Не оставляй меня! - Резеда Ширкунова

не знаю, почему, не спрашивай, а Всевышний обнаружил в нем зачатки некромантии. А так как здесь ты одна такая и очень сильно сокрушалась из-за моего исчезновения, он решил сделать тебе и мне подарок. Теперь я буду жить в этом теле… Постой, а что мне теперь делать, я же никого из хозяев дома не знаю.

— Не переживай, я предупредила, что ты можешь ничего не помнить. Думала, что вместо мальчика тело может занять кто-то другой, но никак не надеялась, что это будешь ты, — довольно улыбнулась девушка.

— Всевышний еще сомневался, но, когда ты вспомнила про меня, решился, — юноша улыбнулся.

— Как ты себя чувствуешь?

— Более-менее, очень хочется кушать. Этот процесс поедания пищи я часто вспоминал, будучи призраком, — закатив глаза, размечтался старый Карнези.

— Учитель, мне надо сообщить твоим родителям, что ты выздоровел и прописать тебе травы для укрепления организма и не морщись так, я знаю, что ты все понимаешь лучше меня, но нельзя раскрывать истину вещей.

— Я уже понял, но как же все-таки здорово почувствовать себя живым.

— В этом ты сам виноват, не хотел уходить на перерождение, — усмехнулся Стан.

— Зато какую умницу и красавицу тебе вырастил, — усмехнулся он.

Стан лишь улыбнулся в ответ.

— Пока не хочу встречаться с новоявленными родителями, посидите возле меня, — он сморщил просительную моську.

— Хорошо, — рассмеялась девушка, — но рано или поздно тебе все равно придется начать общаться с ними. Ты же не будешь постоянно отгораживаться от них, тем более, пока зависишь от них, совершеннолетие еще не наступило.

— Расскажите лучше, что было дальше в пещере.

— Да что рассказывать, как только вы ее увели неизвестно куда, сразу все прекратилось. Нежить, которая кидалась на нас со всех сторон, исчезла. Забрав еле дышащую Ириску, мы довезли ее до травницы, которая помогла ей встать на ноги после разрыва нитей, — стал рассказывать Стан. — Но через несколько дней пришлось вновь вернуться туда, чтобы завершить дело и убрать проклятье с расы дивов.

— Получилось? — улыбнулся юноша.

— Получилось, как только прозвучали последние слова снятия проклятья, на нас с потолка посыпались камни, все разрушилось. Пещеры сейчас нет, и я думаю, что это к лучшему.

— Ты прав, Стан. Я знаю, Ириска делала это все не только для спасения расы дивов, а чтобы все бесчинства прекратились в нашем королевстве.

Тут в дверь робко постучались. Мужчина открыл дверь. На пороге стояли родители юноши. Женщина заглянула за спину Стана и увидела улыбающегося сына. Она резко оттолкнула мужчину и, подбежав к сыну, крепко прижала его к своей груди.

— Мальчик мой, слава Всевышнему, он услышал мои молитвы и вернул тебя, — плакала она, не выпуская из своих рук голову своего ребенка, поглаживая то волосы, то его спину.

— Спасибо вам, я уже потерял всякую надежду на его выздоровление и делал все только ради жены, — он смахнул скупую слезу с края глаза.

— Господа, я еще раз напоминаю вам, что он не помнит никого, часто будет ошибаться, наберитесь терпения. Я периодически буду к вам заглядывать в течении недели.

Она повернулась и посмотрела на своего учителя. Он был не просто растерян, а чувствовал неуверенность, боясь остаться наедине с этими людьми.

— Все будет хорошо, — прошептала она одними губами.

Хозяин дома проводил их до выхода и протянул мешочек с золотыми монетами. Ириска стала отнекиваться, но господин Моцан насильно вручил их.

— Жизнь сына дороже тех денег, которые я вам дал, — произнес отец мальчика.

К ужину вся семья собралась вместе. Там же присутствовала и Дана Иняс. Новости ожидали всю семью, которые и огласил Теодор. Первая новость касалась Ансела. Он переезжает к отцу, но собирается дом в Енаке продать и купить уже в Логрене. Кроме того, господин Миртем берет его в свой штат. Вторая же новость касалась всех. Через неделю они все должны были присутствовать на королевском балу.

Ириска, услышав эту новость, лишь обхватила голову руками и застонала. Как же она не любила такое времяпровождение.

— От господина Бодана ничего не слышно, — поинтересовалась она.

— Нет, Ирсанэль, пока молчание.

Так за разговорами о переезде Ансела, о невероятном воскрешении прапрапрадеда Теодора в теле мальчика семьи Моцан и о предстоящем бале, они завершили каждодневные вечерние посиделки.

Уже лежа в постели, девушка подумала, что есть большая вероятность того, что в этом мире есть такие как она. Раз Всевышний перенес ее тело после смерти в девочку, затем помог старому Картези вселиться в тело юноши, то может быть когда-то она найдет того, кто смог, как она переместиться из мира Земля в этот мир Фаэта.

Глава 45

Ансель довольно долго думал над словами отца о переезде в Логрен. С одной стороны — ему очень хотелось быть поближе к родным, тем более он нашел здесь друзей в лице Стана и Ирсанэль, а с другой стороны — его останавливали некоторые моменты его прошлой жизни. Он в своё время обещал своему наставнику и воспитателю Стену Рабору, что присмотрит за их домом после его смерти. Да еще и бросать работу, в которой он занимает не последнее место, не хотелось.

Окончательное решение к нему пришло после того, как он впервые увидел ту самую девушку, о которой ему рассказывала Ириска. Эту девушку звали Рина Юлир. Он, вспоминая ее, отчего-то начинал глупо улыбаться, сам себе в это время казался странным и неадекватным, никогда такого с ним не происходило. При виде девушки каждый раз в его груди поднималась мощная буря чувств, сердце начинало бешено колотиться, готовое выпрыгнуть и броситься в руки той самой, которая смотрела на него с прохладой, и даже не подозревала, какое влияние она оказывает на него своим безразличным взглядом.

Спасибо Ириске, она вовремя дала намек, что эту девушку надо завоевывать, а не ждать, когда она сама бросится в его объятья. В первое время все было очень сложно. Он пытался дарить цветы, но они оказывались в тот же день в мусорном ведре, но все же он добился своего. Сейчас букет хотя бы какое-то время стоит в ее комнатушке. Он просто приходил, чтобы посмотреть на нее, увидеть, услышать милый сердцу голосок и вновь уходил ни с чем. В первое время у него было желание кому-нибудь набить морду, а особенно тем, кто сотворил с ней такое, но мысленно давал себе подзатыльник, понимая, что ее проблему этим не решишь и вновь продолжал добиваться. Он уже ничего не ждал, перед работой заскакивал в госпиталь, чтобы издалека ее увидеть, затем убегал помогать