Фая, или До тех пор, пока Вы хотите (СИ) - Ирен Эшли

истерику! Сердце панически выпрыгивало из груди, слезы почти пролились градом, но внешне… Фая демонстрировала абсолютное равнодушие. Собрав всю волю в кулак, холодно ответила:

— Каждый аритааниец поплатиться. Пал их правитель, а значит, скоро падёт страна.

Коварный двусмысленный смешок.

— Вы правда не знали кто фон Корнель на самом деле?

— Правда. — Фаине было дурно. Кружилась голова, тошнило. — Не верите?! Проверьте мои мысли и покончим с этим, — сама предложила от усталости.

— Проверим. Обязательно проверим.

— Быстрее! — не удержалась и повысила голос.

Следователь по лисьи прищурился:

— Почему злитесь? Причин же нет.

Казалось ниточка терпения вот-вот порвется.

— Устала! — рявкнула она, чуть не заплакав.

— Чай будете? — внезапно предложил следователь, чем сильно удивил подозреваемую. Та кивнула.

Через минуты семь перед ней стояла кружка горячего ароматного чая. От приятного тепла, Фая невольно вздрагивала — настолько сильно замерзла. Пила и хотелось рыдать с каждым глотком всё больше.

«Неужели Рассел мёртв?».

Следователь молчал, сидя напротив, сейчас даже не допрашивал подозреваемую. Фая кидала на него вопросительные взгляды. Один такой маг заметил:

— Вы хотите о чем-то спросить?

— А… — замешкалась, — а тиарнака правда убили?

— Да, — равнодушно процедил он.

Кружка чуть не выпала их рук.

— Осторожнее…

— Извините, — была на грани.

— Всё-таки вы знали, что он с Арита…

— Причем здесь Аритаан? — грубо перебила. — В первую очередь, я его любила, — не выдержала и заплакала, — очень сильно любила. Он был для меня все миром, а сейчас я узнаю, что… он мёртв. Мне даже не дели с ним попрощаться.  И…

— Жив, — обрубил следователь. Фаина притихла. — Пока жив. Его допрашивают, ищут союзников.

Девушка в миг успокоилась, опустив голову.

Колдун тяжело, даже сочувствующе, вздохнул.

— Сейчас я приведу одну девушку, — начал он, — которая уверяет, что вы напрямую связаны с Аритааном и даже помогали тиарнаку во всех его делах.

Следователь не назвал имени, но Фая догадалась о ком он говорит, поэтому и бровью не повела, когда через пару минуты в дверях нарисовалась Снежана… Выглядела безупречно. Не скажешь, что трудилась в горах. Трудилась ли вообще?!

Сестра грациозно зашла в кабинет. Облокотилась на правое бедро. Высокомерно вздернула носом, одаривая младшую презрительным взглядом, холодным, равнодушным, в зрачках которого считывалась ненависть.  Злая улыбочка красовалась на губах.

Следователь поочередно глядел на сестер.

Фая выражала безразличие, словно привели незнакомого человека.

— Знаете её? — изогнул бровь.

— Предпочла бы не знать, — ответила, покосившись на Снежану, которая в тот миг коряво усмехнулась. — А так… да. Это моя сестра. Бывшая сестра, — добавила вскользь и больше не смотрела на наатирийку.

— Её нужно судить по всей строгости! — бездушно выдала та.

Колдун задумался.

У следователя был напряженный вид. Он слушал не умолкающую Снежану Дюммэру, которая пересказывала, как пыталась защитить Фаину, отправить домой, когда узнала страшную правду про Рассела фон Корнеля, но её обвинили, отчислили, похитили в Аритаан, где уже подло отправили в горы, а Фая не попыталась даже вступиться, хотя имела на тиарнака большое влияние.

— А всё потому, что я за Наатир, а она поддерживает Аритаан, — объясняла колдунья. — Фаина предательница! — резюмировала в итоге.

Глаза следователя и иномирянки встретились. Внутри колдуна что-то ёкнуло, он выставил перед собой руки и крепко сжал их в замок. Она была красивой даже после всего пережитого, несмотря на то, что растрепанная и невозможно уставшая. Глаза сверкали от белого светового пульсара, на красивое лицо ложилась тень, почти как на античную скульптуру Венеры. Другая, непохожая…

Хитрец Рассел! Урвал себе такого ангела…

Следователь как-то загадочно спросил:

— Что вы на это скажете, Фаина?

Девушка глубоко вздохнула, от вдоха приподнялась грудь. Маг глянул мельком. Фая улыбнулась, заметив это и твёрдо отчеканила:

— Ложь. Не было такого.

Снежана почти покраснела от возмущения.

— Врунья…

— К чему эти допросы? — хмыкнула в сторону сестры. — Проверьте мои воспоминания.

— Которые Рассел успешно стёр? — предположила Снежа.

На секунду у Фаи кольнуло под ложечкой, но она не поддалась:

— Когда б успел? Знал бы о разоблачении и аресте, первым бы делом, сбежал, а не пытался стереть мне воспоминания.

Логично.

Старшая втянула от злобы щеки, а следователь закивал.

— Да и потом… раз узнала, что он тиарнак, почему не доложила?!

Перевести стрелки не получилось, колдун пояснил:

— Обещал убить. Также Снежана искала способы вернуть вас на Землю. Помимо этого, сумела раздобыть для нас ценную информацию.

«Умно», — закатила Фаина глаза.

— Она правда с ним заодно, — протянула Снежа обиженно, оттого что ей не верили.

— Разберемся, — в ответ кинул следователем, а следующее адресовалось иномирянке: — пройдемте.

Свет в коридоре ослепил. После полумрака в кабинете глазам было тяжело. Девушка поморщилась.

В пучине белого света появились две темные фигуры. Фая присмотрелась и, когда глаза привыкли к новому освещению, узнала Салала и… Аарена.

— Ну что? — вопрос был не ей.

— Идём проверять воспоминания, — объяснил следователь и, подталкивая подозреваемую в спину, повел её в кабинет напротив.

— Надеюсь, вы увидите правду, — Снежана почти прокляла.

Фаине было страшно. Всё очень страшно: другой мир, правила, законы, люди… которые не люди вовсе, а гуманоиды. Обвиняют в самом страшном, в чем могли обвинить в Наатире. Докажут вину — что будет? Пугало перспектива умереть не на родной Земле… Фая держалась из последних сил.

Только они зашли — из-за стола поднялся пожилой наатириец. Он был очень неприятной наружности, некрасиво старел, даже пугал своим внешним видом и отталкивал. Однако, кожей ощущалась его мудрость, дорванная временем.

Следовал поведал: нужно прочитать «голову» подозреваемой и узнать заодно ли она с тиарнаком или девушка просто обманута.

— Подойди, — хрипло попросил старик, — медленно…

Странно взглянул на Фаину, хмуро, таинственно.

Девушка не выражала эмоций.

Наатириец положил худые костлявые пальцы ей на виски и закрыл глаза. Фая думала обо всем подряд: о родителях, море, о курсовых, которые не сдала… лишь бы в голове не возник образ Рассела в настоящем облике.

Больно не было. Вообще ощущений никаких не было. Скорее угнетали собственные мысли.

— Она… — старик помотал головой.

— Ну? — грубо откликнулся следователь.

— Она… правда не знала, — очень неуверенно ответил тот.

— Точно?! — усомнился.

— Я ничего не нашел, —