Потоп (СИ) - Алексеев Александр

Мимо пробежала стайка городских детей. Улыбаясь, вспоминаю, как мой сын в детстве впервые разговаривал с нашим крепостным мужиком:

— А хорошо ли ты живёшь, крестьянин?

— Хорошо, барин, грех жаловаться.

— А что ты ешь утром?

— Кашу, барин.

— А днём?

— Кашу, барин.

— А где десерт после обеда?

Крестьянин чешет затылок и отвечает:

— А это уж как приспичит… Можно и под кустом, а можно и у дороги. Только девки смеяться будут!

Место действия: Рим.

Время действия: февраль 1619 года.

Павел Пятый, Папа римский.

Я грозился сжечь Галилео Галилея, если он не отречётся от ереси. И он отрёкся. А теперь вот враги окружили Святой Собор и грозят сжечь, если не сдадимся на волю победителей. Как же так вышло, что все защитники Веры оказались не в силах справиться с вражеским десантом. Как же получилось, что австриец на голландской службе обманул всех. И начальника порта, и коменданта крепости. Он сказал, что привёл две тысячи швейцарцев для защиты Святого Престола. И ему все поверили. Он же дворянин Священной Римской Империи и клялся на Кресте.

Вот же Иуда!

Но, оказывается он давно служит у голландских протестантов, а швейцарцев нанял французский кардинал Ришелье, которого я недавно назначил. И вот этот Ришелье дал им приказ сопроводить меня и кардиналов во французский Авиньон. Мол, там теперь будет восседать Папа Католической Церкви.

Сопроводить под охраной, нанятых им швейцарцев. Этим католикам всё равно кого они берут в плен. Главное, чтобы платили деньги. А Ришелье платит.

Николаас Шмельцинг, голландский генерал, что провёл всех, даёт сигнал и костры на площади зажигают. Дым идёт прямо на Собор. В Риме кроме швейцарцев, также высадились полки проклятых мною голландцев. Вот эти недобитые герцогом Альба еретики точно разорвут меня на части, если ворвутся во дворец. Уж лучше швейцарцы.

Через полчаса становится трудно дышать. Все вокруг кашляют, а я думаю " ну, хорошо хоть не на костре". Но, ещё через четверть часа отдаю команду открыть ворота Собора и сдаться.

Это конец Истинной Веры! Боже мой, куда катится человечество?

Место действия: Тула.

Время действия: март 1619 года.

Марэн ле Буржуа, тайный советник, глава оружейно-пушечной коллегии.

Царица присвоила мне чин тайного советника. Это типа армейского генерала. За хорошую работу ещё пожаловала и поместье под Тулой с десятком крестьянских дворов. Уважает.

Царские мануфактуры в Туле вышли на выпуск двухсот винтовок в месяц. Все егеря в Дивизиях теперь имеют в обозе запасную винтовку на случай поломки. В московском Арсенале уже накопили запас из тысячи новых винтовок. Царь планирует после войны вооружить такими полностью две гвардейские дивизии. Нынешними темпами на шесть-семь лет работы. Даже представить себе страшно врагов, которые встретятся на поле боя с винтовочными залпами батальонов. Противник найдёт смерть, не произведя ни одного выстрела.

Как только вышел царский Указ «О добыче железа из болотных руд», так уже почти три года во всех деревнях местные крестьяне перекапывают заболоченные луга и льют крицу(сыродутное железо), которое потом и сдают на склады при домнах. В обмен получают гвозди или железные изделия гораздо меньшего веса. Мастер домны доволен — сделает на водяных и конных молотах нужное количество хорошего железа и сэкономит в этом месяце на оплате рудокопам и возницам. И крестьяне довольны — гвозди, молотки и замки можно продать на ярмарке за хорошие деньги. За три пуда(48 кг) железа на ярмарке можно было сторговать зачуханную лошадку. А за четыре пуда — доброго коня. Так что смысл в добыче кричного железа для крестьян был очень даже большой.

За счет увеличения размера домны, предварительного подогрева воздуха и механического дутья в такой печи все железо из руды превращалось в чугун, который периодически выпускался наружу. Производство стало непрерывным, — печь работала круглосуточно и не остывала. За день она выдавала до ста пудов чугуна, который затем частично переделывался в железо.

Железо шло не только для армии. Железными полосами оковывали деревянные двери и ставни, ларцы и сундуки. Для обуви делали обувные подковки, чтобы каблук прослужил дольше. Так же делали строительные и корабельные железные скобы, сошники, замки, якоря, заступы и лопаты, гири, мотыги, топоры, молоты, ограды и ворота. Выпускали чугунные лемехи для плугов, плиты со съёмными конфорками под чугунки и сковороды трёх размеров(под съёмный круг) и железные ухваты под каждый размер чугунков. На это тоже уходила значительная часть металла.

Но главным направлением железоделательной мануфактуры было оружие и боеприпасы. Чугунные пушки делали для флота(а из хорошего чугуна и для армии), для армии делали огромное количество касок, кирас, холодного и огнестрельного оружия. Причём, за каждую деталь мушкета отвечал конкретный мастер и эта деталь должна была полностью соответствовать образцу. Этим достигалась идея взаимозаменяемости деталей мушкетов выпускаемых на любой российской оружейной мануфактуре.

Управляющими мануфактур были либо немцы, либо курляндцы. Русские со своим «авось» на это дело не подходили. Как выдумщики или как затейники они были хороши. Вспоминаю, как на свадьбе Молотова и Кировой, канцлер Головин в подпитии наложил в тарелку министра финансов обглоданных всеми гостями костей и заявил на всю свадьбу:

— Посмотрите, какой обжора наш министр. Целая тарелка обглоданных костей.

Хохот и рукоплескания.

Министр Мойша встаёт и отвечает:

— Таки посмотрите на тарелку канцлера. На ней ничего нет. Он даже кости сожрал, проглот!

Гомерический хохот, некоторые падают на пол и бьются в конвульсиях. Такие вот эти русские — смешливый народ!

Место действия: Москва.

Время действия: май 1619 года.

Виктор Первый, российский царь, попаданец.

Три дня назад я приехал в Москву. Война в Европе закончилась. Император в Вене признал поражение, но выторговал для себя неплохие условия. На востоке Священной Римской Империи никаких территориальных изменений не было. Польша заранее была разделена между Россией, Швецией и Османской империей. Княжество Литовское было полностью поглощено нами. Франция, активно сыграв в конце войны, получала Эльзас и Лотарингию. Резиденция католического папы переезжала из Рима в Авиньон(Франция). Голландия и Швейцария получили независимость от империи Габсбургов. Вместо Испанских Нидерландов было образовано герцогство Брабант, которое в течение десяти лет должно было выплачивать Испании значительную сумму за оставленное имперское имущество(земли, мануфактуры, верфи, замки, здания). Моя североамериканская Конфедерация оттяпала у Мексики часть северных территорий и Никарагуанский канал. Англия укрепилась на захваченной у испанцев Ямайке. На территории Священной Римской империи провозглашена свобода вероисповедания. Россия и Османская империя, что привели войска к Вене, смогли выторговать для себя лишь по миллиону талеров контрибуции и на этом всё.

Что-то негусто, — скажут некоторые читатели, — Нужно было бить врага до конца.

Негусто, — думал я, но прикидывал другие варианты окончания войны. Имперцам весной удалось провести тотальную мобилизацию и собрать под Веной и Мюнхеном триста тысяч солдат. Да, половина из них это было ополчение, типа нашей посохи. Да, оставшаяся их армия была размазана по крепостям и гарнизонам. Но, даже в таком виде чтобы покорить Австрию и Баварию, нам с османами нужно было бы на полную катушку воевать полгода, а то и год. Снабжение поредевших Дивизий представляло очень трудную задачу. Местное население было настроено крайне враждебно. Началась бы партизанская война похлеще, чем в Польше. Погибли бы тысячи наших солдат, а для чего? Чтобы увеличить сумму контрибуции ещё на миллион талеров? Да выгоднее было побыстрей закончить войну и заняться наведением порядка на Новых территориях. Поэтому я, покобенившись для порядка, согласился на второе предложение Вены. Османский великий визирь Кеманкеш Кара-Мустафа тоже хотел побыстрее завершить войну. У него в Египте и на Крите вспыхнули восстания, которые нужно было срочно подавить. Такими вот были итоги моих трёхлетних военных походов.