Если завтра случится (СИ) - Джолос Анна

— И?

— И скоро настанет пора воспользоваться предложением.

— Да ты что! Кто же меня возьмёт туда сейчас?

Но она словно не слышит. Продолжает.

— Начнёшь ездить в театр. Потом, глядишь, совсем растопишь его сердце. Усыпишь бдительность, позволит и остальное. Если будет уверен в том, что ты передумала разводиться. Типа всё у вас наладилось.

— Ты советуешь мне жить во лжи? — называю вещи своими именами.

— Некоторый промежуток времени, а иначе как? Предки способны на содействие?

— Нет.

— А тот парень, в которого ты…

— Нет. Он в другой стране и вообще…

— Вот видишь, Насть, что получается. Помочь себе можешь лишь ты сама. Путём использования чувств Амирана к тебе. Нельзя упускать шанс. По крайней мере, точно уж стоит попробовать. По факту, что ты теряешь?

— Гордость и уважение к себе.

— Ооо… С такими установками сидеть тебе до пенсии под замком.

— У меня не получится, Дин.

— Насть, — складывает руки перед собой. — Балерина на сцене — это не только танцор, это ещё и актриса. Она мастерски играет свою роль в различных спектаклях. Ты однозначно справишься, — подытоживает ободряюще. — А теперь давай есть, пока этого не видит мой фитнес-тренер.

Глава 34

Данила

Итак, пацаны, вроде как, окончательно приняли меня в свою компанию. Надеюсь, после сегодняшнего даже сварливый «дед» Кирилл смягчится и изменит своё отношение ко мне в лучшую сторону.

Вот он, с озабоченным выражением лица стоит надо мной.

— Где херов лекарь? — обеспокоенно осматривает моё плечо, истекающее тёмно-алой жидкостью.

— На подходе, — нахмурившись, сообщает Паровоз. — Ты как себя чувствуешь, Дань?

— Нормально.

Получить пулю больно и неприятно, но в моём случае вполне себе терпимо.

— Нормально, — ворчит Дымницкий. — Там артерия находится, между прочим.

— Знаю.

— Мне кажется, артерия не задета, — выдвигает свою версию Череп. — Иначе Данька бы уже того, отправился к праотцам на небеса.

— Так ещё не вечер.

— Ну спасибо.

Трель дверного звонка свидетельствует о том, что пришёл Айболит. Илья тут же резко поднимается с дивана и идёт открывать ему дверь.

— Климов-Климов… Ты на хрена пошёл за нами? Русским языком было сказано ждать в машине, — Дымницкий качает головой, явно осуждая мои действия.

— Вас долго не было. Я решил проверить, всё ли в порядке, — чуть меняю позу и сильнее прижимаю к ране испачканное кровью полотенце.

— Проверил?

— Кир, если б не Даня, неизвестно, чем бы вообще дело кончилось.

— Согласен. Клим — молоток, не растерялся. Появился из ниоткуда, как хренов Марвэловский супермэн. Вырубил Жорика и вернул нам возможность контролировать ситуацию. Отвлекающий манёвр ёпта, — смеётся Калашников, хлопая меня по здоровому плечу.

Да уж. Заварушка вышла та ещё.

— Я очканул конкретно, — честно признаётся Черепанов. — Думал, там и закопают нас в этом лесу. Навечно.

— Обломятся, — подаёт голос Динамит, вальяжно развалившийся в кресле.

— Ладно это, но на кой икс ты закрыл меня собой у машины? — продолжает наезжать на меня Дымницкий.

— Рефлекс.

— Кто просил? — его глаза горят недовольством и… тревогой?

По ходу, Дым всерьёз переживает за мою шкуру, хоть и не испытывал ко мне раньше особой симпатии.

— Наш подстрелыш здесь, — слышим Паровозова, и уже в следующую секунду перед нами появляется доктор.

— Освободите место рядом с пострадавшим, — командует этот неприятный на вид старикан.

Дымницкий и Черепанов тут же от меня отходят. Калаш тоже отступает на шаг, чтобы не мешать.

— Что от нас нужно, док?

— Горячая вода, остальное у меня с собой, — ставит на передвижной столик кейс внушительного размера и наклоняется ко мне, чтобы оценить урон.

— Сейчас организуем.

— Дай взглянуть, — внимательно осматривает рану, после чего выносит вердикт. — Жить будет.

— Слава Богу.

— Бог тут ни причём, чистое везение. Бабло налом заранее готовьте, — командует Светило медицины.

Паровозов просит Калаша принести кэш.

— Ещё ниче не сделал, а уже требует гонорар… — недовольно хмыкает Динамит, — глядя на происходящее.

— Чё ж без меня не справились, умники? Сюда ставь, — указывает старикан Черепанову. (Тот притащил с кухни чайник и миску). — И пусть все выметаются вон. Здесь вам не развлекательное шоу.

— Да мы ж тихо, не жужжим даже, — возникает Антон.

— Парни… — Илюха взглядом просит пацанов удалиться, но вот сам, кстати, остаётся. Контролировать процесс.

— Щас будет больно, — предупреждает лекарь, поливая руки спиртом.

— Дать ему выпить?

— Уже не спасёт, — зажимает пальцами щипцы.

— Ори, Дань, если что, — разрешает Паровозов, сочувствующе на меня глядя.

Орать не собираюсь. Я ему девка, что ли?

Стиснув челюсти, молча терплю манипуляции врачишки и всё же мысленно благодарю Всевышнего за то, что, выражаясь словами Черепанова, не отправился к праотцам на небеса.

***

Очередное лето пролетает, не успеваю моргнуть и глазом. За ним приходит осень: серая, холодная и дождливая.

Если говорить о переменах, случившихся в моей жизни за этот период времени, то стоит выделить следующее.

Пункт первый. С пацанами Паровоза удаётся сдружиться намертво. Дым. Череп. Калаш. Мы с ними не только мутим совместные дела, но ещё и проводим большую часть свободного времени.

Пункт второй. У меня появляются деньги. Отсюда вытекает пункт третий: мне наконец-то удаётся снять собственную квартиру, в которой я проживаю самостоятельно. Один.

Невыгодно, да, с точки зрения ежемесячного платежа, но зато какой кайф в плане комфорта и удобства! Детдомовцы меня однозначно поймут. Красота… Полная свобода. Хочешь, иди ночью опустошай холодильник. Хочешь, смотри телек до утра, спи до обеда и валяйся в ванной битый час. Никто не потревожит.

Помню, первое время даже как-то не по себе было. Потом привык и стал ценить это своё уединение, поскольку раньше совершенно не имел представления о том, что это такое.

— На следующую субботу ничего не планируйте, — Паровозов подходит к окну и щёлкает зажигалкой.

— Чё, куда едем? — Черепанов играется с цветной пружинкой. Где достал — непонятно. Сидит, как придурок, на неё залипает.

— К Дягилеву отправимся на дачу. Там его и щеманём.

— Это тот тип, который автомастерскую Эмиля отжать хочет? — уточняет Калашников.

— Да.

— Что по людям?

— Охранник в доме, водитель. Итого двое.

— Всего-то?

— Жадный. Экономит на всём.

— Глупо. Безопасность превыше всего, — хмыкает Дымницкий, отбирая у Черепанова пружинистую хренотень.

— Нам такой расклад только на руку.

— А по поводу семьи что? Жена, дети? — спрашиваю я.

Обычно мы стараемся не впутывать в наши разборки посторонних.

— Предполагается, что на даче он будет с любовницей.

— Как предсказуемо.

— Действовать будем по плану. Чуть позже вас сориентирую, — Илья поднимает голову и выпускает вверх кольца дыма.

— Оукей.

— А Дягилева никто не крышует случаем? — предусмотрительно интересуется Кирилл.

— Нет. Говорю же, жадный. Сами знаете, крыше надо регулярно платить, а он не из тех, кто станет это делать.

— Ну и дебил. Позарился на чужое, лишится по итогу своего, — оскаливается Динамит.

— Не перестарайтесь в плане физических увечий. Жмурики нам не нужны. Цель — припугнуть.

— Без Б. Посадим на очко.

— Что по Рябову?

— Малевич нарисует карту объекта и обмозгуем.

— Лады.

— Вот бабло от Рашида за прошлый месяц, он доволен нашей работой, — Паровозов кладёт на стол пачку денег.

Черепанов присвистывает и откладывает в сторону свою дурацкую игрушку.

— Разделите поровну.

— Гуляем! — Тоха радостно стягивает резинку с купюр.