Божественный эксперимент. Грех третий - Александр Scriptor

чрезвычайно мрачным лицом он сообщил ей, что в течении недели все пожелания ангела будут исполнены и, в качестве бонуса, два оставшихся человека, имевших к этому странному происшествию хоть какое-то значение, будут обвинены в одержимости демонами и сожжены на костре. Естественно, что под «оставшимися людьми» Лорей имел в виду безумного человека, бродившего по площади и Терранса, который состоял в «Консерваторах».Да, Кира поведала архиепископу некоторую часть причин её странной просьбы. Тот факт, что архиепископ мог своими действиями предотвратить революцию в стране, немного успокоил сердце Лорея.Забегая вперёд, можно сказать, что встреча архиепископа и богини Беатрис была самым большим разочарованием в жизни Лорея. Примерно через год после этого судьбоносного дня Лорей ушёл с поста архиепископа, написал книгу «Лицемерные боги» и со счастливой улыбкой умер на следующий день после издания его шедевра.Но речь не об этом.Спустя пять дней Лорей практически выполнил своё обещание, и все волнения в столице, а так же  на окраинах страны прекратились.Вера имела на людей страшное влияние. В этом убедилась даже ангел, поняв, что в столь короткие сроки промыть мозги миллионам людей не смогла бы даже «Похоть».Лишь одно обещание Лорей не смог выполнить – изловить Терранса. Но это было отнюдь не от того, что цепной пёс Вертании умел хорошо прятаться, а потому, что он так и не вылезал из своего номера в гостевом доме, стараясь разгадать загадку ангела. Служители церкви просто не могли его найти, ведь они считали Терранса умным человеком, который решит скрыться, а на самом деле он оказался дураком, даже не знавшим, что за ним ведут охоту.Цепной пёс Вертании подтвердил своё недалёкость окончательно. И нет, это случилось не из-за того, что бывший «Консерватор» наконец-то начал думать. Всё было гораздо проще. Терранс просто вышел прогуляться и услышал все последние новости. Ответ пришёл к нему неожиданно, и он устремился к главному филиалу Святой церкви Сораса, лишь длят ого что бы…***Терранс мчался по улице, не разбирая дороги. Пусть он и разгадал загадку на день позже, но всё же надеялся, что успеет всё исправить.Пребывая в состоянии полной отрешённости от реальности, Терранс не мог слышать праздных разговоров горожан обо всём на свете. Если бы он вслушался хотя бы в один из них, то сразу бы помчался как можно дальше от Сораса. Почему? Да потому что главной новостью последней недели была чрезмерная активность Святой церкви, в связи с поисками некоего «Консерватора» в маске, которого планировалось прилюдно сжечь на костре.Терранс бежал, Терранс летел, Терранс мчался по улицам города, расталкивая встречных ему зевак и вот, наконец, он добрался до своей цели.Он даже сшиб хрупкую монахиню, решившую встретить его у входа в храм, на что девушка гневно блеснула в его сторону синим и красным глазом…Терранс чуть ли ни пинком вышиб входную дверь и ворвался в помещение церкви. Внутри пахло благовониями, но бывший «Консерватор» не обращал на это никакого внимания. Он с безумными, налитыми кровью глазами (которых, однако нельзя было разглядеть под маской) обшаривал взглядом всё внутреннее пространство, но ничего не находил.- А ведь ответ был на поверхности, не так ли? – послышался женский голос со стороны входа.Терранс обернулся и увидел девушку-монахиню, чьи глаза были скрыты от него тенью капюшона.Терранс уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, но девушка продолжила свой монолог.- Ты и в самом деле глупец, – насмешливо произнесла «монахиня», покачав головой, - или глупцами были те, кто прислал тебя сюда… Ты делаешь всё по указке, подобно кукле, управляемой умелым кукловодом. Нет, ты, наверное, больше похож на очень верную и преданную собаку. Да… именно собаку… - девушка на секунду прервала свой монолог, о чём-то задумавшись.- Ты кто такая!? Зови сюда священного зверя Сораса! – взревел Терранс.«Монахиня» подняла на него свои глаза, и Терранс впервые за долгое время своего существования вздрогнул от ужаса. На него смотрели красный глаз, наполненный безумной яростью и синий, замораживающий своим безразличием и отчуждённостью.- Я не давала тебе команды «голос», глупая псина, – ледяным голосом проговорил девушка, - неужели так трудно заткнуться и просто меня послушать? К тому же, тебя всю жизнь дрессировали и учили выполнять команды, но, видимо, ты слушаешь только своего хозяина… или мне лучше называть её «Госпожа»? В любом случае, ты остался глупой псиной, не имеющей собственной воли и знающей лишь как угождать своему владельцу, – девушка говорила сама с собой, но, видимо, Терранс подумал, что её вопрос был адресован ему.- Откуда ты знаешь про госпожу!? – воскликнул мужчина, не обращая внимания на оскорбления, которыми щедро одаривала его девушка.«Монахиня» снова взглянула ему в глаза, и Террансу показалось, что всё пространство церкви сжалось, а затем и вовсе раздавило его.Из ужасного кошмара верный пёс Вертании вынырнул весь покрытый холодным потом.- Мыслительный процесс – определённо не твоя сильная сторона, - после небольшой паузы продолжила свой монолог девушка. – Что ж, по крайней мере, я могу похвалить тебя за то, что ты умеешь слушать, но, ты опоздал.- Я разгадал загадку священного зверя! – крикнул Терранс, - вы обязаны отступить, как и обещали.«Монахиня» его не слышала, да и не слушала в общем то.- Знаешь в чём заключается вся суть моей игры? – задала вопрос девушка, и, не дожидаясь очередных восклицаний со стороны Терранса, ответила на него. – В ней невозможно выиграть… В ней можно только выжить! – последняя фраза была произнесена ужасным, отвратительным, пробирающим до костей голосом.Терранс затрясся всем телом, толком не понимая, чего боится.- Ты не смог даже этого, - тем временем, уже обычным тоном продолжила говорить «монахиня».-Что? – писклявым голосом спросил мужчина.- Ваше Святейшество, пора закончить эту… «охоту на ведьм»! – воскликнула «монахиня» и из-за колонн, расположенных вдоль стен церкви, вышли мужчины, облачённые в белые хламиды и держащие в руках одноручные булавы. Это была элита церковной боевой силы – «паладины».Мужчины скрутили Терранса и уволокли его вопящее на все высокие аккорды тело в известном лишь им самим направлении. Никто не заметил странной тени, мелькнувшей в проёме центрального витража… никто… кроме странной «монахини».***Через неделю после сожжения Терранса последние волнения прекратились. Что самое удивительное, так это то, что даже аристократы поверили сладким речам Лорея и его подчинённых. Кире оставалось лишь в очередной раз удивляться тому, какие страшные инструменты для манипуляции изобретают люди.В Сорасе всё было спокойно. Слишком спокойно. И лишь два человека во всей стране осознавали, что за этим спокойствием кроется нечто ужасное, тревожное, смертельно опасное.Одному из этих