Летний брат - Яап Роббен

на улицу через жалюзи на кухонном окне.

— Чего им тут надо?

— Это тот, который нас с тобой задержал в прошлый раз. Ив.

— Может, они за Эмилем пришли?

— С чего бы?

— Не знаю. Может, он что-нибудь натворил.

Оба полицейских вернулись к машине и переговариваются через крышу, перед тем как сесть внутрь.

— Нет, нет, нет. — Так па пытается отогнать их, чтобы они к нам не зашли. Но они все равно направляются сюда и останавливаются рядом с пикапом.

— Черт побери.

— А ты уже сделал, что ты там обещал ему сделать с машиной?

— И когда же я должен был этим заниматься? А?

Полицейский в солнечных очках снова вылезает из машины. Рико лает не переставая.

— Может, твоя ма это устроила? Или Сантос этот?

— Они что, приехали за Люсьеном?

— Меня нет дома, — бросает па.

— А меня?

— Иди открой дверь. И скажи, что я уехал. Давай!

Ив снимает очки и заглядывает в кузов нашего пикапа. Затем замечает уличную кровать Люсьена.

— А па уехал, — говорю я. Он поворачивается в мою сторону.

— Вы тут постоянно живете? — дружелюбно спрашивает он.

— В смысле?

— Да так, просто интересуюсь.

— Это не ваше дело.

— Ну-ну. А кто спит в той кровати?

— Никто.

— Почему же она тогда тут стоит?

— Это моя ма вам позвонила?

— Я хочу поговорить с твоим отцом. Позови его, пожалуйста.

— Я же сказал, его нет дома.

— Правда?

— Да.

— А ваши соседи сказали мне, что он здесь.

— Врут они все.

Ив засовывает большие пальцы за петельки для ремня и пинает ногой кочку.

— А почему его машина здесь стоит?

— Он пешком ушел.

— Морис! — закричал он. — Надо поговорить, выходи! На тебя снова жаловались!

Он бесцеремонно забирается на подножку и хочет протиснуться мимо меня внутрь.

— Валите отсюда! — кричу я ему прямо в лицо. Капелька слюны разбивается о его щеку.

— Да успокойся ты.

— Вы не можете вот так вот взять и зайти к нам в дом!

Ив не отходит и стоит слишком близко ко мне, он снова надел очки. В отражении стекол я вижу себя. И чувствую его дыхание с запахом жевательной резинки. От этой жары виски у него блестят от пота. Он сжимает губы в трубочку, языком вытаскивает что-то, что застряло между зубов, и отступает на шаг назад.

— Скажи своему отцу, что я заезжал.

Через окно над кроватью Люсьена он пытается заглянуть внутрь.

— Хотя в этом нет необходимости.

— В смысле?

— Морис! Думаю, ты меня слышал!

Па вышел, как только они уехали. Генри и Жан тоже появляются у входа в ангар. Я жду, что они направятся к нам. Но они не подходят. Они просто стоят там и смотрят на нас.

— Эти придурки только и рады разболтать, что я дома.

Па все еще бесится по поводу приезда Ива и гадает, кто бы мог на него пожаловаться.

— Ну не съемщик же ему звякнул?

— Зачем ему это?

— А мне почем знать, о чем вы двое там шушукаетесь.

Па смотрит на трейлер, где живет Эмиль, так, будто хочет воспламенить его одним взглядом.

48

Сквозь карман шорт я чувствую острый краешек пластиковой упаковки презерватива. Чем глубже я вдавливаю его себе под ногти, тем больше успокаиваюсь. Я должен ждать па в машине вместе с Люсьеном. Он пошел к Сантосу. Люсьен задремал, а я решил проверить, крепко ли он пристегнут. Этот ремень он сам ни за что не отстегнет. Если сделать все очень быстро, па даже и не заметит, что я был у Селмы.

«Давай же! — подбадриваю я сам себя. — Мигом же обернусь». Но когда я уже на середине парковки, па выходит из главного входа в здание. Раздражен он еще больше, чем до того, как туда вошел. Я притворяюсь, что шел ему навстречу.

— Ну что? — спрашиваю я максимально будничным тоном.

— Это все твоя ма… — говорит он, качая головой. — С ее подачи господин Сантос решил, что к нам должна прийти проверка. Пока мы ее не пройдем, денег он нам не даст.

Сев за руль, он пару раз изо всех сил ударяет по рулю и только потом заводит мотор. Раздается рев двигателя.

Когда мы, трясясь на ухабах, въезжаем на нашу территорию, уже стемнело. Мы колесили вокруг без остановки, пока указатель бензина не добрался до красной критической отметки, а я не решался спросить, зачем мы это делаем.

Я помогаю Люсьену выбраться из салона. От его волос на стекле с пассажирской стороны остаются жирные следы. На его уличной кровати стоит пластиковый пакет. Па замечает его первым.

— Это что еще?

— Я откуда знаю.

Пакет целиком забит пустыми бутылками.

— Это что, шутка?

Па вытаскивает листок бумаги и читает то, что написано на обороте. Там заглавными буквами выведено мое имя. Па смотрит на меня, а его зрачки превращаются в два острых дротика.

Мне хочется выхватить записку у него из рук, но он смял ее в плотный бумажный шарик. Зайдя внутрь, он берет фонарик.

— Ты, иди за мной.

— Зачем? Эти бутылки ведь для Люсьена?

Он хватает меня за плечо.

— Ты же у нас любишь беседовать с постояльцами?

Он толкает меня перед собой. Я пытаюсь упираться, но он просто поднимает меня выше и тащит за собой на весу.

— Не бей его! — сдавленно прошу я. — Он ничего не сделал! Мы просто немного прошлись с Люсьеном!

Когда па светит фонариком на трейлер Эмиля, кажется, что занавески на окнах шевелятся. Но это, конечно, только тени, которые уползают в складки ткани. Вместо того чтобы ворваться внутрь, он останавливается перед дверью.

— Ты мне поможешь, — почти беззвучно произносит он, оправляя на мне футболку. — Давай-ка вместе любезно побеседуем с твоим другом.

Эмиль уже и сам в легком замешательстве открывает дверь.

— Что-то случилось? Я думал, срок следующего платежа еще не пришел.

— Мы зайдем ненадолго, — говорит па. Это его неожиданное дружелюбие меня пугает, — или здесь только Брайану рады?

— Нет, конечно. Просто я не ждал столь позднего визита.

Па подталкивает меня к угловому диванчику. Когда мы садимся, по темной воде в аквариуме пробегает легкая рябь. Рыбьи глаза блестят между растениями, отражая свет.

— Предложить вам что-нибудь выпить?

— Мы уже выпили кофе. Так ведь, Брай?

— А для Брайана у меня есть…

Эмиль показывает мне банку энергетика.

— Он ничего не хочет.

— Понятно, — произносит Эмиль с сомнением в голосе, но потом кладет напиток обратно в холодильник.

— Что ты вчера подарил этим, Генри и Жану?

— Абсент «Перно».

— Вот его мне и плесни.

Эмиль ищет чистый стакан.

— А рыбки