Доверься демону. Поцелуй инкуба - Екатерина Севастьянова

Я тяжело вздохнул и, пройдя мимо Лукаса, который разговаривал с кем-то по телефону, лег на диван, сложив руки за головой.

Я устал. Устал убивать, голодать, искать новых и новых девиц. Устал! Бесконечность утомляет, точно так же как и бессмертие, которое мне не с кем разделить.

Чтобы не сойти с ума, любой демон, который живет вечность, рано или поздно находит себе демоницу, которой по большому счету ничего не нужно. Они не требуют заботы, не требуют внимания, с ними не нужно себя сдерживать. С одной стороны, идеальный вариант, но с другой — я никогда не возьму к себе лживую, лицемерную тварь, притворяющуюся обычной женщиной. Меня от них тошнит. Если демонам частично присущи некоторые человеческие чувства, то демоницы совершенно сухи на эмоции. Никто из них не сможет дать мне что-то еще, кроме идеального тела, которое даже непривлекательно.

Я закрыл глаза, считая до десяти, пытаясь прогнать тьму, которая уже проникла в мои легкие, сдавливая горло и угрожая задушить. Но мне было на нее плевать. Я понимал, что сейчас просто хочу того, чего никогда раньше не хотел.

Чего никогда раньше не чувствовал…

И в чем никогда раньше не нуждался…

Я хочу одну мирну рядом. Мирну… которая будет меня любить… Эгоистично, но я и не скрываю, что эгоист-собственник, как и все демоны в целом.

Глава 20

Дийана Фрост

Солнечные лучи, проникая в коридор через высокие панорамные окна, отбрасывали холодные тени на стены, тем самым разрушая мрачную атмосферу резиденции. Я уже привычно прогуливалась по этажу, стараясь никому не попадаться на глаза и ни с кем не разговаривать. Как ко мне относится вся имеющаяся прислуга, я отлично поняла и быстро усвоила, и ради своего же блага обращалась только к Шанни, которая постоянно крутилась рядом.

Поднявшись в библиотеку, я снова зарылась в книги с головой, изучая странный язык и пытаясь вывести каракули на чистом листке бумаги. Получалось пока скверно, но результаты уже были видны. По крайней мере, базовый набор фраз я уже смогу понять, если их кто-нибудь произнесет. Сама выговорить я их, конечно, никогда не смогу, зато написать или перевести — запросто.

Последние три дня я проводила исключительно в библиотеке. Во-первых, все эти дни Ринара в резиденции не было, а во-вторых, здесь я себя чувствовала в относительной безопасности от всех окружающих. После последнего случая, когда я потеряла сознание, Шанни запретила всей прислуге приставать ко мне с разговорами и вообще перестала пускать посторонних в библиотеку, предоставив все помещение в мое личное пользование. Наверное, именно поэтому, когда в первый раз за три дня дверь открылась, нарушая умиротворяющую тишину, а на пороге показалась молодая служанка с подносом в руках, я вздрогнула и настороженно на нее покосилась.

— Мисс Фрост, — слегка поклонившись, поздоровалась она, подходя к столу, на котором я разложила интересующие меня книги. — Я принесла вам чай и фрукты. Вы сегодня не ужинали.

— Да? — заторможенно переспросила я, наблюдая, как девушка ловко поставила передо мной чайник, тарелку с печеньем и небольшую корзинку с фруктами. — Спасибо.

Служанка забрала пустой поднос и снова поклонилась:

— Приятного аппетита, — натянуто улыбнувшись, произнесла она, направляясь на выход.

— Спасибо, — снова повторила я, смотря ей вслед.

И как только за девушкой закрылась дверь, я тут же потянулась к тарелке с печеньем.

В том, чтобы морить себя голодом, я не видела никакого смысла, тем более что есть хотелось с самого утра. Просто со всеми этими книгами ужин отошел на второй план, и я благополучно про него забыла.

Довольно улыбнувшись, порадовалась тому, что не придется искать Шанни и просить у нее еду.

Откусив печенье, я налила себе горячего чаю и только поднесла чашку к губам, как дверь в библиотеку снова открылась, являя передо мной все ту же служанку.

Она бросила на меня какой-то странный взгляд… тревожный, что ли.

— Мисс Фрост, — с явной виной в голосе произнесла девушка, указав на чашку, которую я все так же держала на весу. — Не пейте это…

Я подавилась печеньем.

— Что? — пытаясь прокашляться, спросила я. — Почему?

Служанка быстро обернулась, словно боясь, что нас кто-то услышит, и совсем тихо сказала:

— Не пейте! Там снотворное.

И все. Развернувшись, она выскочила за дверь, снова оставив меня одну.

У меня округлились глаза. Что? Снотворное?!

Я непонимающе посмотрела на чашку, поднесла ее к носу и принюхалась. Чай как чай. Ничего необычного. Зачем кому-то подсыпать мне снотворное?

В голове против воли всплыли слова прислуги, которые я так отчаянно пыталась забыть: «Да тебя отравить надо! Я бы и сама с удовольствием подсыпала тебе яду…». Руки дрогнули, чуть не уронив чашку на пол.

А вот это уже плохо… очень плохо! Сейчас снотворное, а завтра отравы какой-нибудь подсыплют?

Я поджала губы, уверенно вернув чашку на стол. Факт того, что в чай что-то там подмешали, меня совсем не напугал, только если разозлил, потому что это вдвойне несправедливо. Обвиняют непонятно в чем! Снотворным спаивают! Кошмар! Как будто у меня проблем мало, решили еще добавить.

Захлопнув книгу, я решительно направилась в свою комнату. Все, хватит с меня на сегодня! Но именно в тот момент, когда я уже почти вышла в коридор, дверь в библиотеку открылась.

Я застыла на месте, ну никак не ожидая увидеть сейчас Ринара. Его же не должно быть в резиденции… Когда он успел вернуться?

Демон остановился в дверях, с интересом разглядывая меня, словно мы не виделись несколько лет.

— Соскучилась? — вместо приветствия насмешливо поинтересовался он.

Слова вырвались прежде, чем я успела подумать:

— А вы как раз вовремя! Мы тут чай пьем… со снотворным! Вам налить, мистер Марш?

— О, язвишь, — добродушно подмигнул Ринар, еще больше смутив меня своим нетипичным поведением.

Ну вот почему он — то улыбается, то ударить меня хочет?!

— Нет, не язвлю, — тут же исправилась я, не хватало его еще разозлить. — Чай на самом деле со снотворным. Хотя не знаю… я не уверена.

Ринар удивленно изогнул черную бровь, внимательно вглядываясь в мое лицо. И не было в его взгляде ничего человеческого — только голод и смерть.

Нервная дрожь прошлась по моей спине.

Это так жутко. Стоять напротив него и смотреть в глаза своей смерти, которая уже в ожидании потирает остро отточенный топор…

— А вот я соскучился, — полностью проигнорировав мои слова о снотворном, заявил он. — А мирна, оказывается, обо мне даже не вспоминала.