду в стене открылся потайной ход. – Сюда, – сказала Петра так быстро, словно куда-то спешила.

Эванджелина почувствовала легкое беспокойство. Но вместо замшелых камней и паутины она увидела чистый и светлый тайный проход. Освещенные факелами белых отштукатуренных стен были украшены скульптурами членов семьи Слотервуд.

По крайней мере, Эванджелина надеялась, что это были именно скульптуры. Некоторые из них выглядели так реалистично, что она с легкостью представила, что это были настоящие тела, погребенные в белый камень.

Она невольно замедлила шаг, но Петра тотчас схватила ее за руку и потянула за собой.

– Откуда ты узнала об этом проходе? – спросила Эванджелина.

– Ох, – выдохнула Петра. – Я бывала здесь сотню раз.

– Но ты говорила мне, что тебе повезло получить приглашение на это торжество?

– Я солгала. – Петра поморщилась. – То есть… я просто… – Она замялась, что выглядело весьма странно, ведь Петра явно не привыкла подбирать слова. – Я посещаю здешние празднества дольше, чем ты живешь.

Эванджелина почувствовала, как у нее снова сжалось в груди. Затем камень счастья раскалился у нее под платьем с искусной вышивкой. Вот только теперь Эванджелина сомневалась, что это был камень счастья. Раньше она не ощущала в нем особой магии, но сейчас она словно просыпалась и оживала, наполняясь силой. Но сила эта не принесла ей ни радости, ни счастья, как она ожидала. Зато она почувствовала обжигающий поток правды – она носила цепочку с камнем правды, – и он подсказывал ей уходить, бежать, убираться и спасать свою жизнь.

Мир наконец перестал вращаться, и Эванджелина ужасно пожалела о своем глупом поступке.

Когда принимала предложение Петры, Эванджелина думала лишь о том, какой триумф испытывает при виде лица Джекса, когда тот найдет ее в компании девушки, от которой он просил ее держаться подальше. Но теперь предостережения Джекса казались ей вполне оправданными.

Эванджелина вырвала руку из хватки Петры.

– Я лучше вернусь в зал.

– Нет, Эванджелина. Боюсь, ничего не получится. – Внезапно Петра выхватила нож и нацелила его прямо в сердце Эванджелины.

Эванджелина едва увернулась от острого лезвия.

– Что ты творишь?

– Я не плохой человек… но я не хочу умирать. – Петра снова сделала выпад и, возможно, нанесла бы удар, но тяжелое платье, похожее на кольчугу, замедляло ее движения.

Эванджелина отскочила в сторону и попыталась перехватить ее запястье. Она предпочла подставить под удар руку, а не горло. Но густые волосы Петры, казалось, были повсюду, закрывая обзор. Вместо лезвия или запястья Эванджелина схватила прядь цвета лунного света.

Она машинально дернула волосы на себя. Всего один рывок, и вся сверкающая грива оказалась у нее в руках.

Эванджелина удивленно вскрикнула. Это была фальшивка. На самом деле Петра была обладательницей розовых волос с золотистыми прядками.

– Твои волосы! Они… – Эванджелина хотела сказать, что они такого же оттенка, как у нее, но Петра не дала ей закончить. Она выхватила из складок платья второй нож и нацелила лезвие на нее.

Эванджелина бросила парик в лицо Петры, пытаясь выиграть для себя хоть немного времени. Разум подсказывал ей бежать отсюда. Но как она устала от того, что все хотят оборвать ее жизнь! Поэтому, вместо того чтобы броситься к выходу, Эванджелина накинулась на Петру, все еще ослепленную париком, и схватила ее за запястья.

– Почему ты пытаешься меня убить?

Когда Эванджелина задала вопрос, камень у нее на шее снова раскалился.

Петра отчаянно извивалась, не выпуская кинжалы из рук, пока наконец не сбросила с себя парик. Прядь золотисто-розовых волос прилипла к ее вспотевшему лбу, а лицо раскраснелось, поскольку она пыталась бороться и с Эванджелиной, и с силой камня правды.

– Я знаю, что ты тоже ключ. И если я не убью тебя, ты убьешь меня, чтобы заполучить мой камень.

– Какой камень ты нашла?

– Камень юности… аргх… – Петра взглянула на цепь, висевшую на шее Эванджелины. – Хватит задавать мне вопросы!

– Хватит нападать на меня. Я тебе не враг.

– Да, ты мне не враг. – Плечи Петры поникли, и на мгновение она перестала сопротивляться. – Когда-то я была такой же, как ты. Я вышла замуж за принца, потом меня обвинили в преступлении, которого я не совершала. Тогда мне стало известно о пророчестве, и я решила, что особенная… и все, что произошло со мной, не случайно. Я была ключом – девушкой с короной из розового золота, которая способна открыть Арку Доблестей. – Она тряхнула головой и невесело рассмеялась. – Но мы с тобой вовсе не особенные, Эванджелина. Мы лишь орудие в чужих руках. Готова поспорить, тебе даже не позволено воспользоваться найденными камнями. Хаос не разрешил мне оставить при себе камень, который я нашла.

Эванджелина пыталась не выдать своего удивления. Хаос говорил, что предыдущая девушка-ключ умерла из-за того, что камень удачи лишил ее благоразумия. Но Петра не могла лгать под воздействием камня правды.

– Откуда ты знаешь, что Хаос помогает мне?

– Потому что я тоже действовала с ним сообща. И я нашла для него камень удачи, – ответила Петра. – Он спрятал его, чтобы обеспечить безопасность камню, а вот про мою безопасность он даже не подумал. Поэтому, когда я нашла камень юности, который помог бы мне оставаться молодой и жить вечно, я инсценировала свою собственную смерть и сбежала. – На ее губах появилась торжествующая улыбка. – Только тогда я узнала, на что способны все четыре камня вместе. Но, полагаю, они не сообщили тебе об этом, не так ли?

– И ты решила меня убить? Чтобы заполучить все четыре камня?

– Нет! – Петра вскинула голову и обиженно поморщилась. – Я просто хочу сохранить свой камень. Я рассказала тебе все это для того, чтобы ты поняла: им нельзя доверять. Но… Мне уже стало ясно, что ты слишком доверчива. – В ее глазах промелькнуло нечто похожее на сожаление, прежде чем она навалилась на Эванджелину всем телом, прижав ее спиной к противоположной стене.

Эванджелина ударилась головой об одну из скульптур, и ее зубы звонко клацнули.

– Пожалуйста, остановись! – выкрикнула Эванджелина, все еще пытаясь удержать запястья Петры. Она не хотела