Маринкина любовь - Наталья Воронцова

— Дамочка, вам плохо? Вам помочь? — Рядом немедленно нарисовался какой-то невысокий участливый алкоголик с открытой бутылкой какой-то бормотухи.

— Нет… — слезы прошептала Смирнова. — Мне уже никто не поможет! Хотя, впрочем… Дай выпить!

Алкоголик опустился на скамейку рядом и заботливо протянул ей бутылку:

— Самогончик свеженький, сам делал, вам понравится… Смирнова вдохнула мерзостный, вонючий запах спиртного и, зажмурившись, сделала несколько больших глотков.

— В жизни не пила такой отравы! Впрочем, спасибо, дяденька!

— На здоровье! — Мужик шумно выдохнул и тоже приложился к бутылке. — Жаль, закусить нечем!

— Ничего, и на том спасибо!

— А ты красивая… Я бы женился на тебе, — вдруг мечтательно сказал гражданин.

— Что вы сказали? — вдруг очнувшись, переспросила она.

— Эх, женился бы на тебе… Ах, эта свадьба пела, пела и плясала, — затянул мужик. — Ой, девушка, куда же вы? Туфли, туфли забыли!

Схватив туфли в охапку, Маринка босиком, на непослушных ногах отправилась домой. Ей было очень плохо, но по крайней мере она перестала плакать. В голове уже созрела безрассудная, но спасительная идея.

— Я тебе отомщу! Ты еще увидишь! — говорила она в пустоту и грозила невидимому обидчику кулаком.

Дома ожидание утра тянулось мучительно долго. В отличие от большинства граждан, у Маринки всегда были непростые отношения с алкоголем. Даже выпив совсем немного вина, уснуть после этого она уже не могла, словно бы отказывали внутри, в психике, какие-то тормоза. А в этот вечер смесь была просто убийственная: водка, заполированная самогоном.

— Докатилась! — грустно сказала вслух Маринка, мрачно разглядывая свое бледное отражение в зеркале. — И на кого только ты стала похожа! Просто позор!

Она стянула с себя кофточку, швырнула в зеркало. Скорей бы рассвет! Скорей бы пришло время, когда она сможет действовать… И мстить… Несмотря на то что хмель продолжал гулять в ней, мозг работал ясно и четко, как часы. В пять утра Маринка приняла ледяной душ. Именно эта процедура помогала ей собраться даже в самых худших случаях. Она ненавидела холодную воду! Корчась под ледяными струями, Маринка умоляла время идти хоть капельку быстрее, чтобы приблизить мгновение спасительной развязки.

Превозмогая все усиливающееся нервное возбуждение, Маринка провела несколько не самых удачных в своей жизни уроков с первоклашками и бегом поспешила в райком.

— Марина, с тобой все в порядке? — внимательно глядя в ее бледное лицо, спросил Смелов-старший.

— Все очень хорошо! — преувеличенно громко ответила она и попыталась улыбнуться.

— Смотри, если ты себя плохо чувствуешь, можешь пойти домой. Я попробую объяснить Голубеву, что ты занята. Он и так слишком часто стал наведываться в наши края. Сроду такого не бывало. Встретится с тобой в другой раз, особой беды не будет…

— Ни за что! — резко прервала его Смирнова и сверкнула глазами. — Именно сегодня для меня как раз очень важно с ним встретиться. Есть несколько проблем, которые жизненно необходимо обсудить прямо сейчас! — Развернулась и быстро пошла в сторону кабинета, в котором ожидали появления Павла Ивановича.

Смелов недоумевал. С его подчиненной явно происходило что-то необычное.

— Что это с ней? — тихо спросила и дама — его заместитель, указывая глазами на Маринку. — Она сегодня какая-то не такая… И синяки под глазами…

— Да кто вас, женщин, разберет! Может, просто не в духе, нервничает, — отшутился Андрей Семенович, продолжая озабоченно глядеть вслед удаляющейся Маринке. Он действительно никогда не видел ее такой.

Минут через двадцать в райкоме в сопровождении нескольких местных чиновников появился Голубев. Он только что с инспекционной целью посетил одну из районных школ.

— Да-да, определенно нужно дополнительное финансирование, — на ходу кивая головой, рассеянно поддакивал он одному из райкомовских работников, — я обязательно похлопочу в министерстве…

Со стороны было видно, что Павел Иванович украдкой оглядывается по сторонам, как будто ищет кого-то. И когда в какой-то момент в поле его зрения попала стремительно идущая ему навстречу Маринка, Голубев широко улыбнулся и сразу отстранился от собеседника, продолжающего рассказывать о проблемах районных школ.

— Марина Васильевна, приятно вас видеть, — густо покраснев, сказал Павел Иванович и протянул Маринке руку.

— Здравствуйте! — Маринка энергично ответила на рукопожатие и продолжила решительно: — Мы можем с вами поговорить прямо сейчас?

— Конечно! — расплылся в улыбке Голубев. — С вами — всегда. Мы останемся здесь или выйдем куда-нибудь? У меня есть часа полтора времени… А что, собственно, произошло?

— Дело важное, но я не отниму у вас больше нескольких минут, не беспокойтесь, — сказала Маринка и покосилась на Смелова, который стоял сзади, прислушиваясь к разговору. — Только давайте выйдем отсюда, пройдемся. Погода сегодня отличная!

— Да-да, конечно, — засуетился Павел Иванович и вытер большим носовым платком пот с лысины. — Конечно, пойдемте.

Маринка решительно взяла удивленного Голубева под руку и повела к выходу. Потрясенный Андрей Семенович смотрел им вслед.

— Ох, нечисто тут, — наконец сказал он, — как-то глаза сегодня у нее нехорошо блестят. Глупостей бы не наделала. Я ее еще школьницей помню — такое может выкинуть…

На улице Маринка остановилась и пронзительно посмотрела в серые маленькие глаза Голубева. Тому аж дурно стало — такой это был обжигающий взгляд.

— Павел Иванович, вы, кажется, мне говорили, что вы одиноки и хотели бы жениться.

— Да-да, говорил, — снова закивал Голубев и покраснел. — А что?

— У меня тогда есть к вам предложение. Я вам нравлюсь? — Маринка развязно покрутилась перед ним на каблучках. — Если нравлюсь — давайте поженимся!

— Что? — У московского чиновника чуть глаза на лоб не вылезли. — Я, вероятно, чего-то недопонял… Да, Марина, вы мне нравитесь, но…

— А что тут непонятного? Вы хотите жениться, я вам предлагаю подходящий вариант. Думаете, никто не понимает, для чего вы сюда зачастили? Разве вас районные школы на самом деле интересуют? Давайте поженимся — и точка.

Голубев стоял и хватал ртом воздух. Он был темно-пунцового цвета. С его лысины прямо на рубашку градом катился пот. Маринка по-прежнему стояла, упершись руками в бока, и смотрела ему прямо в глаза.

— Ну давайте… Просто это все так неожиданно… Я не предполагал даже, честное слово! — наконец промямлил он и снова достал из кармана платок. — Давайте отойдем в тенек, что-то сегодня жарковато…

Они отошли в сторону и остановились в тени деревьев, прямо напротив райкома. Павел Иванович дышал часто и тяжело.