Неоновые блики - Олег Трувинс

Потряхивая рукой, патлатый отошел на несколько шагов назад:

– Ты же не из наших мест будешь? Одет больно мажорно…

– Не твое дело, – морщась от боли, зло выкрикнул Петр и попытался вырваться. Железные руки «парней» не позволили сделать ему ни одного движения.

– Стоять! – патлатый с ненавистью сплюнул в сторону, – ну а денежки у тебя имеются, буратино?

– С собой не ношу.

– Ну конечно, откуда у тебя денежки? – осклабился водитель и вдруг заорал, подскочив вплотную к Петру, – да у тебя, гнида, один шарф как наша машина стоит!

Он снова ударил Петра в живот и отскочил назад. В этот раз Петр успел сгруппироваться, напрячь пресс и поэтому он почти ничего не почувствовал. Зато его обидчик, похоже, прилично ушиб свою руку о стальные кубики его пресса.

– Спортсмен, да? – морщась и тряся кистью, прошипел он.

Петр усмехнулся:

– Мой шарф дороже вашей машины…

– Шутит, – удивился тот, кто стоял слева.

– Держите его крепче, щас я его сначала прощупаю… А потом он у нас пошутит…, – многообещающе проговорил патлатый.

Одна только мысль, что сейчас его будет обыскивать этот человек, заставила Петра действовать. Где-то из самых глубин его памяти, видимо под воздействием этой почти безвыходной ситуации, выплыли спасительные картинки из книжки по самообороне, которую он изучал когда-то в далеком школьном детстве.

Одна из ситуаций, которая в мельчайших подробностях описывалась в той книжке, была как две капли воды похожа на ту, в которой сейчас находился Петр. Он даже явственно представил себе эти картинки – двое держат одного за руки, а третий стоит спереди.

Для того чтобы выйти победителем, если верить рекомендациям книги из детства, Петру нужно было молниеносно и в строгом порядке выполнить пять пунктов. Чтобы разложить все по полочкам и подготовиться, он решил потянуть время:

– Я имел в виду, что наличные не ношу, но у меня есть кредитка.

– В каком кармане?

– В гостинице она. В моем номере осталась. Хотите, доедем, заберем – и сразу же в банк. Там много. На всех троих хватит.

– За идиотов нас держит, – зло проговорил патлатый, – в каком кармане, я спрашиваю?!

Петр в это время выполнил первый пункт из книжки – он попытался вырваться, но сделал это не слишком слабо, чтобы выглядело правдоподобно, но и не слишком сильно – чтобы не вырваться по-настоящему.

«Парни» в ответ на это еще крепче сжали свои ладони-лопаты.

Патлатый сделал шаг ближе.

Старательно следуя рекомендациям книжки, Петр, в этот момент, выполнил второй пункт – попытался вырваться чуть сильнее, чем в предыдущий раз.

«Парни» машинально ухватились еще крепче.

Патлатый сделал еще один шаг.

Петр выполнил третий пункт – повиснув в крепких руках «парней», он резко выбросил вверх обе ноги и изо всех сил прицельно ударил обоих прямо в лица носами своих крепких итальянских ботинок.

Тут же, как и требовала книжка, Петр сначала выполнил четвертый пункт – с силой опуская ноги, он ударил правым каблуком прямо по голове патлатого, который в этот момент интуитивно подался вперед – на помощь «парням».

Сразу же за четвертым последовал и пятый пункт – опустив ноги до земли, Петр всей своей массой вынудил «парней» согнуться, и, упав на колени с максимально разведенными в стороны голенями, резко подался туловищем вперед. Оглушенные мощным ударом и всем этим неожиданным, двухсекундным маневром Петра, «парни» тоже подались вперед, и, споткнувшись о разведенные ноги Петра, упали на землю, при падении автоматически разжав ладони.

Отскочив назад, освобожденный Петр встал в боевую стойку. Вытянув перед собой кулаки, он осмотрел поле битвы.

Два здоровенных лба возились на земле, пытаясь нащупать на окровавленных лицах свои сломанные и вдавленные внутрь черепа носы, а патлатый, обеими руками держась за голову, на которой виднелась кровавая ссадина – след от каблука, стоял на коленях и широко открытыми глазами с нескрываемым изумлением глядел на Петра.

««Парни», кажется, уже не опасны. А этого детину надо бы нейтрализовать получше… А заодно отомстить за тот веселенький вояж на кладбище…», – быстро оценил обстановку Петр, и с боевым ревом кинулся на своего обидчика.

В следующую секунду, тот, как пружина, подскочил на ноги и бросился наутек, в сторону ворот.

– Второй раз я тебя не упущу! Я же тебе обещал, что мы еще обязательно встретимся! – орал на бегу Петр, с каждым шагом настигая патлатого, в один момент из наглого агрессора превратившегося в убегающую жертву.

– Какой второй раз, дяденька, я тебя в первый раз в жизни вижу, – визгливо кричал тот, смешно взбрыкивая ногами.

– Забыл, как ты меня на кладбище возил, гаденыш, чуть гроб не разбил на ухабах?!

– Куда я тебя возил?! Какой гроб?! Какие ухабы?! Ты чего, дяденька?! – взвизгнул тот, но в эту секунду Петр все-таки настиг его и поставил подножку.

С глухим звуком патлатый изо всех сил грохнулся на землю. Тут же, словно коршун на добычу, на него сверху упал Петр. Не думая сейчас ни о чем, распаленный злобой и своей победой, он резко перевернул патлатого на спину и занес над его лицом побелевший от напряжения кулак.

– А-а-а-а…, – заплакал здоровенный детина, сильно зажмурив глаза, и Петр вдруг опомнился.

«Не покалечить бы его…, – подумал он, быстро вскочил на ноги, и с отвращением произнес, сплюнув в сторону:

– Воняешь ты, гангстер хренов…

Оставив рыдающего водителя на земле, Петр вернулся к УАЗ-ику. «Парни», продолжая ощупывать свои разбитые лица уже не лежали, а сидели на земле…

Петр посмотрел на них и подошел к машине. «Парни» молча проводили его взглядом.

Петр заглянул в кабину, потом в кузов, и забрал оттуда Катину сумку.

– Не ожидали? А нечего было девушку обижать. Обязательно обратитесь к врачам. С вашими носами… кажется, что-то не то…, – обернувшись к «парням», поучительно произнес он, и нарочито неспешно пошел к ржавым воротам завода.

Выйдя из ворот, он резко свернул вправо и быстро побежал вдоль забора к жилым домам, в ту сторону, откуда он примчался, следуя за УАЗ-иком. Только очутившись среди домов, на оживленной улице, он немного успокоился и отдышался. Поймав попутку – ржавый оранжевый «Москвич», он попросил водителя:

– К Драмтеатру, пожалуйста.

Растерянная Катя стояла на прежнем месте, держа у уха его телефон.

Петр сунул водителю триста рублей:

– Сможете довезти девушку до дома?

– Сделаем.

– Этих денег хватит?

– Даже многовато.

– Подождите чуть-чуть.

Он вышел из машины и подошел к Кате. Она увидела в его руках свою сумку и, поддавшись внезапному порыву, подошла к нему и обняла. Петр тоже осторожно обнял Катю.