Маяк на Дельфиньем (сборник) - Владимир Осинский

«…То, что они приняли за огромный камень, ожило! — рявкнул авторассказчик. — Геолог рефлекторно выхватил ультрабластер… — Не стрелять! — властно бросил Командор. — А вдруг это разумное существо?!»

Молоток угодил по пальцу. Зашипев от боли, сапожник среагировал так стремительно, что и настоящий космонавт мог позавидовать: мгновенно выключил аппарат; надо было оправиться от шока, прежде чем слушать дальше, — проблема контактов особенно занимала Арта. Пососав палец, он коснулся кнопки… Тут дверь распахнулась, и влетела запыхавшаяся Роза. Пронзенная негодующим взором супруга, нашла все же силы поспешно сказать:

— Не сердись, пожалуйста! Я бы, конечно, сперва постучала, но к тебе пришел сам… — Она очень боялась мужа. Во всяком случае, не давала повода предположить обратное.

— Этот самый «сам», который пришел, наверняка умеет читать! А если у него глаза не в порядке, напомни: мастер принимает с шестнадцати до восемнадцати ноль-ноль. Разговор исчерпан. Точка!

Тук-так, так-тук…

— Но это не простой заказчик! Та-ак!!!

— Значит, это твой начальник?.. — Взбешенный собственной гипотезой, Арт аккуратно-грозно отложил молоток. Вспомнил заповедь любимого литературного космолетчика: «Владей собой, как своим кораблем». Титаническим усилием заставил себя вымолвить почти приветливо: — Пожалуйста, передай своему начальнику, что он получит заказ послезавтра. Как договорились.

— Арт!.. — воскликнула жена и наконец почти шепотом сказала то, с чего ей следовало начать: — К тебе пришел сам космолетчик.

Недаром, последовательно борясь с суевериями, Арт почитал тринадцатое счастливым числом. Пусть с опозданием в тридцать лет — оно сделало свое дело.

Это было общение равных, которое продлилось никак не менее двух часов.

Конечно же, сапожник Арт давно был наслышан о космонавте Гео и знал всю его подноготную. Оба родились в этом городе, замечательном во многих отношениях, но под влиянием до сих пор не выясненных неблагоприятных факторов подарившем человечеству весьма ограниченное число разведчиков Вселенной. Пламенный патриот Арт не мог не поднять больного вопроса.

— Почему? — обиженно спрашивал он, заглядывая детски- простодушными карими глазами в голубые глаза Гео — когда-то, надо полагать, зорко, остро напрягшиеся и навсегда оставшиеся чуточку прищуренными. — Почему, отвечай, так мало наших ребят выбрало твою героическую специальность?! Мы все родились и выросли в горах, они же кругом, повсюду… — В памяти всплыло редкое по красоте образное сравнение из одной повести: «Белоснежные пики, венчающие вершины могучих гор, походили на форштевни космических дредноутов, замерших на стартовой площадке», — однако сапожник не решился выговорить замысловатую фразу, горестно махнул рукой: — Горы повсюду — и вот на тебе!

Гео — даром что представлял славное племя покорителей пространства и времени, — неукоснительно соблюдавший рамки традиционной сдержанности, исключавшей суесловие почтительности к старшему, здесь позволил себе пошутить:

— Может, дядюшка Арт, в горах-то и вся загвоздка? Ну как в них космодром оборудуешь — тут равнина бескрайняя требуется…

Мастер вежливо посмеялся, однако от темы увести себя не дал.

— Нет, Гео-джан, дело, к сожалению, серьезнее. Мы, местные, народ-огонь, люди-метеоры, легки на подъем, отваги нам не занимать… Да быстро сгораем, кропотливый труд не наша стихия. А что в первую очередь требуется от космолетчика? Гигантская трудоспособность! Ему ведь энциклопедистом надо быть, а? — блеснул он ученым словом и упавшим голосом заключил: — Выходит, мы, между нами говоря, просто ленивые крикуны…

— Что ты, дядя Арт! Не тебе, Первому Мастеру, так говорить. Да твои руки чудеса творят!

— Э-э, — лицемерно возразил сапожник, — какие такие «чудеса»? Сижу в своей норе, как барсук, рант тачаю да молотком постукиваю.

— Не прибедняйся, уважаемый. Я-то знаю, как мечтают люди к тебе попасть. И, если попадут, хвастаются потом твоими ботинками, словно сами их сшили! В ясных глазах засветилось лукавство. — А почему тебя, кстати, Артом назвали?

«Хорошо смотрит, — подумал сапожник, — прямо, честно, по- доброму… Наверно, потому, что привык на звезды смотреть!» Он добросовестно объяснил:

— Отец, да будет ему земля пухом, рассказывал, а потом в школе учили, что во втором веке до нашей эры царем Армении Великой был Арташес, что он возглавил восстание против поработителей Селевкидов и… Смеешься, да? рассердился Арт. — При чем здесь я!

Глядя на него с прежним лукавством, Гео сказал:

— Арташес, само собой, был царь молодец, только ты и впрямь тут ни при чем, совсем-совсем в другом дело. Имя «Арт» происходит от французского слова «артист», а оно — от латинского «арс», что означает «искусство»… — Он еще поглядел на взволнованного мастера и проникновенно заключил: — Даже если я это сию минуту придумал, все равно это правда. Потому что ты действительно артист и поднял свое ремесло на высоту искусства.

Много комплиментов доводилось выслушивать Арту, в том числе и содержащие только что произнесенные высокие слова. Но никому до сих пор не приходило в голову подобное этимологическое обоснование. Как и остальные 99,99 процента жителей города, мастер обладал чутким чувством юмора и отлично понял шутку. И все же сердце дрогнуло от благодарности, и не в одних словах было дело.

Лишь несколько секунд — зато почти осязаемо! — соприкасались их взгляды, и за ничтожно малый временной отрезок Арт понял то, о чем не умели, не в силах были за долгие годы рассказать тысячи звукокристаллов, каждый микрон которых был до отказа набит историями о космических путешествиях и путешественниках. Поблекли красочные описания фантастических коллизий; смешны и наивны стали дерзкие попытки проникнуть в загадки иных миров, прояснить их неземную сущность; заведомо неправдоподобными, мертворожденными сделались необычайные приключения, подвиги, а главное, сверхчеловеческие качества звездных героев — тех, о которых уже рассказал ему авточтец, и тех, что пока ждали своего часа в ячейках фонобиблиотеки… Славный парень, по сути мальчишка еще (ведь вдвое младше!), стоял перед ним — стоял, поскольку, когда волнение подняло хозяина из кресла, гость тоже вскочил. Светлые волосы, золотистая кожа удлиненного лица, высокий, глаза голубые. «Должно быть, его предки с Запада, — подумал Арт, — с побережья… Ну да разве это важно? Кажется, я понял…»

Стереотелевидение часто показывало космонавтов, и каждый раз, хотя давно пора было привыкнуть, он взбудоражено говорил жене: