Покорение стихий - Светлана Ершова

– Явились? Вы же понимаете, что турнир, это в первую очередь скорость? Чья команда быстрее, тот и победил! Так вот, сейчас мы эту самую скорость и потренируем! Ничего сверхъестественного вас не ждет, просто бег, но бег такой, чтобы обгоняли ветер! А я буду следить, кто недотягивает! – он что, издевается? Так и хотелось сказать, что знаю правильный ответ. – Чего встали? На старт! Внимание! Марш! 

Мы бегали, до потери пульса бегали, и каждый раз завершая очередной круг, пробегая мимо тренера, я слышала: «Лана, шевелись, ты отстаешь!» Круге на девятом услышала: «Быстрее, ты отстала от Олова на два метра!» – и мои нервы сдали! Подбежав к нему, я заорала:

– Ты серьезно? Оли оборотень, а я – человек, я не смогу его обогнать при всем желании! – склонившись надо мной, практически касаясь кончиком носа моего, он заорал в ответ:

– Мне плевать, кто он! И тебе должно быть плевать, ты должна думать не о том, кто бежит впереди тебя, а о том, что ты обязана догнать, обязана перегнать и обязана победить! Ясно? А теперь пошла! Бегом – марш!

Развернувшись на пятках, я побежала. Злость, обида, ярость, ненависть – какофония чувств била изнутри, застилая глаза красным маревом. Ненавижу! Как же я его ненавижу! Я бежала, не видя ничего перед собой, просто быстрей, еще быстрей. Ты хочешь, что бы я бежала – я бегу, наслаждайся, изверг! Краем сознания слышала какие-то крики, плевать! Я бегу, как ты и хотел!

Неожиданно удар в спину сбил с ног, но вместо ушиба об землю, почувствовала теплый, обнимающий меня со всех сторон и невесомо скользящий по щекам кокон, пелена рассеиваясь возвращала зрение, показав испуганное лицо супруга в паре сантиметров от моего, в нос ударил запах паленых волос, возвращая в реальность. Дэй в боевой ипостаси прижимал меня к себе, обхватив крыльями. И это от них шел запах гари, я забилась, пытаясь выбраться из объятий, его руки сразу разжались, отпуская меня на волю. Мы сидели на земле, напротив друг друга, осмотрев тело мужа, я пришла в ужас: крылья практически на треть опалены, а через всю грудь, ровно в том месте, куда он только что прижимал меня, шла красная полоса ожога, уже начавшая покрываться пузырями. Это что, я? Я его так? Слезы заструились по щекам, а губы едва слышно зашептали:

– Я не хотела, прости, я не хотела, боги, что я наделала! – он обхватил мое лицо ладонями, заставляя смотреть в глаза. 

– Мне не больно! Слышишь, малыш? Мне не больно! Это все через два часа уже заживет! Пожалуйста, не плачь, прошу тебя, родная, успокойся! – он покрывал мое лицо поцелуями, а я понимала лишь одно: я причинила ему боль! Сделала больно любимому мужчине! Какая, к черту, ненависть, Ланка, ты же без него жить не можешь!

Тут со спины меня подхватили на руки, выдергивая из его ладоней. Мои мальчики! Олов держал на руках, а Сол, Рори и Орших выстроились в ряд перед нами, отгородив стеной от Дэймона.

– Отойдите! – зарычал тот, поднимаясь на ноги.

– Простите, тренер, но вам лучше оставить ее сейчас в покое, – демон встал на мою защиту.

– Я сам знаю, что для нее лучше! – взревел супруг.

– Извините, ваше высочество, но если учесть, что это вы довели ее до такого состояния, я вас к ней не подпущу! – Орших склонил голову, но стоял на своем! Остальные, подбоченившись, тоже отступать не собирались. Сердце заполнилось любовью – ребята, понимая, что они для него не помеха, все равно меня защищали! Пусть и от того, от кого не нужно оберегать! И хоть я сейчас с удовольствием переместилась бы на руки мужа, я все равно была им благодарна за готовность закрыть своими спинами мою никчемную тушку. Дорогие, мои, такие разные, но такие родные!

– О, черт! – отшатнулся от нас Дей, в мгновение ока исчезая в портале. Парни резко обернулись, удивленно глядя на мою грудь, проследив за их взглядом, изумленно подняла брови. Из моей груди, искрясь и переливаясь, расходились лучи и, опоясывая каждого из стоящих рядом мужчин, уходили вверх, там распадаясь и накрывая всех пятерых радужным куполом.

ДЭЙМОН.

Стоя на краю поля, я наблюдал за редким и красочным явлением под названием «связка»! Зрелище одинаково радостное и грустное. Первое, потому что с этого момента Лана никогда не будет одна, а второе – потому что теперь она принадлежит не только мне. Я, когда думал, что мне придется с кем-то делить ее внимание, представлял маленького демоненка, а не четырех здоровых бугаев. А если серьезно, я с самого первого дня их знакомства знал, что так и будет. Слишком идеально слилась их магия, слишком очевидная симпатия завязалась между ними, что ж, я был не против, правда, теперь у меня вместо одного ребенка – пятеро, но они же повзрослеют! Ведь повзрослеют же?! Одного только не предвидел. Я думал, сердцем связки станет демон, как самый сильный из них – магия всегда выбирала силу, впервые наблюдаю, чтобы основой стала любовь! Но так даже лучше: сердце связки меньше зависит от остальных! Я, когда понял, что происходит, еле успел смотаться – мой малыш могла бы и меня своей любовью зацепить, а я в их чокнутую компанию точно не хочу!

– Что спровоцировало связку? – на плечо опустилась рука Кейгарда.

– Давай не сейчас!

– Я сегодня заметил, что Лана сильно измотана.

– Да, нагрузки большие, но ты же знаешь: без этого никак.

– Нет! Думаю, дело не в физической форме! Она скучает по тебе!

– Но мы же видимся каждый день!

– Дэй, ты идиот? С кем она видится каждый день? С узурпатором и тираном? Ты бы давал ей хоть чуть-чуть ласки, она бы и на занятия к тебе с предвкушением бежала, а не как сейчас – словно на каторгу ходит!

– Я не хотел ее выде...

– Ей!

– Что?

– Ей объясняй свои мотивы, я-то их понимаю, а вот она, похоже, не поняла! – я кивнул, соглашаясь.

– Встретимся через два часа в твоем кабинете, надо кое-что обсудить! Дадим только этим очухаться! – мотнул я головой в сторону переставшей светиться пятерки.