«Ныне и присно» - Константин Мартынов

Скинхед встряхнул рукой — из рукава куртки выскользнул короткий стальной прут.

— На, пользуйся.

Тимша кивнул — и такое оружие кстати… если с двумя—тремя сцепиться придется. А если басурман толпа набежит?

Заминка не укрылась от внимательного взгляда Игоря.

— Или передумал? — ровным голосом спросил скинхед.

Слишком ровным. — Твое право, конечно… зачем тогда пришел?

— А ты мне не указчик, — буркнул Тимша, засовывая прут в рукав. — Я и в тот раз помощи не просил, и сегодня обошелся бы… Лариса здесь?

Игорь поджал губы, прищуренные глаза метнули кинжальный взгляд.

— Крутой, да? — спокойно поинтересовался он. — Хорошо, крутые нам нужны… А Лариса… — чуть приподнятый подбородок указал направление, — вон она, в стороночке. Одна, чтоб возможных наблюдателей не пугать.

Девушка стояла у решетчатой ограды больницы, пальчики нервно теребили ремешок переброшенной через плечо сумочки.

— Я вчера с ней был, и сегодня буду, — угрюмо сообщил Тимша. — Ты можешь с нами пойти, брат все—таки… А дружина твоя пусть сигнала ждет.

— Ну ты глянь, все распределил, — уголком рта усмехнулся Игорь. — Страте-ег!

Он поправил скрывавшую бритый череп вязаную шапку с легкомысленным помпончиком, мельком глянул на часы.

— Идите, самое время. Я догоню.

Вдоль бассейна, потом двором направо, и вот он, вход на центральный рынок Мурманска. Сотни прилавков, лотков, киосков, магазинчиков, запахи копченостей и подгнивших фруктов, гортанные выкрики южан, бойкая скороговорка дебелых румянощеких продавщиц, цветы, зелень, мясо, овощи, одежда, обувь, бижутерия — что пожелаешь… вплоть до наркоты.

Тимша растерянно замер, пораженный царящей здесь сутолокой, жесткий кулачок Ларисы незаметно подтолкнул в бок.

— Наши знакомцы зеленью торгуют.

Шабанов послушно свернул к рядам зеленщиков.

— Что, укроп с петрушкой в цене? — почти не шевеля губами спросил он.

— Сопутствующие товары, — иронично пояснила девушка. Трава к траве. Кто разберет, кинза в пакете, или что другое?

Смысла Тимша не понял, но переспрашивать не стал — за ближайшим прилавком возникла брылястая морда давешнего «свидетеля» аварии. «Как его там… — нахмурился Тимша. — Рафик? Вроде бы так…»

— Вах, какие гости! — «обрадовался» горбоносый Рафик. — Для таких гостей с любого товара скидку сдэлаю!

— Сам свою погань жри! — оборвал Шабанов. — Показывай, где твой Жора мотоцикл держит.

— Погань? Зачэм так гаваришь? — «пригорюнился» мордатый. — Абижаешь, да?

Он вышел из—за прилавка — жирный, приземистый, похожий на смоленого борова. Тимша напрягся, но мордатый в драку не полез. Заплывшие салом глазки впились алчным взглядом в ларисину сумочку.

— Дэнги принес? — сухо, по-деловому спросил он. Крикливые базарные нотки исчезли начисто.

Шабанов кивнул.

— Тагда пашли, пока Жора нэ уехал.

Рафик ловко ввинтился в толпу покупателей. Чтобы не отставать, Тимше пришлось держаться за ним вплотную. От басурманина несло потом и гнилью — о необходимости хотя бы изредка мыться Рафик, похоже, не слыхивал.

— Ха! Какая встреча! — неожиданно раздалось над ухом. Куда спешим, Васятка?

Тимша вздрогнул, обернулся — рядом, расплывшись в пьяноватой улыбке, стоял Игорь. От парня резко пахло спиртным.

«Неужели набрался для храбрости? — поморщился Тимша, но заметив влажное пятно на вороте свитера, понял хитрость.

— Привет! — подыграл он, угрюмая мина с видимой неохотой уступила место деланной приветливости. — Да подруга моя тут мотоцикл оставила, идем забирать.

Недовольный задержкой Рафик подозрительно рассматривал новое действующее лицо.

— Вай, дарагой! Патом пагаваришь — Жора уехать может.

— Я Васятку полгода не видел, а ты его увести хочешь! — «обиделся» Игорь. — Где я его потом искать буду, а?

Он погрозил Рафику пальцем.

— Не-е, братан! Лучше я с вами пойду.

Игорь хотел похлопать новоявленного «братана» по плечу, но Рафик отшатнулся. Игорь с трудом удержал равновесие. Не без помощи Тимши.

— Пусть идет, — недовольно буркнул слегка успокоенный Рафик. — Но быстро!

— Ты веди, веди, — огрызнулся Тимша. — Мы не отстанем.

Подсобка овощного магазинчика, куда привел Рафик, давно забыла прямое назначение — ни овощей, ни пустой тары, лишь неистребимый запах гнили, пропитавший весь рынок, и промозглая сырость. Всей обстановки — древний канцелярский стол, крашенный в бледно-салатный цвет сейф рядом с ним, деревянная вешалка на стене и полдюжины обшарпанных стульев. Узкое зарешеченное оконце под потолком напрочь залеплено снегом. Тусклый свет засиженной мухами лампочки, придает и без того не слишком уютному помещению облик пыточного застенка… Под стать застенку и обитатели.

За столом двое — угрюмый холеный господин в костюме-тройке от хорошего портного сосредоточенно водит пальцем по бухгалтерскому гроссбуху. На счетовода он походит не больше, чем голодный тарантул на безобидного крестовичка. Рядом с «бухгалтером» горой упакованного в китайский ширпотреб студня развалился отекший сизомордый азербейджанец. Утонувшие в складках жира глазенки буровят вошедших. Жирные пальцы перебирают черные шарики четок.

«Главари», — понял Тимша. Ошибиться невозможно.

У стен, напротив друг друга — свита. Справа однообразно усатые и смуглые громилы, единственный субтильный — сутенерчик Ашот. Слева пара старых знакомцев — Гарик с Кабаном. В углу, сидя на мотоцикле, щелкает «тетрисом» вчерашний водила.

— Какой люди! — «радушно» воскликнул Жора, игрушка отправилась в карман. — Рустам, дарагой, это те, что мою машину мяли! — Гора студня кивнула, Жора снова повернулся к вошедшим. — Заждались мы, думали нэ придете…

— И девица, и наш клиент… прямо праздник какой-то! — подал голос Гарик.

Кабан довольно заржал.

«Бухгалтер» раздраженно захлопнул «гроссбух», повернулся к соседу по столу.

— Что за хрень, Рустам? Делами заниматься надо.

Гороподобный Рустам нутряно хохотнул. Тимше даже показалось, что не хохотнул — ветры пустил.

— Дэло нэ архар, в горы нэ убэжит! Нэ расстраивайся, дарагой, мы быстро…

Злобный взгляд напрочь не стыковался с якобы непринужденной болтовней. «Бухгалтер» дернул щекой, но смолчал.

— Рафик! Дэвка панимаю, ее парэнь панымаю… а эта кто у нас?

Студнеобразный Рустам подозрительно указал на Игоря.

— Его приятэл, — угодливо пояснил Рафик, ткнув пальцем в Тимшу, — сам навязался, гаварит нэ видэл давно.

Рафик, словно и не он минуту назад шарахался прочь, фамильярно похлопал Игоря по плечу и вперевалку направился к громилам. Ашот угодливо поднялся, уступил стул. Рафик вежливо кивнул.

— Приятэл… — недоверчиво протянул Рустам. — Ну, тэм хуже для нэго… Дэнги принесла? — рявкнул он, повернувшись к Ларисе.

Девушка непроизвольно потянулась к сумочке, но тут же отдернула руку.

— Сначала пусть байк на улицу выкатят! — отрезала она. Мордовороты заржали.

— Матацикл на улицу? — неподдельно удивился Рустам. — Зачэм?! Савсэм нэ сэзон для матациклов, пусть да весны стоит… а дэнги, те, что в сумочке, — Толстые сальные губы раздвинула гнусная усмешка. — Дэнги ты нам так отдашь. Кампэнсация ущерба, панымаишь… — палец указал на свиту. — У Жоры шишка на лбу. Моральное удовлетворение нада. Разве нэт?

— Канэчна нада! — с готовностью выразил общее мнение Ашотик. — И моральное, и это самое… — он красноречиво почесал гениталии, — физическое.

«Где дружина? — мысленно взвыл Тимша. — Как втроем с восьмерыми справляться? И почему молчит Игорь?!»

— Тэбэ пондравится, лапочка! — сутенерчик Ашот встал и расхлябанной походкой направился к Ларисе. Паскудная улыбочка не оставляла сомнений в его намерениях.

— Не надо! — жалобно вхлипнула девушка. — Вот деньги, отпустите!

Она судорожно рванула сумочку, щелкнул замочек…

«Ну, все… ждать больше нечего.» Тимша чуть отшагнул в сторону, прут с готовностью ткнулся в подставленную ладонь.

— М-мужики! З-закурим? — не к месту встрял Игорь и, не дожидаясь разрешения, сунулся за пазуху…

— Руки, курва! — взревел «бухгалтер»… Поздно — вороненые стволы обреза уже смотрели в его лоб.

— Сидеть, погань! — пьяные нотки исчезли из голоса, сменившись холодным металлом. — Свинцом накормлю!

Ухмылка Ашота превратилась в злобный оскал.

— У тэбя патронов нэ хватит, казол!

— Картечь, — любезно пояснил скинхэд, качнув обрезом. — Дуплетом всю вашу бражку накроет.

— А если не накроет… — подала голос Лариса. Из сумочки, вместо ожидаемой пачки «зеленых», возник обманчиво изящный никелированный пистолетик. — Тогда я помогу.

Лица бандитов побледнели, словно отстиранные модным отбеливателем — будь жив Майкл Джексон удавился бы от зависти. Физиономия Кабана наоборот, налилась дурной кровью.