Парадокс жнеца. Книга вторая - Алексей Котов

здесь, я последний раз помахал провожающим. Не люблю прощаться, и хорошо эта часть мероприятия уже закончилась.

Нет, не совсем закончилась: разворачиваясь в сторону входа в новую жизнь, я услышал сдвоенный стук каблуков. Обернулся и увидел, что к трапу приближаются две девушки в черных, с бело-золотыми вставками, мундирах нашей фамилии.

Одной из них была Юлия. Ее я с собой не звал — она, хотя и была рядом, меня словно избегала, на контакт не шла. Сейчас же приняла решение, похоже. Неожиданно, но совсем неудивительно — она в Академии сделала такой выбор, с которым фамилия ее к себе обратно не примет.

Да, с нимфой — с самого убийства Варрона и до этого момента я не то что по душам, я с ней вообще почти не разговаривал. Да и в Академии мы с ней откровенные разговоры вели лишь в первый день знакомства, а потом общались лишь на языке тела; но ее решение присоединиться ко мне удивления не вызвало. В отличие от личности второй девушки, которая сейчас шагнула уже на поднимающуюся грузовую аппарель. Юлия подошла ко мне, беря за левую руку, она подошла справа. И в ответ на мой вопросительный взгляд Кайсара неопределенно пожала плечами.

— Я всю жизнь хотела достичь чего-то большего. Стать лидером, стать самой главной, доказать всем, что могу, и вот… я это сделала. И знаешь, мне не понравилось — слишком много ответственности и слишком мало благодарности и понимания твоих действий. Кроме того, — покосилась Кайсара на Юлию, — нимфы не могут подчинить себе мужчину, если рядом с ним находится повелительница разума.

В ответ на этот укол Юлия только усмехнулась едва-едва, но промолчала, никак больше не реагируя. Дальнейшее так же все происходило максимально буднично, больше не выбиваясь из колеи событий и не вызывая удивления.

Фрегат, покинув флагман уходящей в пространство эскадры, спустился на облачную цитадель, где мы втроем — вместе с Кайсарой и Юлией, провели несколько часов в ожидании, координируя действия отправляющихся на «внешнее поле экспериментов» отрядов. После отметили тожественным ужином уход флота — все, обратной дороги нет, потом сели на дирижабль и отправились к поверхности планеты.

У Ольги получилось достать данные по обновлениям монолитов, вот только данные эти были неполными. В оставшийся до прибытия армады Пакта промежуток времени мне подходил всего один монолит — который я чувствовал, как «свой», жнеца из которого убила или Октавия, или Варрон. Монолит этот находится в провинции «Европа», но вот что там в тумане — совсем неясно. Даже неясно, в каком году я выйду из туманной аномалии — монолиты, привязанные к жнецам высшей касты, были засекречены, у Альтергена в общем доступе такой информации не было. Так что по сути я сейчас шагаю в неизвестность.

Другое дело, что у меня не одна попытка — я помню, как перезагрузившись вместе со своим монолитом, прожил неделю в Княжеве, а здесь появился в тот же самый момент, как монолит обновился, буквально через пару минут. И хорошо помнил, что, став частью мглы, я мог отправиться в петле времени обратно снова, прожив там еще неделю без потери времени здесь.

Так что попыток изменить мир, по идее, у меня должно быть неограниченное количество. По идее. Но, не зная полностью механику процесса, на этом месте плана я чувствовал некоторую неуверенность. Свою ли, или эхо памяти влияло — не знаю; было подозрение, что не может быть все так легко.

Ничто не берется из ниоткуда и не исчезает в никуда — поэтому на бесконечное количество попыток я не рассчитывал. Так что очень надеюсь, что все с первого раза получится, потому что есть у меня подозрение — за каждое обновление я буду рассчитываться частью своей человечности. И очень не хочу потерпеть неудачу, и либо стать пленником Конгломерата, либо размыться в тумане, потеряв разум и человечность. Может быть, зря волнуюсь, но лучше рассчитывать на худшее — в бесконечное количество доступных итераций я не верил. И в неизвестность сейчас шел без душевного спокойствия.

У монолита мы высадились совсем небольшой командой. Здесь меня дожидалась интересная машина: знакомый по отдельной центурии БТР-40, обваренный металлическими листами. Защита от когтей и зубов туманных тварей — хоть и ненужная, они мне и так вреда не могут причинить. Но кроме меня об этом знали совсем немногие, так что пусть будет.

Обидно, что подобная тачанка была бы полезна в первый раз, когда за мной Гельмут охотился, но тогда нужна была конспирация. Сейчас же могу спокойно заезжать и даже заходить, не опасаясь чужого внимания, а вот машина есть. Дорога ложка к обеду, как говорится.

Дирижабль не поднимался, оставался здесь у быстровозведенной и оттого неказистой причальной мачты. Чтобы, в случае успеха, забрать меня отсюда. Всем тем, кто находится здесь, хорошо — результат моей попытки они увидят всего через несколько минут. Если у меня получится, мы в срочном порядке полетим к арке прохода между мирами. К ближайшей, здесь недалеко — у Альтергена таких оказалось семь на планете, и все это время там кипела деятельность. Ответственный за переезд был Димарко, и он перегонял в новые миры все, до чего дотягивались его руки, и ожидал нас у ближайших ворот.

Если у меня не получится, и, если я не выхожу из тумана в течении ближайших девяти часов — оговоренный срок, дирижабль улетает без меня на облачную цитадель, оттуда фрегат отчаливает в космос, скрываясь от армады Пакта, а первопроходцы взрывают все ворота. Это тоже может послужить причиной уничтожения купола — но вот в этом я не уверен, поэтому на крайний случай способ оставлен, чтобы уже без меня его испробовали.

В назначенное время я обнялся с Кайсарой и Юлией — без лишних слов, после забрался в давно заведенный броневик и поехал. Глядя в смотровую прорезь бронещитка видел, как неотвратимо приближается стена тумана, а вскоре почувствовал уже знакомое ощущение легкой нехватки воздуха.

Все, я во мгле.

Белесый туман вокруг заметно уплотнялся. Время рассчитали правильно, обновление монолита началось — дышать становилось все тяжелее и тяжелее, салон броневика словно заполнила мутная молочно-белая вода.

Все, даже смотровой щели не вижу, так что машину я остановил.

Постепенно все вокруг превращалось в плотный туман, все больше размываясь. Я уже пережил подобное однажды, но не сказать, что сейчас мне это сильно помогло. Так что, когда все вокруг стало мглой я снова закричал, не в силах противиться накатившей панике.