Тяжёлый ледяной блюз (СИ) - "Battle_S.W.I.N.E."

Прошло ещё часа полтора, прежде чем выставленные Абдул-Джаббаром секреты подняли тревогу. Доложенный ими и подтверждённый затем поднятым на разведку вертолётом состав приближающегося отряда заставил первого лейтенанта выматериться. Полных четыре лэнса! Четыре! Два из которых тяжёлые: «мародёр», парочка «арчеров», «райфлмэн», средний, но вооружённый восьмидюймовкой «ханчбэк»… Вернувшийся «сперроухок» сбил с неба вертушку — первым же залпом разбил ей несущий винт, и «уорриор» рухнул на скалы с километровой высоты. Истребитель же принялся нарезать круги над холмами, отслеживая манёвры Джаббара.

Outnumbered, outgunned и outweight. Что остаётся? Бежать, оставляя в холмах всё, что неспособно угнаться за мехами. То есть, обоз и баб — видит Аллах, он сделал для них всё, что мог. И для своих, в том числе; но мёртвым от точно им не защитник. В холмах есть, где спрятаться, так что посмотрим…

* * *

— Мехи отходят, — сказал Митч Вермеер. — Вы видите, командир?!

— Хочешь перехватить?

— Да! — лётчик оскалился под стеклом гермошлема. — Вы разрешаете?

— Да. Оливейра! — Элайза переключила канал, оставив линию связи с Вермеером на удержании. — Бегом к отметке «танго-джульет» и с поворотом на два часа!

— Выводите нас на Джаббара?

— Он собирается отходить. Притормози его, сколько сможешь!

— Уйти и трофеев нам не оставить? Да хрена там!

Толкнув от себя ручку управления «сперроухока», Вермеер опустил нос машины вниз и пошёл на снижение. Силуэт «феникс-хока» заполнил собою прицел, и Митч надавил спуск. Залп сдвоенных средних лазеров вонзился в уже повреждённую в прошлых боях левую ногу — сменить там броню не успели — сломал приводы бедра и лодыжки, и мех, не удержав равновесия, рухнул ничком на скалу и остался недвижим. Но тут и «сперроухок» тряхнуло прямым попаданием снаряда по правому крылу — пилот «вольверайн» оказался не промах. Митч едва не сорвался в штопор и, выровняв машину, повёл на боевой разворот.

Быстроходный, но неспособный прыгать «локаст» Криса Экка отстал от «стингера» и «уоспов», прыжками перемахивающих заросли и россыпи скальных обломков, одним махом взлетающих на вершины холмов вместо того, чтоб карабкаться по косогору. И отходящие мехи пиратов они настигли втроём: Оливейра, Зейнаб и Григорий. Однорукий «уосп» и «стингер» припустили, что есть духу, но «вольверайн» и второй «уосп» прыжками разошлись в стороны и встретили новых врагов лицом к лицу.

Второй лейтенант Тайлер Флойд был много, кем, но точно — не трусом; хорошую драку с победою в ней он любил почти так же, как и лишать невинности молоденьких девиц. Его «вольверайн» и «уосп» Кушнеревича против тройки двадцатитонников — не худший расклад, даже когда Баджо и Каратоссос удрали; жаль вот, не удалось завалить самолёт. Но может быть, он погонится за этими двумя ссыкунами?

Тайлер не забывал о ползущих на них тяжёлых лэнсах, но прежде, чем отрываться от них, надо разделаться с этими шустриками. Средние лазеры, ракетные установки и пулемёты… Он выпалил по ближайшему из «уоспов», всадил по боеголовке РМД ему в грудь, ногу и голову. Хреново, что пушкой и лазером не достал… прыжок! в воздухе с разворота — залп пушкой и лазером в «стингер», чорт, мимо! Сто метров вперёд, длинные стебли гигантских репейников хлещут борта «вольверайн». Залп по «уоспу»: пушка и лазер опять мажут, но три РМД одна за другой бьют его по ноге, сметают броню.

Зейнаб краем глаза успела заметить предупреждение: повреждён левый привод бедра; потом нога её меха подломилась, и повреждённый «уосп» растянулся на земле. Удар смял и едва не сорвал с креплений бронеплиту левого борта. А «вольверайн» Тайлера Флойда уже выходила из зарослей и пёрла на неё.

— Зая! — Григорий Перович устремился навстречу пирату.

Достал его попаданиями и лазера, и ракет; отвлёкшийся от боя с «уоспом» Оливейра помог, удачно всадив попадание среднего лазера флойдовской «вольверайн» прямо в затылок. Но тут и пират жахнул полным залпом по меху Григория. Брони на башке «уоспа» всего четверть тонны, так что и попадания среднекалиберной автопушки достаточно, чтобы разбить её вдребезги. Бронебойно-фугасный снаряд разворотил меху Григория лицевой бронещиток; «уосп» рухнул на землю рядом с уже лежащим собратом — машиной Зейнаб. Времени радоваться победе у Тайлера не было: подав «вольверайн» назад, он прыгнул обратно в заросли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Норберт, уёбываем!

— Стой, сука! — Оливейра прыжком устремился за ними.

Выстрелил, промахнулся, но продолжал стрелять ещё и ещё.

* * *

Ударный лэнс Раджкумара Утпата встретил удирающие пиратские «стингер» и «уосп» у северного края гряды холмов и отсёк путь к отступлению. Первыми же залпами РБД они повредили «стингер»; пират запаниковал и отпрыгнул назад. Джессика Крофорд прикинула траекторию его полёта и сбавила ход своего меха, чтоб тряска в движении не так сбивала прицел. Лазером всё равно промахнулась, а вот ракетами, кажется, достала, но сразу же ей пришлось уклоняться от атаки пиратского «уоспа» с единственной правой рукой. Впрочем, «ассасины» уже настигли вражеский «стингер», увеча его новыми попаданиями лазеров и ракет.

Однорукого добил Митч Вермеер, прямым попаданием средних лазеров «сперроухока» разнёсший ему центральную секцию торса. Покончив со «стингером» Баджо, лэнс Раджкумара Утпата атаковал Флойда и Кушнеревича, в спину которым вцепились ещё Оливейра и подоспевший к шапочному разбору Крис Экк на «локасте». Кто засветил «вольверайн» боеголовку в кабину, так и осталось невыясненым; «уосп» Кушнеревича прикончила детонация боеприпасов РМД.

Элайзе с её командирским и боевым лэнсом Бизоса остались лишь разрозненные группки пехоты и беженцев. К этому она готова была, взяв с собой взвод Ольтяну с обоими его БТР. Отделения тяжёлого оружия на время были перевооружены как лёгкие стрелковые — семь автоматчиков; их миномётные установки остались в Мэнорбире. Огневой мощи в поддержку могли сколько угодно дать бэттлмехи. Уортингтоновских боевиков она в плен приказала не брать: ни как заложники, ни как работники они ценности не представляли, зато корми их ещё, охраняй… чего ради? Не человеколюбия же: распространять его на пиратов не принято. Женщин с детьми, когда удавалось найти, обыскивали, разоружали и гнали под конвоем в тыл.

— Пиратские мехи нейтрализованы, — доложил Раджкумар Утпат. — У Оливейры один или два «двухсотых».

— Дарий?

— Гриша погиб, — подтвердил лейтенант наёмников. — Зейнаб жива, но у её меха поломан привод бедра.

— Трофеи и пленные?

— Один «уосп» подорвался на боеприпасах, ещё один и «стингер», похоже, годны только на запчасти. «Феникс-хок» и «вольверайн» получили по бошкам. Пилот «вольверайн» убит, пилот «феникса» ранен.

— Их лейтенант? — спросила Элайза.

— Он самый, я его помню, — ответил ей Оливейра. — Добить или нет?

— Сначала допросим.

— Я так и понял, командир.

Ольтяну доложил о захвате обоза. Там бой был самый жаркий, пехота потеряла троих убитыми и с полдюжины ранеными. К тому же, пилот «бастера» — 50-тонного меха-погрузчика — попытался вступить в бой с боевыми мехами, нанося им удары руками и ногами своей машины. «Арчеры» и «шэдоу хок» расстреляли его с коротких дистанций, превратив промышленный мех в груду обломков. Зато тяжёлый мехоэвакуатор и пару грузовиков удалось захватить.

— Хорошо, — одобрила Элайза и вызвала из Мэнорбира техническое обеспечение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дропшипы Уортингтона уже миновали бóльшую часть пути до планеты, но даже на пятнадцати метрах на секунду в квадрате им тормозить оставалось ещё около четырнадцати часов. «Роза Адхары» продолжала отслеживать их приближение, но через несколько часов должна была выйти из зоны радиоконтакта: Летисия Веницелос сочла, что оставаться в прыжковой точке опасно и перевела звездолёт на иовоцентрическую орбиту. То есть, вокруг Полосатого Джоба, «горячего Юпитера», у которого обращался и сам Скайфог. Несколько минут ускорения в один метр на секунду в квадрате уменьшили орбитальную скорость корабля, а с нею уменьшился и радиус орбиты. Ко времени подхода Уортингтона к Скайфогу, «Роза Адхары» должна уйти в тень планеты — выпасть из поля зрения сенсоров пиратских дропшипов, после чего снова изменит орбиту. Шкипер надеялась, что благодаря этому манёвру пираты потеряют её корабль из виду. Тем более что вести астрономические наблюдения с поверхности Скайфога, куда они приземляться, будет мешать атмосфера.