Жизнь от сохи. Быт и традиции русских крестьян - Любовь Швецова

убору всегда можно было определить статус женщины: замужняя она или девица. Во время обряда подруги расплетали косу невесты, затем волосы заплетали уже в две косы и укладывали их вокруг головы. Новую прическу обязательно покрывали головным убором – повойником, кичкой или сорокой. Впредь волосы девушки должны быть закрытыми от посторонних глаз. Открыть волосы молодая могла только дома или при муже. Снять же головной убор на людях означало покрыть позором себя и свою семью.

Девушка в крестьянском платье. 1860–1869 гг.

Молодые женщины, девушки и подруги невесты сбегались со всей деревни для исполнения еще одного свадебного обряда – так называемого завешивания невесты. Лицо девушки покрывали плотным платком – это действо отражало ее символическую «смерть» в своем роду и окончательный разрыв с отчим домом. Совершал обряд отец девушки или ее близкая подруга.

В зависимости от местных традиций невеста могла поначалу и сопротивляться: она убегала, пряталась, пыталась порвать платок, которым ее должны были закрыть. Подруги ловили ее и вели к отцу. Он клал платок на голову дочери, а затем натягивал на ее лицо. Когда невесту завешивали, она переставала выражать недовольство и начинала причитать.

Впрочем, не везде девичник проходил так грустно: на юге России после соблюдения определенных ритуалов он превращался в веселую вечеринку с плясками и играми.

Баня невесты

Ты топись, топись, баенка,

Да разгорися, нова каменка,

Да разгоритесь, сыры дрова,

Да что сыры дрова березовые!

В старину накануне свадьбы существовал еще один обряд, связанный с приготовлением невесты к браку, – «баня невесты».

Рано утром баню топили молодые девушки – подруги будущей новобрачной. Дрова брали со двора жениха, воду приносили из трех колодцев, мыло и веник дарил жених. После того как все было подготовлено, а баня полна пару и хорошо вытоплена, девушки отправлялись за подругой. Та ожидала в переднем углу избы, под образами. Девушки накидывали на молодую платок, который полностью закрывал ее лицо, и под руки выводили из дома. Шествие в баню возглавлял дружка – молодой парень, друг жениха и один из главных действующих персонажей на русской свадьбе. Он размахивал кнутом и читал заклинания – для отпугивания нечистой силы, обсыпал невесту зерном – для плодовитости в браке. Девушки пели обрядовые песни, в которых прощались с родимой подругой, ведь скоро она станет замужней женщиной и будет ей не до веселья и гуляний.

Иногда в бане девушки гадали: брали специальными клещами горячий камень с печи и окунали его в холодную воду. Если вода с громким звуком закипит, то жених будет сердитый, если тихо зашипит – добрый.

После того как невеста хорошо пропарилась, подруги при помощи небольшого платочка собирали с ее тела пот. Во время свадебного пира его украдкой добавляли молодому в чашку – чтобы он всегда любил свою жену. Банный обряд завершался угощением: девушки ели пироги, курник, пили пиво. Невеста благодарила своих подруг «за баньку да за парушку» и отправлялась домой.

Предсвадебный обряд «баня невесты» большинством этнографов рассматривается как очистительный обряд, в основе которого лежат древние представления о необходимости водных омовений при переходе человека из одного состояния в другое. Похожие ритуальные омовения проводили, да и сегодня проводят, с новорожденным, который совершает переход из иного мира в мир людей, а также с покойником, который наш мир покидает.

Гуляй, пока молодой

Не только невесте устраивали девичник, но и жениху полагался мальчишник.

Правда, раньше торжество называли «молодечник». Толковый словарь русского языка поясняет: «прощальная вечеринка с товарищами в доме жениха перед свадьбой, а также вообще мужская вечеринка, пирушка». Данное определение очень точное. Ведь по традиции молодечник проходил в доме жениха в последний вечер перед свадьбой. Приходили его многочисленные друзья и устраивали шумное гулянье. В отличие от девичника, где невеста беспрестанно причитала, здесь было больше веселья, чем грусти, – ведь жениху не предстояли столь крутые перемены, как его избраннице.

Перевоз приданого невесты в новый дом. Владимирская губерния. Начало XX в.

В самый разгар мальчишника приезжали так называемые коробейники – подруги невесты и ее молодые родственники. Они привозили приданое, а также готовили брачное ложе для молодых. Вот какие воспоминания оставил уже упомянутый крестьянин Николай Шипов: «…от невесты пришли к нам вечером девушки с брагой, которую станут поддавать в бане на каменку, когда они последний раз будут парить невесту с прощальными песнями. Потом приехали к нам из дома невесты коробейники и постельницы – четыре мужчины и две женщины с родственником моего будущего тестя. На трех парах лошадей они привезли имение и постель невесты. Сундуки поставили в особо приготовленную в сенях палатку, а постель внесли в спальную, где постельницы и принялись убирать ее…» [31]

Как и девичник, молодечник завершался хождением жениха с друзьями в баню. Ему тоже предстояло предсвадебное омовение.

Всякая невеста для своего жениха родится

Наконец наступал день венчания и свадебного торжества. Утром жених присылал невесте подарок, означающий верность его намерений: шкатулку с гребнем, лентами и сладостями. Вот как описывает ритуал историк и этнограф XIX века Михаил Забылин: «Накануне дня брака призывают в дом жениха мальчика лет шести или семи, который укладывает в ларчик для подарка невесте все галантерейные предметы, как то: румяна, белила и прочее. Этот ларчик, заперев, отвозят тот час невесте». С момента получения подарка девушку начинали переодевать и готовить к обряду бракосочетания.

Молодого жениха также собирали. Из воспоминаний Николая Шипова: «По обычаю, двое наших холостых сродников посланы были к невесте с башмаками, чулками, мылом, духами, гребешком и проч. Посланных у невесты приняли, одарили платками и угостили. Между тем отец начал меня обувать и в правый сапог положил три рубля – для того, чтобы, когда моя молодая жена станет разувать меня, то возьмет эти деньги себе. Когда я был одет, отец взял образ Божией Матери в серебряном окладе, благословил меня им и залился слезами; я тоже прослезился: недаром старики говорили, что свадьба есть последнее счастье человека. Потом благословили меня своими иконами отец крестный, мать крестная и посадили меня в переднем углу, к образам. Все, начиная с отца, со мною прощались». [31]

В некоторых традициях дружка должен был посетить дом невесты и проверить, готова ли она к приезду молодого. Девица к визиту дружки уже должна быть в свадебном наряде и сидеть в красном углу под иконами.

В доме жениха собирались повозки, обильно украшенные лентами, цветами и колокольчиками. Это