Киндер сюрприз для миллиардера - Амелия Борн

у лифта, увы, наши пикировки были вовсе не окончены. В обед мы оба, как назло, ломанулись к одному и тому же кулеру. Хотя в офисе их было целых пять, надо же было случиться такому, что мы оказались одновременно именно у этого! 

- Дамы вперед, - сказал босс сухо.

- Дамы? - переспросила я и нарочито огляделась по сторонам. - Не вижу здесь других дам. Хотя да, я же совсем забыла! Ведь женщины у вас, Андрей Михайлович, всегда водятся во множественном числе!                                                                                                                                         

Гневно смяв стаканчик, который держал в руках, Самохин двинулся на меня с таким видом, что я пожалела о том, что заблаговременно не написала завещание.

- Чего ты добиваешься, Вика? - спросил он жестким тоном.  

Чего я добивалась? Хороший вопрос, на который у меня не было ответа. Наверно, просто хотела задеть его, чтобы вывести на откровенность и эмоции. Хотела услышать очередную ложь про то, что я для него единственная. А с Ланой он проводит время из тяги к благотворительности, ага. 

Впрочем, нет. Этого добра в виде кручения лапши на уши с меня было, пожалуй, достаточно. 

- Уже - ничего,  - пожала я плечами. - И я уступаю вам очередь, Андрей Михайлович. Многодетному отцу положены льготы! 

И прежде, чем Самохин успел что-либо ответить, а то и сделать - быстро пошла прочь. 

Но и этой стычкой наше словесное побоище тоже не завершилось. 

Следующее место встречи было из разряда тех, что изменить нельзя. 

Я топталась у туалета, думая - кто, черт бы все побрал, мог застрять там столь надолго? А когда увидела ответ, уже даже перестала удивляться. Просто чисто рефлексивно пустила шпильку: 

- Вы там были один, Андрей Михайлович? А я уж подумала…

Сильные пальцы цепко впились в мой локоть.

- А ты, я смотрю, хочешь мне компанию составить? - вкрадчиво поинтересовался Самохин. И прежде, чем я успела сообразить, что сказать ему на это, обнаружила себя прижатой к прохладному кафелю и жарко отвечающей на грубый, сладко-болезненный боссов поцелуй. 

- Он тебя также целовал? - поинтересовался Самохин, когда наконец отстранился, позволяя мне сделать жадный глоток воздуха.

- В смысле - в таком же романтическом месте, как туалет? - уточнила насмешливо я, пытаясь непослушными пальцами застегнуть почему - то оказавшуюся расстегнутой ниже груди блузку. 

- Ты прекрасно поняла вопрос! - буквально прорычал Самохин. 

Я согласно кивнула:

- Поняла. А еще я поняла кое-что другое. А именно - то, что дурак вы, Андрей Михайлович! 

 И, сказав это, выскочила из туалета с совершенно дурацкой улыбкой на губах. 

Потому что если Самохин и дурак, то и я была не лучше. Мы оба походили на неопытных подростков, не умеющих сказать о том, что чувствовали на самом деле. 

Но это было даже забавно.

Впрочем, в конце дня мне стало уже совсем не до веселья. Увидев около шести вечера на экране телефона входящий звонок от воспитательницы Славика, я мгновенно похолодела. 

- Что случилось? - поинтересовалась быстро.

- Приезжайте скорее! - взмолилась в ответ Инга Ивановна. - Славик пострадал! Кровищи море! 

Дослушивать ее я не стала. Нажав отбой, резко сорвалась с места и просто побежала. Но, даже не отдавая в этом отчета себе самой, бежала я в первую очередь не на парковку. Мне в этот страшный момент очень нужен был Самохин.

Часть 39. Андрей

Она меня завела. Причем во всех смыслах этого слова. Чего стоило навязчивое желание пригласить Вику к себе в кабинет и оттрахать на столе во всех позах! Даже если она будет сопротивляться.

Особенно если она будет сопротивляться. 

Не помогли даже попытки отвлечься на работу, в которую я очень (ну вот прям очень!) часто погружался с головой в последнее время. Перед глазами так и стояла картина того, как мы целуемся с Победовой. И как меня будто пронзает током от ощущения ее губ под моими. И близости роскошного тела. 

Понятное дело, что выдерживать это долго я не смог и уехал домой пораньше. К черту все! Завтра же запру Викторию вместе с собой и не выпущу до тех пор, пока она не поймет, что я ее люблю. Пока не поверит в то, что для меня было совершенно очевидным! 

Я добрался до дома и вдруг обнаружил, что меня рядом с ним поджидают Лана с Лионелем. Мне уже стало очень жаль этого ребенка. Лана таскала его за собой, как покорного барашка на веревочке. Интересно, когда он вообще успевает учиться этикету, шахматам и прочей ненужной ребенку его возраста хрени, если за последние дни я вижу его чаще, чем свое отражение в зеркале? 

- Я сегодня занят, - отрезал я, выходя из машины. Лана тоже выскользнула из своей и улыбнулась мне соблазнительно (как видимо, ей казалось). 

- А мы с Ли решили, что сможем провести этот вечер с тобой. 

Решили они! 

- Лучше своди ребенка в кино. Или проведи с ним время дома. Такие дети нуждаются прежде всего в матери. 

- Как и в отце. 

Я вздохнул. Ну не говорить же ей, что я очень и очень сомневаюсь в том, что она родила сына именно от меня, а не от какого-нибудь депутата! 

- Хорошо. Оставь его мне, мы с ним будем лопать пиццу и смотреть футбол. 

Едва я договорил, Лана поморщилась, но не успела ответить, как Лионель прибавил в открытое окно машины: