Бендиго Шефтер - Луис Ламур

- Да.

Вошла Нинон и, протянув руки, стремительно направилась ко мне.

- Бен! Ты уезжаешь!

- Я должен. Там случилась беда.

- И, как всегда, ты первый спешишь на помощь! Ведь правда?

- Ну, я не знаю. Я просто делаю то, что нужно.

- Зато я знаю все. Ты пошел спасать Мэй с детьми, когда их похитили индейцы, ты поехал вытаскивать мормонов из снегов, ты сражался с бандитами. И ты с Этаном Сэкеттом кормил мясом весь город в первую зиму. Я все это слышала, а кое-что видела и сама.

- Человек должен делать то, что нужно. К тому же я не один, рядом со мной всегда крепкие люди - Каин, Этан, Уэбб, Джон Сэмпсон.

- Но ведь делал-то все ты, Бен! Ты отвечал за весь город. Ты прокладывал дорогу.

- Нет, Нинон. Первыми были Каин и Рут. И только они.

- Ну да, конечно, - улыбнулась она. - Но твой вклад больше других.

- Мы все делали вместе: менялись, взрослели и открывали для себя, как трудно людям сблизиться и создать что-то новое. Пока мы еще недоучки, но после той школы, где бы мы ни оказались, мы уже не повторим многих ошибок.

Миссис Боссан оставила нас вдвоем.

- Твой спектакль ведь скоро сходит со сцены?

- Нам добавили еще неделю. А потом я вернусь в Новый Орлеан.

- А новые роли, предложения? Тебе ничего не подходит?

- Пока нет, Бен. - Она улыбнулась. - Но кто знает... Если у кого-то вдруг появится хорошее предложение, возможно, я и соглашусь...

- Я тут как раз подумал... Это уже мое предложение - обдумай его... Я пока не знаю, где в этой пьесе будет происходить действие, в каком краю и в каком городе, я только знаю, что она будет длинной...

- Ты мне даешь ведущую роль?

- Конечно. А декорации, реквизит и костюмы обеспечиваю я - и все по высшему разряду.

- Бен, я принимаю твое предложение. Я только об этом всегда и мечтала!

И тут мое красноречие иссякло. Я все смотрел на нее, а она на меня. Но говорить было не обязательно - каждый понимал, что чувствует другой без слов.

Мы стояли у окна, держались за руки и глядели на Нью-Йорк.

Потом мы стали говорить... Говорили и говорили... Было сказано много глупостей, а также и кое-что умное. И тут я рассказал ей о Лорне и ее приятеле.

- Бен! Пойдем познакомимся с ним! Они сейчас внизу?

Когда мы подошли к столику, он встал. Очень красивый человек с хорошим, сильным лицом, ростом с меня, только легче фунтов на двадцать.

- Я доктор Джексон Фэрчайлд, - сказал он. - Лорна мне рассказывала о вас.

Мы сели за стол и проговорили целый час. Через некоторое время я перестал их слышать и увидел катящиеся колеса фургонов, волнующуюся коричневую траву прерий, тяжелую речную воду на переправе, а еще - наш городок над ручьем, под белыми скалами, поросшими строевым лесом. Я тосковал по запаху кедрового дыма и мерной качке в седле. Здесь о Западе мне напоминал только револьвер за поясом. Даже девушки стали другими. Нинон из ребенка превратилась в красивую женщину, которую я едва узнавал. Лорна перестала быть сестрой деревенского кузнеца с Запада, а сделалась элегантной молодой леди.

До меня долетал их смех, обрывки разговоров, и я вспоминал поскрипывание седла и морщинистое лицо Урувиши, вспоминал прохладу, которой тянет в лицо со дна каньона Попо-Аджи, запах пороха и удар ружейной отдачи в плечо, вспомнил замешанный на дыме и поте запах бизоньих шкур и далекие огоньки на пути к дому.

- Я хочу прогуляться, - сказал я и встал. - Мне нужно подумать.

На улице уже темнело. Я закутался в плащ и пошел, не совсем понимая, куда иду. Пахло городом и углем. Вдруг я обнаружил себя в Бауэри. Зачуханные ломбарды, гостиницы третьего класса, ночлежки, пыльные театрики, экипажи, тарахтящие по осклизлой мостовой, тускло освещенные окна, мертвенные газовые фонари.

Завтра я отправляюсь домой... завтра.

Никак не дождусь.

Глава 40

За окном неторопливо проплывало бесконечное белое пространство. Заснеженная земля прерий сливалась с горизонтом в одно молочное марево. Там, за окном, - холод... жуткий холод. Печка в дальнем конце вагона раскалилась, докрасна, но ее тепла едва хватало. Вокруг печки сбились в кучку пассажиры. Лорна и доктор Фэрчайлд тоже сидели там.

Поезд медленно полз по обледенелому пути. Ничего не могло быть хуже, если бы он сейчас вдруг сковырнулся с рельсов - мы пересекали пустынную равнину, где никакого жилья на десятки миль вокруг. И топлива вдоль трассы нет, придется обходиться тем, что взяли с собой.

Ко мне подошел кондуктор.

- Вы ведь с Запада, мистер Шафтер?

- Да. Я живу возле Южного ущелья.

- Тогда вам знакомо все это? - Он показал на снег за окном.

- Конечно.

- Люди напуганы... В соседнем вагоне женщины с детьми, переселенцы. Мужчины хорохорятся, но на самом деле боятся не меньше.

- Их можно понять. Если мы вдруг застрянем... Придется разбирать пути и пилить шпалы на дрова.

- Да вы что! А что скажет управление? - перепугался кондуктор.

Я только улыбнулся.

- Железнодорожные боссы далеко, а мороз вот он, здесь, - улыбнулся я. Поверьте мне на слово, если понадобится, вытащим шпалы и раздраконим.

- Я к вам с просьбой, мистер Шафтер. Если бы вы зашли в тот вагон, поговорить с людьми? Их нужно ободрить, что ли.

- Почему бы нет?

Я встал и проверил револьвер под пальто. До Шайенна далеко, впереди долгие мили снежной пустыни. Когда-нибудь здесь появятся фермы и ранчо, вырастут города. А пока ничего нет.

На площадке между вагонами меня обжег ледяной ветер. Не меньше десяти градусов.

В вагоне оказалось несколько женщин, дюжина детей да несколько мужчин. В конце вагона спал потрепанный, грубого вида мужчина с огромными усами. Холод ему был нипочем.

- Как поживете? - обратился я к мужчине, который оказался поближе. Здесь холодно. Вы едете на поселение?

- Да. В Вайоминг.

- Собираетесь заняться земледелием?

- Попробуем искать золото. Я слыхал, оно там есть.

- Есть - если повезет.

Мне повезло. Двадцать одна тысяча семьсот долларов в нескольких банках на Востоке - тому подтверждение. Но везло не всем. И потом я этим не занимался специально и не тратил время на поиски.

- Может быть, земледелие надежнее? - спросил я. - Еще можно охотиться на бизонов. Их шкуры пользуются большим спросом.

- Я не умею стрелять.

Вот это да! Я уставился на него. Он тоже глядел на меня, почувствовав мое удивление.

- А зачем мне стрелять? Я думаю, индейцы хороший народ. Если к ним по-человечески, то и они ответят тем же. Я не хочу в них стрелять.

- Иногда, конечно, среди них встречаются неплохие парни. Надеюсь, что вам именно такие и попадутся. Я же натыкался на разных. Мне кажется, вы должны приготовиться, на всякий случай, даже если вы надеетесь встретить только ангелов. У вас ведь семья.

Он кивнул.

- Тут волноваться нечего. У меня хорошая семья. Мы будем работать сколько нужно и все перенесем.

- Поезд еле тащится - рельсы заметает снегом, - сказал я. - Если он остановится, не выходите без команды. Бывали случаи, когда людей забывали... Случайно, конечно.

Я видел, как внимательно они меня слушают. Один тихий человек сказал:

- Спасибо, сэр. Боюсь, нам придется еще многое узнать о Западе. Вы говорите, вам доводилось встречаться с индейцами?

- Да... И не раз. Весной племя сиу выйдет на тропу войны. Пока они ждут травы, чтоб был корм для лошадей. И тогда молодые индейцы начнут охоту за своими первыми скальпами. Я бы советовал вам обосноваться вблизи поселений, или хотя бы рядом с другими семьями, пока как следует не узнаете здешнюю жизнь.

- Вы золотоискатель?

- Нет. У меня есть небольшое стадо, и я собираюсь его увеличить. Мы построили городок возле Южного ущелья, но, похоже, наше время на исходе. Там не с чего жить.

- В Южном ущелье? - поднял голову другой. - Так ведь там золото! Почему же вы говорите - не с чего жить?

- Всего несколько приисков, и они уже иссякают. Многие старатели едва сводят концы с концами.

Он мне не поверил.

- Хотите нас испугать? - сказал он. - Не выйдет, мистер. Мы все знаем.

- Буду рад, если вы найдете то, что хотите. А пока - постарайтесь, чтобы вам хватило топлива для печки.

Я повернулся было уходить, но тот, который решил, что я их нарочно запугиваю, спросил:

- Вы и в самом деле с Запада?

- Я строил первые дома. Я был там с самого начала.

- Я слышал, что там дикие места. Много женщин, много стрельбы и бандитов. Говорили про одного мексиканца бандита, как он навел там шороху. Этот, как его, - Эррара...

- Ну да, был такой, Эррара, - сказал я. - Но его поймали.

Пассажир недоверчиво смотрел на меня.

- Как это поймали? Он же там всех терроризировал. Я читал.

- Город, в котором каждый мужчина носит оружие с детства, запугать невозможно. Этот тип покрутился вокруг, но потом терпение жителей лопнуло, и его выгнали. Так же, как его народ когда-то выгнал его из Мексики.

- Неправда!

Я молча посмотрел на него.

- Друг мой, - сказал я, помолчав. - Там, куда вы едете, за ваши слова вас уже убили бы. Если вы там решите кого-нибудь обвинить во лжи, то готовьте пушку. Язык без костей у нас не в почете. Зарубите это себе на носу, пока не поздно.