Глинтвейн для Снежной королевы - Нина Васина

Засунув в одну ноздрю тампон, Лера достала из рюкзачка плотный пластиковый пакетик с застежкой, а из него – кусок кембрика сантиметров в тридцать длиной. С момента засовывания тампона она дышала открытым ртом – медленные вдохи и выдохи, которые сменялись более короткими и интенсивными. Подтащив к дверце сейфа пуфик, Лера встала на него коленками, осторожно вынула из правой ноздри вату и засунула ее в левую. Затем, вставив в свободную ноздрю кончик мягкого кембрика, она поднесла другой его конец к выпуклым кнопкам. Закрыла рот и втянула быстрыми вдохами воздух четыре раза – с единицы до четырех. Легкие наполнились, Лера наклонилась и выдохнула ртом. Повторила процедуру, проводя кончиком кембрика по кнопкам с цифрами от пятерки до восьмерки. Наклонилась, выдохнула ртом, опять втянула воздух через пластиковую трубочку с девятки и нуля. Вытащила из правой ноздри кембрик, из левой убрала вату, подышала носом глубоко и расслабленно. Достала из рюкзака блокнот с закрепленной в нем маленькой металлической ручкой и новый ватный тампон. Сначала она записала в блокнот пять цифр, потом засунула в правую ноздрю тампон, в левую – кончик кембрика, подышала ртом и повторила всю процедуру всасывания запаха с кнопок.

Сравнила записанные в блокноте цифры с теми, что унюхала левой ноздрей, и удовлетворенно кивнула. Спрятала кембрик в пакет с застежкой, тампоны убрала в наружный карман рюкзака и задумалась. Пять цифр… Чтобы перебрать все варианты…

– Факториал… Нужно перемножить пятерку на четверку, потом результат – на тройку, потом – на двойку и на единицу… – сказала Лера сама себе и задумалась. – Сто двадцать, – кивнула она. – Сто двадцать вариантов набора цифр!

После третьего неправильного набора где-то на пульте в отделении милиции сработает сигнализация – Элиза для экономии совместила сейф и сигнализацию входной двери.

Сто двадцать вариантов. Через сколько времени приезжает наряд милиции после срабатывания сигнализации? По рекламе – так вообще через пару минут. Лера прошлась по спальне. Странный какой запах на кнопках! Вообще-то она унюхала там еще несколько запахов, довольно старых, вероятно, Элиза иногда меняла код. Просмотрела на стойке у зеркала выставку флаконов и пузыречков, понюхала воздух над ними, выбрала один. В виде огромного стеклянного носа. «Дали». Значит, сейчас у Элизы «художнический» период жизни. Допустим, милиция появится через пять минут после того, как трижды неправильно набрать код сейфа. Значит, нужно за четыре минуты сто семнадцать раз ткнуть указательным пальцем в пять кнопок (Лера исходила из полной невезухи – когда нужный вариант набора окажется по закону подлости последним), а потом еще секунд за сорок осмотреть содержимое сейфа. Тогда двадцать секунд останется на трогательную встречу с бабушкой в ванной.

Она вернулась к сейфу. Потыкала в воздухе над кнопками в пять цифр. Еще потренировалась. На лету получалось вообще секунды полторы. Учитывая нажим… Она постучала пальцем в ковер, имитируя быстрый набор пяти кнопок. При максимальной концентрации внимания можно вполне уложиться в две секунды для каждого набора. Лера еще подумала – не составить ли на бумаге схему последовательного изменения по одной цифре, но потом не стала. Было бы, конечно, удобно, но только для двоих. Один нажимает, один диктует наборы. Почему-то она вдруг подумала о Гоше Капелюхе. Интересно, что бы он выбрал – нажимать или называть цифры? И поняла, что она его в этот момент вообразила! До невероятной ясности – до растерянного и напряженного в такой ситуации лица. Не отвлекаться! Она в уме будет переставлять цифры местами по кругу, у нее получится быстрее по памяти. И тут Лера вспомнила о щелчке, который должен последовать после правильного набора. Его же нужно ждать!

Итак, сто семнадцать наборов за две секунды, плюс по секунде – ожидание щелчка, итого… Больше двухсот секунд. А это больше четырех минут. Но – делать нечего!

И совершенно невозможно себе представить, что девочка Лера ни на секунду не задумалась – что ей делать, если вдруг в спальню войдет Элиза. Или ворвется взвод бравых спецназовцев… И тем не менее!.. Тем не менее. Для Леры это не было беспечностью, она просто не представила это, потому что совершенно не знала, как может повести себя бабуля или милиция, и не собиралась даже думать на эту тему. Девочка Лера очень хорошо умела перемножать, делить и возводить в степень цифры и представлять в подробностях, как они выстраиваются в нужном сочетании ответа, и получала от этого большое удовольствие, но вот Элиза, милиция…

Совершенно спокойная, она набрала первую комбинацию из пяти цифр меньше чем за две секунды. После третьей комбинации щелчка не последовало. И после сорок четвертой. Потом Лера перестала считать комбинации, а прокручивала, вертела, переставляла местами в уме 1, 4, 7, 9 и 0, опережая движения руки, пока вдруг не раздался щелчок, такой мощный, что дверца сейфа чуть дернулась. Одновременно со щелчком зазвонил телефон. Схватившись за ручку, Лера ее опустила, и первое, что она увидела на полке…

Это был пистолет. Не такой, как у Попакакиса, больше размером. Он лежал, одинокий, на совершенно пустой полке! На нижней под ним полке лежала прозрачная папка, в которой оказались документы на квартиру, на загородный дом и… еще на одну квартиру – в Лондоне. Следующая папка – акции, еще акции, два листа – список женских фамилий с телефонами и непонятными цифрами. Телефон звонит опять! Фотографии девушек с номерами. Больше ничего. Лера вскочила с ковра, забросила папки обратно, захлопнула дверцу сейфа. Картина не закреплялась, Лера поставила ее на пол под сейфом и бросилась к ванной.

Пена

Элиза сняла наушники, потянулась к лазерному плееру, чтобы выключить его, да так и застыла с протянутой рукой.

– Детка! – крикнула она так радостно, что Лере стало стыдно. – Откуда?! Как ты хороша! Кто стриг? В Москве? Нет, постой, дай угадаю – Гамек из Праги, правильно? Ты была в Праге? Давно? Дай же мне тебя обнять, нет, постой, я вся в пене, лучше дай полотенце.

– Ба-буш-ка, – громко продекламировала Лера, – у нас проб-ле-мы.

– Сейчас ты все мне расскажешь, и мы решим любые проблемы! – Элиза встала в ванне и взяла у Леры полотенце.

В дверь настойчиво позвонили.

– Ах, как некстати! – заметила на это Элиза, даже не представляя себе, насколько это некстати. – Кто бы это мог быть?

– Это милиция. Если ты не откроешь, они начнут дверь ломать, или что там по договору полагается, когда срабатывает сигнализация?

– Сигнализация? – удивилась Элиза, продолжая улыбаться. – Но я все нажала, когда пришла!

– Сигнализация сработала на сейфе. Я пыталась его открыть, – Лера протянула бабушке еще одно полотенце. – Давай быстренько, одно – на голову, другим обмотайся и бегом к двери, а? – попросила она.

– Мой сейф?… – застыла Элиза, будучи уже одной ногой на кафеле пола. – Зачем тебе мой сейф?

Звонки стали более длинными. Видя, что от каждого нового сообщения Элиза впадает в ступор, Лера перешла к экстремистским действиям.

– У тебя есть разрешение на оружие? – спросила она, дергая бабушку на себя за руку, чтобы та наконец вылезла из ванны.

– Оружие? Так ты его открыла?!

– Значит, нет, я так и думала, – кивнула Лера. – Быстро беги к двери, открывай, показывай документы и говори, что ты случайно три раза неправильно набрала шифр сейфа.

– А?… Да-да, конечно, уже бегу… Подожди, – остановилась Элиза в коридоре, обматываясь полотенцем. – А почему ты не откроешь, ты хотя бы одета!

– Потому что ты хозяйка квартиры! – Лера подталкивала ее в спину, Элиза пробуксовывала, оставляя на полу мокрые следы.

– Но ты тоже здесь прописана! – пыталась остановиться она. – Я не могу предстать перед группой мужчин в таком виде! Я совершенно не накрашена!

– А я не могу предстать перед группой милиционеров, потому что Попакакис убит из пистолета, на котором есть мои отпечатки! Меня могут разыскивать, мой паспорт показывать нельзя.

– Адвокат убит?… – попыталась присесть на пол Элиза, но Лера подхватила ее, крича:

– Минуточку! Иду! Уже иду!

Подтолкнув последним усилием бабушку к двери, Лера метнулась в спальню, чтобы подхватить с пола свой рюкзак. Элиза топталась перед дверью, выглядела она такой растерянной, что Лера пожалела о своих объяснениях.

– Открывай! – Лера побежала в ванную.

Прикрыв дверь, она подслушивала в щелочку. Элиза, заикаясь и путаясь, раза четыре начинала объяснять, как она вышла из ванной и стала открывать сейф, чтобы взять… чтобы взять там… А он не открылся, а, оказывается, она перепутала порядок цифр, это у нее случается – от Гуно.

Вероятно, кто-то из милиционеров решил выяснить, кто такой этот?… И где он.

– Кто такой Гуно? – На этой фразе голос Элизы наконец окреп и приобрел спокойную разборчивость и твердость. – Нет, минуточку, никакого Гуно здесь нет! Это композитор, я слушала его оперу, лежа в ванне, а когда вышла…