Их невинная любовница (ЛП) - Шелли Брэдли

когда тренироваться, когда играть. Каждый хотел кусочек его. Каллуму, вероятно, приходилось постоянно иметь дело с такими женщинами, как Тея, которые хотели от него денег и славы и делали все, чтобы получить их. Неудивительно, что его брат полон решимости захватить власть везде, где только мог.

Оливер думал, что вернул себе контроль, когда возглавил компанию, но теперь задумался. Он преследовал неправильный вид контроля?

— И ты думаешь, что Тори подчинится тебе? Что она нуждается в этом?

Каллум начал расстегивать рубашку, его пиджак и галстук исчезли, как только они покинули вечеринку.

— Я знаю. Я видел ее работу. Она превосходна в своей работе, но она также из тех женщин, которые стараются угодить всем вокруг. Она изо всех сил пытается сказать «нет», и мир полон людей, которые используют ее.

Оливер кивнул.

— Она берет на себя слишком много, потому что не хочет никого разочаровывать. Я не понимаю, как отсутствие выбора поможет ей.

— Потому что ты не понимаешь философии. Я не отнимаю у нее выбор. Каждый раз, когда она слушается в спальне, это потому, что она так хочет. Это потому, что она доверяет нам свое удовольствие. Она всегда может сказать «нет» и уйти, но я намерен научить ее тому, что она никогда этого не сделает. Я намерен научить ее тому, что она достойна удовольствия и что ее выбор имеет значение. Я надеюсь, постепенно она научится говорить людям «нет», потому что у нее есть сильное ядро уверенности в себе и доверия к своей семье. Мы будем теми, кто имеет значение.

Оливер нахмурился.

— Но…

— Мы возьмем на себя управление, или это сделает Талиб, — вмешался Кэл. — Тори может подумать, что пойдет своим путем, но я знаю ее зятя, и он позаботится о том, чтобы никто не смог ею воспользоваться. Если мы ничего не предпримем, она снова будет работать здесь, во дворце, и Талиб заведет ее в отношения, в которых она будет чувствовать себя комфортно. Я случайно слышал, что сегодня вечером он планировал познакомить ее со своими двоюродными братьями.

Черт возьми, он это сделает.

Каллум указал на него.

— Вот. Скажи, о чем ты подумал. У тебя на лице ярость.

— У Талиба есть собственная женщина. Он должен держаться подальше от…

Моей.

Он собирался назвать Тори своей.

Губы Каллума изогнулись в явном удовлетворении.

— То, что ты не произносишь этого, не делает факты менее правдивыми. Мы можем доминировать над ней, или Тал и его братья будут тихо делать это, пока не уступят роль мужчинам по своему выбору. Они заботятся о ней, и ей нужно, чтобы кто-то присматривал за ней. Это не сработает, потому что она маленькая упрямица, и они не могут ее как следует отшлепать.

— Если они попытаются, я убью их, — он был удивлен тем, как свирепо чувствовал себя при мысли о том, что кто-то придет и устроит ее жизнь. Она может нуждаться в этом, но будь он проклят, если позволит кому-то другому позаботиться об этой задаче. Все его благие намерения, казалось, вылетели за дверь. Он собирался извиниться и отдать Тори своим братьям. После всего услышанного Оливер не был уверен, что сможет выйти из комнаты сегодня, даже если от этого будет зависеть его жизнь.

— Теперь ты говоришь, как брат, которого я знаю. Ты всегда был собственником. И все же ты позволил Ясмин бегать, к кому ей вздумается.

Его желудок перевернулся при одном упоминании ее имени.

— Я не хочу говорить о ней.

Каллум поднял руки, успокаивая его.

— Я просто указываю, что ты никогда не вел себя с Ясмин как собственник. Потому что ты никогда по-настоящему не любил ее. Ты попал в ее сети. Тори другая. Ты был придурком с того дня, как встретил ее. Ты пытался сделать все возможное, чтобы держаться подальше от нас.

— И все же я здесь.

— Потому что теперь ты ведешь себя разумно, и все, что тебе нужно сделать, это изменить одно маленькое местоимение. Не моя женщина. Наша. Она наша. И хорошая новость заключается в том, что если кого-то нужно наказать за то, что он плохо поступил с нашей женщиной, у нас есть собственная банда.

У Каллума это звучало так просто, но Оливер еще не расслабился. О, он расслабится сегодня вечером. Он просто не был уверен, что это может работать в долгосрочной перспективе.

Затем дверь открылась, и он не мог думать ни о чем, кроме нее.

Она спешила за Рори. Шикарный румянец заставил ее кожу сиять. Ее волосы были взъерошены так, что член Оливера пульсировал. В какой-то момент Рори заполучил ее.

Каллум стоял рядом с ним.

— Черт, она великолепна. Ты, наконец, поцеловал ее?

Выражение удовлетворения на лице брата было почти осязаемым. Рори всегда был таким собранным и приличным, но теперь его волосы были растрепаны, а пиджак помят из-за всего, что он делал с Тори, и он выглядел намного счастливее от этого.

— Не так сильно, как мне бы хотелось, но я верю, что теперь она понимает ситуацию.

Взгляд Тори перемещался между ними тремя, ее глаза были широко раскрыты, а губы распухли.

— Он ошибается. Я ничего не понимаю.

Оливер был в той же лодке. Он не понимал… но ему было любопытно.

— Покажи мне, как ты целовал ее, Рори.

Ему нужно было знать, сможет ли он справиться с этим. Мысль о том, чтобы владеть девушкой втроем не заставляла его хотеть убить своего брата, как он думал. Да, он был в ярости из-за того, что Каллум ласкал Тори во время благотворительного бала, но в основном потому, что полагал, что его младший брат хотел оставить девушку себе. Теперь Оливер должен был знать, сможет ли он выдержать прикосновение своих братьев к ней, не впадая в ярость.

Медленная улыбка скользнула по лицу его брата, и он потянулся, чтобы привлечь Тори к себе. Она ахнула, этот тихий звук заставил Оливера подумать о котенке, пойманном львом. Она была маленькой по сравнению с Рори, нежной, но не хрупкой. Оливер по опыту знал, насколько твердой была Тори. Она не сломается. Она могла справиться с ними, даже когда они были полными ублюдками.

Пальцы Рори запутались в ее волосах, когда он поднял ее голову, прежде чем его губы коснулись ее губ. Он не был мягким или сладким. Его брат поглощал ее, и Тори отвечала. Все ее тело смягчилось, ее грудь прижалась к его груди. Он наблюдал за ней, наблюдал, как легко она реагировала на