Тенебрариум - Raptor

Погасив лампу, я натянул на себя тяжёлое, немного влажное одеяло. И, стараясь не обращать внимание на запахи, источаемые постельным бельём, стал быстро проваливаться в забытье, убаюкиваемый мерным храпом хозяина, и тиканьем старинных часов.

ЧАСТЬ-5. ИЛИКТИНСКАЯ ЗОНА

Утро встретило меня щебетом птиц и солнцем, щекочущим переносицу. Я вскочил, ещё не успев окончательно вырваться из плена цепких сновидений, и в панике уставился на часы. Неужели проспал?! Нет, проснулся вовремя. До отправления осталось двадцать минут. А я, конечно же, не выспался. Ну что ж теперь поделать?

Быстренько одевшись и обувшись, я резвой трусцой пробежал в прихожую, где висел умывальник, и пару раз постучав ладонью по его язычку, спешно умылся.

Хозяина дома не было. Я столкнулся с ним на улице. Слегка похмельный и помятый, после сна в неудобном положении, дядя Гена поприветствовал меня.

— Доброе утречко.

— Утро доброе.

— Как спалось?

— Спасибо, хорошо.

— А я даже и не помню, когда отключился. Вроде сидели, с тобой разговаривали, и вдруг раз — полный провал. Ты уж извини.

— Да ладно, ничего страшного.

— Ну что, может всё-таки останешься у меня сегодня? Не поедешь? Я тебе ещё что-нибудь расскажу.

— Извините, дядя Гена. Спасибо Вам, конечно, за заботу. Но я всё-таки думаю съездить в город. Теперь, когда Вы меня предупредили, я буду вести себя ещё осторожнее.

— Ты совершаешь большую ошибку. Подумай ещё. Хорошенько подумай.

— Подумаю… Спасибо, дядь Ген. Всего Вам доброго.

— Подумай! Не ездий туда!

Я уже вышел за калитку, а отшельник всё продолжал кричать мне вслед, чтобы я одумался и не ездил. Я знал, что он кричит неспроста, но уже не мог остановиться. Моё любопытство окончательно победило всякие сомнения.

Миновав знакомые заросли, я вышел на главную деревенскую дорогу, и ещё издали заметил толпящийся народ. Группа уже успела собраться, и ожидала, когда Робин выгонит машину.

— А ты где был? — встретил меня Ромео.

— У старика одного ночевал, — ответил я.

— А чего с нами не остался? Нам вчера такую шикарную встречу устроили, ты бы видел.

— Да я слышал. Но вчера вечером мне что-то плоховато было. Видимо в машине укачало. Поэтому я и ушёл.

— Понятно.

Больше меня никто не расспрашивал. Вообще, на меня мало обращали внимание. Я заметил, что группа успела заметно сдружиться. Даже нелюдимый Николай стал гораздо общительнее. И только я один держался от них в стороне. Мне было немного стыдно от этого, но в то же время, вливаться в коллектив, почему-то никак не хотелось. Вместо этого было желание продолжить общение с Робином, который не сбивал меня с творческих мыслей, в отличие от шумливых туристов, а наоборот — заставлял сконцентрироваться.

Ребята тем временем обсуждали вчерашнюю веселуху: какой жаркой была баня, какими вкусными были угощения и как здорово играл на гармошке хозяин дома, дядя Миша. Особенно дотошно вспоминали историю с Крисом, которому стало плохо в жаркой русской бане, и его отливали холодной водой. Он и сам пытался что-то добавить от себя, выпучивая глаза, и совершая энергичные жесты, чем вызывал у публики всё новые приступы смеха.

Наконец, во дворе послышался рокот заведённого двигателя, после чего из сарая выкатилась видавшая виды 'таблетка' — выцветший медицинский УАЗик, на котором ещё виднелись полустёртые красные кресты.

— Да-авай, да-авай, проходишь! — направлял его хозяин, помогая проехать между ГАЗелью и белесым корпусом 'Москвича', превращённого в цветочную клумбу.

— О-о, вот это агрегат, — произнёс Николай.

— Сколько же лет этому динозавру? — ухмыльнулся Тимон.

— …итс э рашин медикал кар, — тем временем объясняла своему спутнику Оливия.

— Оу, ес-ес, ай си. Медикал кар. Олд медикал кар, — кивал тот.

— Та самая 'грязная машина'? — Ковбой стряхнул мошку, усевшуюся на его шляпу. — Надеюсь, внутри-то она не грязная.

— Танки грязи не боятся, — ответил Тимон. — Главное, чтобы в пути не развалилась.

— Не развалится, ребят, не развалится, — услышал его хозяин дома. — Я её всю перебрал, всю проверил. Она не подведёт.

'Таблетка' выехала со двора, и остановилась напротив нас. Из кабины выпрыгнул Робин.

— Ну что, все в сборе? Писатель пришёл? А, всё, вижу. Так, остальные, раз-два-три четыре-пять, вышел зайчик погулять. Все на месте. Ну что ж? Тогда загружаемся.

Группа потянулась в сторону УАЗика, и я с радостью отметил, что нахожусь ближе всех к кабине. Никого не пропуская, я почти вприпрыжку подбежал к передней двери, и занял место рядом с водительским сидением. Тут случился небольшой конфуз, так как впопыхах моя нога соскользнула с подножки, и я сильно ударился коленкой об дверь.

— Осторожнее, — послышалось у меня за спиной. — Ноги не сломай.

Потирая ушибленное колено, я расположился на жёстком переднем сиденье, и успокоился, дожидаясь, когда остальные пассажиры заполнят салон. Тесня друг друга, туристы шумно рассаживались на двух параллельных лавках, лицом друг к другу.

— Да уж, вот где комфорт! — ворчал Ромео.

— А чего ты хотел? Эта машина рассчитана на перевозку трупов, а не живых людей, — ответил Тимон.

— Ну тебя! Накликаешь! — хлопнула его по спине Джульетта.

Тем временем, Робин забрался в кабину, и, пошевелив зеркальце заднего вида, громогласно спросил:

— Ну чё, народ?! Все готовы?!

— Заводи!!!

— Ну смотрите у меня! Если кто по нужде не сходил — будете терпеть до Иликтинска! По пути остановок не будет!

Заржал стартер, и 'Таблетка' весело заклокотала.

— Молодец Семёныч. Хорошо поработал. Смотри, как заводится. С полпинка.

— Ага, — кивнул я.

— Ладно, вперёд на мины — ордена потом.

Робин воткнул первую передачу, и плавно нажал на газ. Фургончик заковылял по колдобинам, яростно скрипя рессорами. Пассажилы в кузове тут же завопили, хватаясь за любые выступы и рукоятки, чтобы не свалиться с лавочек.

— Да, это экстремальная езда, — кивал водитель. — Потерпите. На трассе будет лучше.

Мы выехали за ограду, и попылили дальше — в сторону шоссе. Проехали знакомую ферму, КрАЗ, трактора и горелые избушки. Вот и дорога на Иликтинск.

УАЗик зашебуршал гравием, и натужено зафырчал, взбираясь на крутой подъём. Оказавшись наверху, он тут же рванул по ровной асфальтовой поверхности, оставив позади себя облако оседающей пыли. Тряска действительно почти прекратилась.

Как только мы оказались на шоссе, я заприметил постройки, похожие на те, что мы видели на полицейском КПП. Пара камуфлированных будок, металлический щит с бойницей и три больших бетонных блока, растащенных по краям дороги.