Трон Костей (СИ) - Агафонов Антон Романович "Dragon2055"

— Займусь.

На этом разговор закончился. Смысла обсуждать что-то ещё Теон больше не видел. Теперь все зависело от состояния Самины. Если операция пройдет удачно, и она очнется, то поведает больше о том, что именно произошло в том проклятом пансионе.

* * *

Бонхард считался одним из самых древних городов мира. Жемчужина юга, вотчина Держателя Скал. Лейва любила этот город. В конце концов, именно она его и построила почти две тысячи лет назад, ещё до своего заточения. Всего за пару десятилетий она превратила обычную рыбацкую деревеньку в процветающий торговый городок, который в свою очередь разросся в полноценное королевство.

Но, к сожалению, за последние семь сотен лет город пришел в упадок. Он все ещё оставался третьим по величине городом континента, но времена, когда через порты Бонхарда проходило больше трети мировой торговли, остались далеко в прошлом.

И тем не менее она его любила таким, каков он есть, с его маленькими узкими улочками, десятками базаров, раскиданных то тут, то там, с величественными наскальными дворцами, нависающими над портовыми трущобами.

— Ты знал, что Этажи пошли именно отсюда, Мерфион? — спросила она у своего слуги. — К примеру, Зеленый Этаж располагался вон там, — Лейва указала пальцем на нижний уровень наскальных дворцов. — Там жили легисты. Были их дома, казармы, оружейные. А черные, это подземные этажи, там, где находились тюрьмы и прочее. Люди, что оказывались там не видели солнца.

Лейва собиралась поведать спутнику про красный и синий этажи, но заметила, что тот её даже не слушает.

— Тебе совсем не интересно?

— Это бессмысленно, — ответил он. — Просто названия.

Он не был таким раньше.

С момента схватки с Теоном и восстановления от ран Мерфион стал грубее и злее. Особенно она чувствовала это в постели, когда он делал ей больно. Делал это специально, а она не могла сказать ему «нет».

Сейчас Лейва понимала, что полностью находится в его власти и сделает все, что угодно, стоит ему только попросить. Раньше она держала его на поводке, но теперь хозяин и питомец поменялись ролями. Но самое ужасное в том, что Лейва была не против.

Он мог бы даже нацепить на неё поводок и водить её с собой на четвереньках голышом, и она бы это сделала, лишь бы вновь оказаться с ним в постели. Мысли об этом приводили ей в неописуемый ужас, но стоило женщине посмотреть на мужчину подле себя, как этот страх забивался куда-то глубоко в подсознание и затихал. Она была не в силах ему перечить.

Лейва с Мерфионом спустились в нижний город, такой же грязный и многолюдный, как и сотни лет назад. Обновились здания, появились машины и электричество, но нижний город как был трущобами при Держателе Скал, таким оставался и при Арбитраже.

Уже через полчаса они подошли к одному из укреплений легистов, стоящих на страже подземных этажей города. Доступ туда был строго ограничен, но не для Лейвы. Их задержали всего на пару секунд, проверили бумаги и поспешили пропустить.

Чтобы попасть в нужное место, им пришлось преодолеть ещё два блокпоста и пройти по целой сети тоннелей и коридоров, то и дело натыкаясь на закрытые электронным замком двери. У Лейвы был доступ к каждой из них, так что это были лишь маленькие заминками к их цели.

Наконец, когда последняя дверь была открыта, они вошли в хранилище, где находилась темница Дарвина, Убийцы Драконов. Внешне та походила на темницу Могдина, тоже куб, но с иным орнаментом на гранях.

Мерфин первым подошел к ней, провел пальцем по металлической поверхности куба и бросил на Лейву насмешливый взгляд.

— Как это мелочно с вашей стороны, — хмыкнул он. — Найти одного из своих, но даже не попытаться его выпустить. Ты бы тоже так сидела в своей темнице, Лейва, если бы кто-то её не открыл.

— Так лучше для всех. Дарвин нестабилен.

— Да-да, я все это уже слышал, — отмахнулся Опустошитель. — Открой её.

— Это плохая идея. Я договорилась с Сиобаном и Джасмаэль, что мы сделаем это вместе.

— Тогда они не позволят мне убить его. После пробуждения он будет слаб и беззащитен. Лучшей возможности покончить с ним не представится.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лейва недовольно поджала губы. Она все ещё надеялась, что Мерфион передумает.

— Я против, — покачала она головой.

Полуулыбка исчезла с лица мужчины, он подошел и довольно грубо взял её за горло.

— Ты её откроешь и поможешь убить. Это не просьба, твоего мнения тут не спрашивают.

В душе Лейвы закипел гнев, и даже на долю секунды она хотела обрушить его на этого монстра. Монстра, которого сама создала. Но затем пришло осознание, что если она сможет его убить, то все закончится.

Лейва прошла к темнице Дарвина и взяла её в руки, помедлила несколько секунд, а затем принялась решать головоломку. Поворот туда, поворот сюда, нажать вот здесь.

Щелк.

Щелк.

Щелк.

Открывались один затвор за другим.

Щелк.

Щелк.

Когда прозвучал пятый щелчок, крышка отворилась, и вместе с этим в метре от них появился обнаженный широкоплечий мужчина. Они с Сиобаном были похожи, братья в конце концов, но только Дарвин был шире в плечах и выше на целую голову.

— Ты ещё кто такой?

Он уставился на Мерфиона, пока ещё не заметив Лейву. Этим богиня и воспользовалась.

— Не шевелись, чтобы не произошло, — приказала Лейва. — Не сопротивляйся.

— Лейва?! Что это все значит?! — зарычал Дарвин, но пока в руках у Лейвы была его темница, он был в её власти. Именно поэтому каждый из Старых Богов старался держать свою темницу при себе, ведь в чужих руках она становилась инструментом абсолютного контроля. — Ты за это ответишь! Я тебе обещаю…

Богиня соткала из Света кинжал и вручила его своему личному монстру, а сама отошла в сторону и присела в углу, продолжая держать в руках темницу.

Мерфион был жесток и даже не пытался быстро убить беззащитного бога. Он срезал с него кожу кусками, закидывая себе в рот, вгрызался в его плоть, испивая выходящий оттуда свет. Дарвин кричал, сопротивлялся, бился в агонии, но ничего не мог поделать.

У Опустошителя ушло больше часа на то, чтобы убить Дарвина, и бог к тому времени напоминал больше изуродованный кусок мяса, чем человека. Даже будучи выпотрошенным и разрубленным на куски, он продолжал цепляться за жизнь. Наконец крышка головоломки закрылась сама собой, отсекая силу, таящуюся в ней. Это значило, что Дарвин мертв.

Мерфион съел все. Каждый кусок, каждую кость, даже голову, хотя с ней проблем было больше всего.

Однажды и я окажусь в его желудке, — внезапно осознала Лейва.

— А теперь отдай её мне, — Мерфион, весь в крови, подошел к богине и протянул руку.

Чуть помедлив, женщина отдала темницу. В этот раз Мерфион открыл темницу сам. Он видел, как это делала Лейва, так что теперь воспроизвести её действия с фотографической памятью опустошителя не составляло труда. Как только темница открылась, Мерфион поместил её себе в грудь, сращивая плоть с механизмом.

— Да… — протянул он. — Я чувствую эту силу…

— И что теперь? Убьешь Владетеля?

— Не сейчас. У меня есть план получше.

— План получше? — Лейва нахмурилась и поднялась. — О чем ты говоришь?

— Если бы я просто хотел убить Альдрима, то сожрал бы тебя. Это было бы так просто… Но нет. Мне нужен был Дарвин. Его сила.

Лейва испытала новый укол ужаса, намного более сильный чем раньше.

— Что ты задумал?..

— Я открою портал. Такой большой, каких никогда не было прежде. Тысячи и тысячи Опустошителей пройдут через него, сея смерть и разрушение, — рассмеялся Мерфион. — Я начну настоящее Опустошение!

Глава 25. Опустошение

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Кригер прибыл в Бонхард с рассветом. Ему не нравился этот город — слишком грязный, слишком шумный, слишком людный, не говоря уже о жарком и знойном климате. Но в данный момент это не слишком беспокоило Кригера. Он должен дождаться прибытия флаера, отправленного Теоном, не более.