Она – моя, и Ты тоже! (СИ) - Мария Мендес

музыка, все улыбаются, смеются и выглядят такими фальшивыми. Я-то прекрасно знаю, что скрывается за этими дорогими костюмами и платьями. Становится противно находиться среди них.

Все здесь. Его отец, безжалостно предложивший мне когда-то сделать аборт. Его младший брат, который оклеветал меня и приговорил практически на смерть. Его мать, которая не заступилась за меня и не защитила. В какой-то момент волосы на теле встают дыбом. Так хочется схватить дочку и убежать отсюда. Но понимаю, что Роман не позволит. Поэтому делаю глубокий вдох и следую его указаниям — иду, куда он мне показывает.

Когда мы заходим, нас первое время никто не замечает. Но когда подходим ближе к столу, первой нас замечает именинница. Широко улыбается сыну, искренне и хочет обнять его, но потом замечает меня, и улыбка гаснет. Я не сдерживаюсь, когда вижу её реакцию на меня и притягиваю Мию к себе ближе, мне уже хочется начинать защищать дочку. Она следит за моим движением и замечает мою кроху. В это время остальные за столом тоже нас замечают и резко затихают. Музыку делают тише, так что теперь слышен каждый шорох присутствующих. Мама Романа шокированно кладёт руку на грудь и приседает обратно, не находя и слова.

— С днём рождения, матушка!

Рома кладёт принесённый букет роз на стол прямо перед ней. Потом поворачивается к нам с Мией и протягивает руки.

— Малышка, иди ко мне.

Дочка смотрит на меня, будто спрашивает разрешения. Я немного медлю, но потом все же киваю головой. Она идёт в объятия к отцу. И тот её поднимает на руки.

— А у меня для тебя подарок, матушка. Познакомься, это твоя внучка Мия.

— Рома! — рычит и тут же вскакивает с места отец Романа, одаривая его предупреждающим взглядом, а после переводит взгляд на дочку и противно морщит нос, будто ему неприятно видеть мою малышку. — Ты что такое несёшь?!

Его отец ни капельки не изменился. Такой же холодный и безжалостный. От него, как и от Романа, веет вседозволенностью. Именно такие, как он, и решают судьбы таких, как я, простых людей.

— Прошу сбавить градус тона. В зале находится моя дочь. Я не потерплю, чтобы в её присутствии вели разговоры в таком формате. Будете разговаривать и относиться все уважительно к моей дочери и к моей женщине. В противном случае будете иметь дело со мной.

На последнем предложении Роман обводит глазами всех присутствующих за столом. Я почему-то вслед за ним начинаю смотреть на всех, кто сидит за праздничным столом, и просто не верю своим глазам, когда вижу за столом Диану. Моя бывшая подруга, единственная, кто всегда была рядом и помогала, но так же как и Роман, не поверила в мою невиновность, когда Рамиль меня оклеветал. Она, как и Рома, предала и сделала очень больно. Вот только почему она здесь, да и сидит рядом с Рамилем, если поверила в мою связь со своим теперь уже мужем. Догадка быстро приходит в голову. Она стала его женой. И кольцо на её пальце только подтверждает мои догадки.

— Сынок, что всё это значит? — подаёт голос госпожа Патимат, рассматривая во всю Мию. Та смущается и отворачивается от бабушки. Прижимается к Роману и крепко обнимает, пряча своё лицо.

— Хотел тоже самое спросить у тебя! Разве не ты мне сказала, что Айлин сделала аборт?

До меня только сейчас начинает доходить, что задумал Роман. Он привёз нас сюда, чтобы застать всех врасплох и выяснить правду.

— Да, я… Сынок, я ничего не понимаю, — растерянно отвечает его мать, а потом переводит взгляд на мужа и ужасается. Закрывает губы ладошкой. — Эльдар, как ты мог?!

Господин Эльдар, естественно, не выглядит таким растерянным и расстроенным, как его супруга, у которой успели набежать слёзы на глазах. Он встаёт и громко извиняется перед всеми и просит покинуть помещение, сказав, что вечер заканчивается раньше запланированного.

Недовольные гости встают и, перешептываясь, всё же покидают место торжества. В зале остаются только члены семьи Хасановых. Понимая, к чему идёт дело, перехватываю себя руками и стараюсь успокоиться. Ловлю на себе взгляд Ди и вижу, как у неё по щекам катятся слёзы, и, не выдерживая моего взгляда, она опускает свои глаза. В этот момент я поняла, что она знает правду. Правду о том, что у меня с её мужем ничего не было тогда, четыре года назад.

— Эльдар, ради всевышнего, скажи, что ты натворил? Как ты мог? — повторяет свой вопрос мама Романа.

Тот сильно ударяет кулаком по столу, чего сильно пугается дочка и в страхе смотрит и тянет ручки ко мне.

— Отдай! — тут же требую и забираю под недовольный взгляд Романа дочку. Но он не позволяет уйти.

— Всё хорошо, просто постой рядом, мы скоро уйдём. — Спокойным голосом обращается Роман ко мне, тем самым успокаивая меня.

Я ничего не отвечаю, лишь киваю неуверенно, не скрывая свой страх, который так и рвался наружу. Уверена у меня на лице всё и так написано.

— Я хочу здесь и сейчас получить ответы на свои вопросы, которые я неоднократно задавал вам всем. Кто из вас первым хочет начать говорить?

— Айлинка, прости меня! Прости, если сможешь! — Диана в голос начинает плакать и хочет подойти ко мне, но Рома преграждает ей путь.

Головой мотает отрицательно, давая понять, что не пустит ко мне.

— Я… я… — заикается и трясётся в диком плаче.

А я чувствую, как Мия прижимается ещё сильнее ко мне. Она нервничает, и я тоже. Но одно дело переживать за себя, а другое за дочь. Не могу вынести, что эта грязь коснётся мою дочь.

— Ром… — хочу попросить, чтобы он позволил нам уйти сейчас, но Диана начинает говорить.

— Я так больше не могу. Каждый день думала о тебе… искала, думала, что тебя… что с тобой случилось ужасное…

— Ближе к делу, невестка! — обращается сквозь сжатые зубы Рома к моей бывшей подруге.

— Хватит! — подаёт голос сам Рамиль и тоже подходит к нам близко. Смотрит внимательно на меня и дочку, переводит глаза обратно на Романа и, глубоко вздохнув, говорит то, что меняет всё. — Между мной и матерью твоей дочери никогда ничего не было, я соврал тебе четыре года назад.

И в этот момент я перестаю дышать и не могу поверить в то, что Рамиль признался. Я начинаю дрожать и плакать. Меня душит обида за себя. Всего лишь одно предложение, которое могло изменить мою жизнь и не позволило бы проходить через то, что пришлось. Сейчас эти слова