Неправильная невеста для принца нагов (СИ) - Айт Элис

Но я не хотела его бросать. С каждым днем мне становилось всё яснее, что это именно тот мужчина, о котором я мечтала всю жизнь.

Если бы еще не этот обряд…

Что-то с ним у ал-Саархала не ладилось. И причина была не только в том, что Кана устроил здесь первоклассный погром, сломав всё оборудование и разорив все запасы редких ингредиентов. Обряд создавался под Лорейну, подгонялся под ее особенности – использовались образцы ее крови, ее локоны, не говоря уже о таких более тонких материях, как специально разработанное под нее заклинание. Церестин дал какие-то советы по изменению заклятия, но применить их оказалось не так просто. К тому же одним из ключевых условий обряда было участие в нем принцессы, поскольку наг, впервые получивший проклятие, украл человеческую царевну. Ну а какая из меня царевна? Я уже даже на фальшивую больше не тянула, потому что загорела, похудела, а волосы выцвели на ярком ханасском солнце, окончательно приобретя цвет меди.

Я твердо решила, что рискну и, даже если обряд не подействует, останусь с ал-Саархалом. Но душу все равно подтачивал страх – а если принц сочтет, что без обряда ему не очень-то нужна человеческая жена, здоровое потомство от которой может и не появиться?

– Амиш ал-Ивирия. Амиш ал-Ивирия!

Я вздрогнула, только сейчас сообразив, что меня зовут. «Амиш» на ханасском означало «леди», а приставку «ал» к моему имени стали добавлять, потому что я «принадлежала» ал-Саархалу. По правилам это должно было произойти только после замужества, но все уже называли меня так, а я не поправляла.

Оглянувшись, я обнаружила перед собой пожилого нага в рабочем алхимическом фартуке, с кожей такой загорелой, что она была почти черной. Мужчина почтительно склонился и указал на раскрытую дверь, ведущую в другое лабораторное помещение. То самое, где ал-Саархал заканчивал приготовления.

Коротко поблагодарив алхимика, я бросилась туда.

Почти всё пространство занимало монструозное приспособление, которое напоминало чан с огромным количеством трубок. Несколько мужчин в робах алхимиков еле умещались в комнате, и духота там стояла страшная – хоть топор вешай в воздух. Ал-Саархал весь взмок и заметно устал, но был страшно доволен.

– Наконец-то! – сообщил он мне, показывая хрустальный фиал. На дне плескалась пара капель прозрачной жидкости. – Самый главный компонент. Я его весь последний год никак не мог выделить, и если бы отец не помог, то, наверное, еще полгода бы мучился.

Я кивнула. Ашу-Лаашкар и раньше благоволил экспериментам сына, но теперь, когда оба его отпрыска решили жениться на доларских девушках, а Долара получила от Баво и Церестина секрет перемещения по Колдовским путям, король еще сильнее заинтересовался обрядом. По его мнению, снятие проклятия могло ослабить ненависть нагов к людскому роду, и это укрепило бы отношения с Доларой, с которой внезапно оказалось выгоднее дружить, чем воевать. Поэтому в лабораторию отправили лучших из лучших мастеров своего дела.

– А что это такое? Эссенция? – предположила я, глядя на лижущее стенки содержимое сосуда.

Оно почему-то казалось мне живым.

– Боже правый, Иви, ты меня каждый раз поражаешь своим умом, – искренне восхитился ал-Саархал. – Это действительно эссенция. Древней магии! – с особенной важностью произнес он.

Я с легкой растерянностью улыбнулась. Приятно, конечно, что жених покорен моим интеллектом, а на самом деле простой догадкой, но что всё это значило, я не понимала.

К счастью, ал-Саархал только рад был разъяснить.

– Давай выйдем на свежий воздух, а то здесь невозможно, – предложил он и заскользил к выходу, не переставая при этом говорить. – Проклятие было наложено в незапамятные времена, так называемый Золотой век истории, когда по земле еще ходили демоны-шайры и те, кого вы зовете языческими богами. Это было и то время, когда с континента еще не исчезла загадочная раса создателей Колдовских путей.

Уже оказавшись снаружи, принц вдохнул полной грудью и вытерся прохладным полотенцем, которое принес слуга. Делал это ал-Саархал, не выпуская из рук хрупкий сосуд, словно боялся, что с ним может что-то случиться.

– В ту эпоху и магия была другой – гуще, насыщеннее, – продолжил он. – Кто из современных волшебников может проклясть целый народ? Да никто. А чтобы воссоздать условия наложения проклятия и обратить его вспять, без той, старой магии, не обойтись.

– И этого хватит? – с сомнением спросила я. – Там же пара капель.

– Хватит. Для способа, который я разработал, важно само присутствие этой магии, а не ее количество. Но, если что-то пойдет не так, обряд удастся повторить далеко не сразу.

– Буду стараться изо всех сил, – заверила я.

Ал-Саархал улыбнулся и взял меня за руку.

– Не волнуйся. Тебе и не нужно будет что-то делать. Требуется лишь твое присутствие.

Украдкой вздохнув, я кивнула.

Да, моя роль была невелика. Мы это уже обсуждали. Всё ложилось на плечи самого принца и волшебников, которые будут помогать с чтением заклинаний, потому что в одиночку с ними не справиться. С одной стороны, было немного обидно, что мне придется сидеть сложа руки, а с другой – зато не напортачу.

К ал-Саархалу подполз слуга и что-то ему сказал. Принц ответил и обернулся ко мне.

– Идем. Зал уже подготовлен к проведению обряда.

– Сейчас? – я и удивилась, и испугалась одновременно. Так быстро… – А ты не хочешь отдохнуть, поесть? Ты же только-только вышел из лаборатории.

– Иви, – он притянул меня к себе. – Чем быстрее мы с этим закончим – тем лучше. Сильнее всего я чувствую себя уставшим не от работы, а от того, что не могу к тебе по-настоящему прикоснуться и начать жить с тобой, как муж с женой. Всё из-за страха, что мой собственный ребенок может тебя убить.

– Но если заклинание сорвется из-за того, что ты не восстановил силы, кому от этого будет лучше? – возразила я.

– Не волнуйся, – он обнял меня еще крепче и прикоснулся к моим губам, глядя на меня влюбленными глазами. – Я не настолько опрометчив и точно так же не хочу испортить обряд, как и ты. Я в порядке, клянусь тебе.

– Хорошо, – сдалась я, хоть меня и не отпускала тревога. – Идем.

У ал-Саархала, как и у всех его братьев и сестер, был собственный небольшой дворец. Я жила в нем же, на «женской» половине, созданной для отдыха и воспитания детей, где меня окружали служанки и рабыни, готовые исполнить любую мою прихоть. Однако сейчас мы направились к «мужской» части, предназначавшейся для деловых встреч и военных советов. Там же располагались караульня и библиотека.

Последние находились в самом древнем крыле, которое больше напоминало крепость, чем легкий и воздушный дворец. Поэтому ал-Саархал и выбрал зал рядом с ними – за устойчивость, поскольку мы не знали, что может произойти во время обряда.

Помещение было квадратным, но из-за круга колонн в середине и затемненных, сглаженных полусумраком углов казалось круглым. Внутри царила блаженная прохлада – несомненно магическая, учитывая жаркий день снаружи и несколько горящих жаровен, расставленных тоже по кругу. Они служили символом огня, горящего в крови королевской династии.

Пахло чем-то странным. Я так и не смогла определить, чем, но пряный, немного приторный аромат мне скорее не нравился. Должно быть, он тоже что-то обозначал – на стенах и полу виднелись знаки языческих богов и даже руны с порталов Колдовских путей. У каждой из них замерло по нагу-волшебнику. Пока что они выглядели расслабленными и тихо разговаривали между собой, но уже сцепились хвостами, образуя еще один круг – символ непрерывного Колеса жизни, в существование которого верили ханассцы.

В самом центре круга колонн, разделяя его на две половины, стояли кадки с невысокими кустами и переплетающимися лозами – «сад», из которого мифический царь нагов украл невесту. Только меня ожидала обратная судьба – ал-Саархал должен был меня туда вернуть.

На стороне «сада» я с изумлением увидела улыбающегося Церестина. Бывший архимаг низко поклонился мне, прежде чем я, растерянная, успела что-либо сделать.