Камбер-еретик - Кэтрин Куртц

—Вот так, Симонн. Расслабь каждую мышцу. Ты знаешь, как. Хорошо. А теперь сконцентрируйся и слушай, как кровь течет по жилам. Почувствуй, как бьется сердце, а теперь— как оно толкает кровь. Оно бьется немного быстрее, чем нужно, но если действительно захочешь, ты можешь замедлить его биение. Попробуй… Нет, сын мой, ты слишком усердствуешь. Не заставляй себя, позволь этому случиться. Так, теперь сделай глубокий вдох, выдохни. Еще раз. Теперь получается. Вот так. С этого начинает любой Целитель-научись контролировать собственное тело, прежде чем сможешь контролировать чужое. Хорошо. А теперь погрузись глубже… Еще… Еще…

Слушая Целителя, Камбер понял, что под влиянием увиденного Рис вспоминает другого мальчика, который лежал на такой же кровати и точно так же учился управлять своим телом.

Они постояли еще немного. А потом в другом коридоре Эмрис вновь остановил их и толкнул дверь внутрь. За дверным проемом открылся полумрак комнаты, освещенной единственным подсвечником, который стоял на низком шкафчике с выдвижными ящиками. Войдя в комнату, Камбер быстро огляделся.

Стены украшали драпировки темно-синего, почти черного цвета. Потолок был обит плотной тканью, поглощавшей звук. Почти в центре стояла узкая кушетка со стульями по обе стороны. Камбер догадался, что обычно эта комната используется для медитаций или работы в паре. Слева был холодный камин, отгороженный экраном, а прямо напротив входа-окно для вентиляции, сейчас закрытое.

Под ногами лежал темно-синий келдишский ковер, поглощающий взгляд и звук. Его ровный тон совершенно не раздражал. Камбер даже не услышал, как закрылась вторая дверь, и Эмрис присоединился к ним.

— Нельзя отрицать, что сан аббата дает определенные преимущества, — заговорил старик, его бледное лицо и белое одеяние резко выделялись на темном фоне обстановки комнаты. — Это мой личный кабинет для медитаций и исцелений. Рис, по-моему, тебе хотелось бы, чтобы во время разговора нас не прерывали?

— Да, конечно.

Слегка наклонив голову, Эмрис вдохнул полной грудью, поднес руки к голове, и его глаза на мгновение закрылись, когда он повернул ладони внутрь. Когда аббат выдохнул, Камбер почувствовал, что вокруг них строится защитный энергетический круг.

Удивляясь легкости, с которой Эмрис это проделывает, Камбер отодвинул свои защиты, чтобы они не мешали защитам круга, и, когда Эмрис опустил руки и сел на кушетку Рядом с Квероном, придвинул свой стул поближе. Рис устало опустился на соседний.

— Милорды, теперь мы защищены от звуков извне и проникновения в наш мозг. Рис, я знаю, что ты назначил эту встречу?

— Подождите немного, — Кверон оглядел их с плохо скрытым раздражением. — Эмрис, вы этого не говорили. Кто такой Рис, чтобы назначать встречу нам четверым? А если это касается искусства Целителя, зачем здесь присутствует епископ Каллен? — Он взглянул на Камбера. — Я не хотел обидеть вас, но в нашем деле есть тонкости, которыми мы обычно не делимся с посторонними, даже с дерини.

Рис вздохнул и облизнул губы. Когда он повернулся к старшему Целителю, Камбер уловил скрытое волнение зятя, хотя даже Кверон не мог поколебать его самоконтроль.

— Ваши последние слова верны, отец Кверон, — Рис глубоко вздохнул. — Я просил об этой встрече не как Целитель Целителей. Ее причина должна быть сохранена в тайне, отец Алистер уже поклялся в этом. Вы и отец Эмрис должны поступить аналогично, в противном случае я не могу продолжать. Вы даете слово?

Кверон на мгновение застыл, и только его карие глаза раскрылись еще шире. Потом он посмотрел на кивнувшего Эмриса, снова обернулся к Рису и в знак согласия едва заметно качнул головой.

— Благодарю, — прошептал Рис. Камбер знал, что он успокаивал себя, прежде чем начать говорить.

— Отец Кверон, вы знаете что-нибудь о Совете Камбера?

Чтобы взять себя в руки, Кверон выдержал паузу и глубоко вдохнул.

— В таком случае он существует, -прошептал служитель святого Камбера. — Я мечтал все эти годы, но…

Его поразило то, что Эмриса слова Риса ничуть Не удивили.

— Эмрис, вы знали об этом?

— О существовании Совета Камбера? Да.

— Тогда вы его член?

— Назовем меня amicus concilium-другом-советчиком, — ответил старик со слабой улыбкой.

—Но вы знали о нем! И не сказали мне!

— Вы не опрашивали, — ответил Эмрис. — Позвольте вас заверить, что очевидное теперь членство Риса в Совете ограничивает мои знания об этом. Меня попросили (я не стану говорить, кто) привести вас на встречу с Рисом и епископом Калленом. Я так и поступил.

— Понятно. — Кверон переварил услышанное и посмотрел на Камбера.

— А вы, ваша милость? Вы тоже входите в состав Совета? Понятно, что Рис должен быть его членом, потому что он муж дочери святого Камбера. Но вы, ведь вы даже не поддерживали идею его канонизации. А теперь член Совета, который носит его имя. Или во время февральского визита в храм вы с Йорамом лицемерили?

— Так же, как и вы, епископ Каллен. здесь по желанию Совета, — ответил Рис, даже не дав Камберу найти подобающий ответ. — Он бесстрастный, но заинтересованный участник нашей встречи. Он кое-что знает о том, что я собираюсь вам сообщить.

— И это?..

— Я открыл новую способность Целителя.

— О, — прошептал Эмрис.

Вопросительно подняв брови, Кверон перевел взгляд с Риса на Камбера, затем на Эмриса и снова на Риса.

— Новую способность Целителя? Какого рода? И почему это такая тайна? Эмрис, вы точно ничего об этом не знаете? Эмрис отрицательно покачал головой.

— Не больше вашего, сын мой. Но, как я понял, Рис собирается рассказать нам об этом, иначе мы не были бы здесь. Рис?

— Сэр, я бы предпочел показать, а не рассказать, — осторожно произнес Рис. — Если вы помните, однажды отец Кверон поступил аналогично при дворе, собравшемся решать вопрос о канонизации моего покойного тестя. Я надеюсь обучить этому и других Целителей, поэтому, если отец Кверон не возражает, я покажу на нем.

На этих словах Кверон вздрогнул, заерзал на стуле, беспокойно глядя на Эмриса.

— Эмрис, вы позволите?

— Это совершенно безопасно, — мгновенно отозвался Рис на слова, в которых сквозил испуг. — Сродни тому, что вы Делали с Гьюэром. Я прошу только, чтобы вы полностью положились на меня и позволили сделать все необходимое, чтобы получить нужный эффект. Отец Алистер может засвидетельствовать, что мои действия не причинят необратимых повреждений. Я даю вам слово Целителя. Кроме того, это совершенно безболезненно, в худшем случае немного страшновато. Я также предоставлю вам то, чего обычно при такой работе не даю, — знание того, что я делал. Вы сможете проследить и восстановление обычных свойств.