Тайные боги Земли - Александр Сухов

Едва лишь шасси воздушного лайнера коснулись взлетно-посадочной полосы, чувство необъяснимой радости тут же меня покинуло. Я снова вернулся на грешную землю, ползать по которой было предназначением всех представителей моего вида. А впрочем, насчет «ползать» или «летать», появилась у меня тут одна задумка. Как только освобожусь от дел насущных, обязательно поэкспериментирую…

Из международного аэропорта Неаполя до гостиницы «Британик» меня доставил импульсивный таксист, внешне здорово похожий на артиста Тото, исполнившего роль дона Винченцо из так полюбившегося советским людям фильма «Операция «Святой Януарий». Да, да, именно на того самого мафиози, который, находясь в тюряге, умудрялся принимать самое активное участие в общественной жизни Неаполя.

За время относительно недолгого путешествия неаполитанец успел поведать мне обо всех, на его взгляд, значимых городских достопримечательностях. Порою, рекламируя то или иное местечко, в котором каждому гостю Неаполя «следовало бы всенепременно побывать», он принимался яростно жестикулировать, оставляя без присмотра рулевую баранку.

Неожиданно от восторженных дифирамбов в адрес тех или иных красот приморского города неугомонный патриот переключился на мафию. Де, крестные отцы совсем «потеряли нюх» и «разучились ловить мышей» и, если еще раз допустят, чтобы город был завален мусором, над ними будут смеяться самые распоследние неаполитанские шлюхи.

Откровенно говоря, я не очень понимал, о чем идет речь, но старательно поддакивал, вполне обоснованно опасаясь, что, возрази я хоть самую малость, и «дон Винченцо» вовсе бросит руль и переберется ко мне на заднее сиденье для вящего обоснования факта полной несостоятельности местной Коза Ностры.

Поначалу таксист принял меня за немца или скандинава. Даже попытался общаться со мной на довольно сносном немецком. Однако узнав, что я из далекой России, от восторга он едва не прозевал красный сигнал светофора. Оказывается, его отцу в сорок втором году посчастливилось оказаться под Сталинградом. Причем «посчастливилось» в данном случае звучит без какой-либо иронической подоплеки, поскольку, не повоевав толком и не пролив ни капли ни собственной, ни чужой крови, юный вояка угодил в русский плен и, в конце концов, в отличие от многих своих земляков, вернулся на родину живым и здоровым. От отца мой экспрессивный извозчик перенял безграничную любовь к далекой северной стране и ее обитателям.

– О, сеньор! Папенька так смачно описывал достоинства ваших синеоких красавиц, что друзья-собутыльники откровенно ему завидовали. А если маменьке удавалось подслушать невзначай какую-нибудь из этих баек, она тут же удалялась на кухню. А на следующий день отцу приходилось совершать очередной визит в посудную лавку одноглазого Николо, – сообщил таксист, после чего громко и жизнерадостно расхохотался, едва не сбив какого-то зазевавшегося пешехода, опрометчиво выскочившего на проезжую часть.

В следующий момент мне пришлось стать свидетелем недолгой, но бурной разборки между двумя крайне заводными гражданами Неаполя. Резко остановившись, мой добровольный «чичероне» выскочил из автомобиля и вступил в бурную дискуссию с нарушителем правил дорожного движения. Впрочем, его оппонент ничуть не считал себя виноватым и за словом в карман также не лез. К счастью, обошлось без потасовки. Покричав друг на друга и осыпав оппонента самыми «изысканными» местными ругательствами, спорщики разошлись умиротворенные и, как ни странно, вполне довольные друг другом.

Несомненно, подобные эмоциональные всплески способствуют сбросу ненужного балласта в виде негативной энергии и восстановлению душевного спокойствия. Чтобы ненароком не «хапнуть» порцию неочищенной эманации, мне даже пришлось слегка заблокировать сознание, благо теперь я умел это делать вполне профессионально.

Вернувшись на свое место, водитель завел мотор и, как ни в чем не бывало, продолжил свою мысль:

– Я, сеньор, русских очень уважаю и не только за то, что уберегли в войну отца и тем самым дали возможность родиться мне. Благодаря лишь вам, американцы до сих пор еще не сели окончательно на шею всему Миру. К тому же, не в пример скаредным европейцам, вы умеете ценить чужой труд и при расчетах не мелочитесь. Жаль, что туристов из России в нашем славном городе не так уж много, иначе я бы возил только ваших земляков…

После столь сомнительного комплимента мне вольно или невольно пришлось раскошелиться по приезде в конечную точку. Только не подумайте, что мне было жалко тех несчастных евро, что я переплатил. Незабываемый спектакль под названием «Поездка из аэропорта до гостиницы» вполне того стоил.

Высадив меня у парадного входа и получив вожделенный гонорар, «дон Винченцо» помахал мне рукой и тут же убыл в неизвестном направлении.

Гостиница «Британик» размещалась в утопающем в зелени пальм и еще каких-то неведомых мне деревьев шестиэтажном здании, выкрашенном преимущественно в розовый цвет. Над входом – флаги Европейского Союза, Итальянской республики, Великобритании, а также провинции Кампанья, столицей которой, собственно, и является Неаполь. В уютном холле гостиницы меня встретили доброжелательными улыбками молодые симпатичные люди из числа обслуживающего персонала. После всех положенных формальностей, я оказался в заранее забронированном для меня номере, расположенном на четвертом этаже.

Просторные светлые апартаменты пришлись мне по вкусу, а внушительных размеров двуспальная кровать, занимавшая едва ли не треть жилого пространства, поневоле наводила на разного рода мысли, в основном романтического свойства. Но самым замечательным было то, что из окна открывался восхитительный вид на Неаполитанский залив и прилегающие к нему районы города. Выйдя на балкон, я какое-то время любовался открывшейся моему взору панорамой, а заодно выкурил с дороги папироску.

Затем разделся и отправился в ванную комнату. Постоял минут пять под тугими струями освежающего душа. Почувствовал себя вполне комфортно после довольно утомительного перелета, а также изнурительного тренинга, организованного для меня хитроумным куратором. После тщательной обсушки облачился, в соответствии с теплой неаполитанской погодой, в светлые джинсы, легкую футболку и сандалии на босу ногу. На моем «Ролексе» половина двенадцатого до назначенного Митрофанычем часа «Х» почти сутки. Почему бы не потратить это время с целью повышения своего культурно-образовательного уровня?

Для начала я все-таки посетил ресторан гостиницы. Усугубив пару хорошо прожаренных бифштексов с отварной картошечкой нового урожая и запив это благолепие чашечкой черного кофе, почувствовал себя буквально на седьмом небе.

Вот теперь я был вполне готов отправиться хотя бы в Помпеи. Впрочем, «Город Мертвых» подождет до следующего моего визита, сейчас мне интереснее всего посмотреть, как поживает современный Неаполь и его обитатели…

…Проснулся я неожиданно резко и как-то сразу. Сегодня не было привычного ленивого «выныривания» в явь, как будто потихоньку поднимаешься к поверхности из темной водной толщи, а потом… бац!.. глаза открываются, и наступает окончательное пробуждение. Сегодня я просто распахнул веки и понял, что пора вставать.

На соседней подушке роскошная золотисто-медная копна вьющихся волос. Катюша, по-польски Катаржина – моя новая знакомая, прошу любить и жаловать. Впрочем, насчет «любить» я уж и сам как-нибудь…

Повстречались мы с ней вчера, как ни странно, в местном национальном археологическом музее в так называемой Секретной комнате. Девушка стояла перед какой-то двухтысячелетней давности фреской порнографического содержания и откровенно любовалась актом полового соития древней римлянки и древнего римлянина. Поначалу я принял ее за какую-нибудь чокнутую эротоманку, удовлетворяющую сексуальную похоть столь экзотическим способом, но, взглянув в огромные зеленые глазищи стройной рыжекудрой красавицы, тут же потерял голову, в переносном, разумеется, смысле.

На мое предложение познакомиться, девушка окинула меня оценивающим взглядом, как будто размышляла, гожусь ли я в подметки мужчине со старинной фрески, коего она только что так внимательно рассматривала. Какие мысли в это время вертелись в ее очаровательной головке, я не знаю, но окончательное решение было принято ею в мою пользу.

– Катаржина Ковальски, – представилась она и по-итальянски, с заметным польским акцентом, пояснила свой интерес к висевшей на стене фреске: – Врач-сексолог из Вроцлава, тридцати лет. – И со значением добавила: – В настоящий момент не замужем.

Я пожал протянутую ручку и в свою очередь представился. Затем выдал парочку сомнительных комплиментов, дескать, завидую пациентам пани Катаржины и сам не отказался бы стать одним из них. На что девушка громко рассмеялась, чем навлекла на себя недовольные взгляды со стороны стайки чопорных английских старушек, внимавших речам своего гида. На что, прикрыв ротик ладошкой, девушка забавно выпучила глазки, чем привела меня в полный восторг и заставила задорно расхохотаться. Теперь недовольные взгляды пожилых английских леди дружно переместились на меня. По большому счету, мне было наплевать на то, что думают обо мне эти старые ведьмы, давно забывшие, а может быть, никогда не познавшие того безудержного всесокрушающего чувства, которое влечет мужчину к женщине, а женщину к мужчине. И за какой надобностью только приперлись в Секретную комнату?