Император. Прогрессор. Маг - Игорь Дикарёв

каждой избе была печка, вокруг посёлка возвышался двухметровый частокол, за которым вовсю велись работы по выкорчёвыванию пней — местные расчищали территорию под будущие посадки полезных растений, не теряя времени даром. Кроме того, было уже готово несколько домов для новых жильцов. Красота!

Утром, поблагодарив Флипа за хорошую работу и тёплый приём, мы отправились проверять остальные посёлки. Спустя три дня я оказалась в посёлке, что располагался на северном берегу Чистой, практически у самого моря. Это был последний пункт, куда я должна была нанести визит. Ситуация тут была средней паршивости. Ни густо, ни пусто, как говорится. Выписав главе дежурную порцию звездюлей, я отправилась на берег проведать побережников.

С трудом мне удалось отыскать одного из них и переговорить. Похоже, у них всё было хорошо, большинство из них уже переправилось и благополучно разместилось на новом месте, они обустраивали свои подводные жилища. На берегу их было очень мало, потому что зимуют они, как оказалось, под водой.

Ещё какое-то время я беседовала с побережником с помощью рисунков и жестов, в конце попросив его передать привет Бульку и пожелав удачной зимовки. Затем провела ещё какое-то время на берегу. Мне нравилось находиться здесь. Шумят набегающие волны, пахнет морем, меня окружает влажный воздух, суетятся редкие побережники, которые совсем не доставляют мне хлопот в отличие от людей. Это лучшее место во всём Халионе, а может быть и на Триале. Жаль, что я не могу, будто антипод русалочки, отрастить хвост и жабры и отправиться жить в море.

Глава 18 Саян. Большая охота.

Похоже, что это конец. Я выжег три гнезда этой мерзости, но так и не смог привести пленников в сознание. Пытаясь их спасти, я попробовал заставить огромную тварь привести пленников в чувство. На этом я и попался. Они зажали меня в угол. Манна на исходе, я выжат как лимон. Похоже, я больше никогда не увижу своего сына Оло

(отрывок из дневника, подаренного Саяну Харальдом).

— Вот это гости! — не удержался я и вслух выразил свой восторг при виде одетых в шерстяные тулупы, меховые шубы, валенки и вязаные шапки вернувшихся из плавания Андрея и остальных моряков. — Пока мы тут копчики морозим, они в кафтанах и ватниках щеголяют!

Сказал это я не зря. На самом деле было холодно. Очень холодно. Да что уж там говорить, если корабли едва сумели протиснуться по течению сквозь тонкий лёд. Задержись мореплаватели хотя бы на неделю, и им пришлось бы вверх по течению реки пробираться пешком, бросив корабли во льдах.

Кроме того, жители Халиона щеголяли по большей части в летней одежде или же чём-то несуразном, изготовленном на коленке, в отсутствие подходящих инструментов и материалов. Накинуть на себя шкуры животных и то было благом. Многие болели, кто-то даже умирал, не успевая дождаться помощи от меня или настоящих лекарей.

Оттого и радость от прибытия наших купцов, путешественников, вояк и перевозчиков в одном флаконе была неподдельной. Пришвартовались морские волки на новеньком причале, который был готов ровно к их прибытию. Встречать дорогих гостей высыпала не только вся городская детвора — даже взрослые побросали все дела и приветствовали мореходов.

Ни в целях наживы, но дабы соблюсти порядок и избежать попадания большого количества тёплых вещей в одни руки, было решено всё привезённое не раздать, а продать за небольшие деньги, причём не более одного комплекта в одни руки. Так должно всем хватить одёжек. Конечно, сложно запомнить кому товар уже продан, а кому нет, но некоторых заминок в любом случае не избежать.

Прибыл Андрей как раз к обеду, будто бы учуяв дурманящие ароматы готовящихся блюд. Ему дали время поесть, погреться в бане, а вечером мы собрали в ратуше малый совет и как следует переговорили.

Выполнили наши мореплаватели все планы на максимум. Сперва прибыли в земли эльфов, нашли, где причалить, занялись торговлей. Продали всё, что привезли, то есть соль, сталь, мёд, воск, керамику да кое-какие мелочи. У длинноухих закупили тёплую одежду, иглы, скот и множество других полезных в хозяйстве мелочей, истратив всё до последней монетки. Затем, добравшись до орочьих территорий, устроили небольшой набег. Освободили из рабства немало разумных, да к тому же немного золота, серебра и скота удалось захватить. Не дожидаясь, пока зеленокожие соберут карательный отряд, уплыли прочь, затерявшись среди бесчисленных островов, что располагаются близ устья Изумрудной и Глади.

К этому моменту корабли были набиты чуть больше, чем под завязку, даже спать приходилось по очереди, так как места не хватало, так что ни о каком плавании через океан не могло быть и речи.

Но на островах моряков поджидала удача: удалось найти места жительства нескольких пиратских кланов, у которых экспроприировали два корабля олодской конструкции, несколько маломерных корабликов и немало рабов, что были приготовлены для продажи оркам.

Наглядно продемонстрировав пиратам, что их промысел плох, а рабство — вообще зло, моряки отправились на Стокс. Там оставили на зимовку две тысячи бывших рабов, а сами отправились обратно на Халион. Таким образом, на девяти кораблях удалось разместить немногим более четырёх тысяч разумных. Теперь, после прибытия Андрея, наше население увеличилось почти в полтора раза, с десяти тысяч до четырнадцати. Где селить и чем кормить такую ораву, было решительно неясно. Изначально мы планировали принять вдвое меньшее число беженцев, да и то строительство для них жилья и заготовка провизии на зиму во многих посёлках оказались проваленными.

Рыба на данный момент ловиться не желала что в море, что в реках, не то впав в спячку, не то просто желая подложить нам очередную свинью. Кстати, о свиньях — их тоже привезли и немало, равно как и кур, лошадей, коз, коров и, естественно, эйхо. Но всё это были капли в море, что должны были пойти на развод, а не угодить в котёл при первой возможности. Хорошо хоть Андрей, будучи на Стоксе, сумел по максимуму набить трюмы различными съедобностями, которых должно хватить на ближайшее время. Ну а потом… Либо голодать, либо забивать на мясо животных, предназначенных для разведения. Гвен, услышав подобное, едва не расплакался. Очень уж он любил животных и радел за их разведение, а мы геноцид планируем совершить.

Ну и бонусом ко всему прочему выяснилось, что наши доблестные охотники настолько активно истребляли живность в округе, что живность эта либо уже сгинула, либо предпочла переселиться на более спокойные территории. Так что свежениной разжиться тоже не удастся. Охотиться теперь приходиться