Изара, книги 1-6. Кассардим, книги 1-3 - Юлия Диппель

меня приглашение, как правило, спрашивал не «Когда?» или «Где?», а «Что мне надеть?».

Оставалось лишь надеяться, что мой план тоже сработает. Мне не нравилось это признавать, но Янус застал меня врасплох. Конечно, я предполагал, что он что-то замышляет. После инцидента в Риме он вел себя подозрительно тихо. Слишком тихо. Однако мне и в голову не приходило, что он пойдет официальным путем и заявит о своих правах, ссылаясь на Канон. Что ж, ладно. Если Янус решил сыграть в эту рискованную игру, то скоро ему предстоит убедиться, что последние два тысячелетия я не сидел сложа руки.

С подсознательным раздражением я закончил в третий раз проверять внутренний двор. Здесь не к чему придраться. Оскар мастерски выполнил свою задачу. На самом деле я слонялся здесь, только чтобы не дать себе сорвать урок Кассии. Как бы ни старался, я не мог перестать о ней думать. Да уж, она меня урыла. И еще как. Каждое из ее слов жгучим шипом впивалось в поистине незыблемую конструкцию моей уверенности в себе. Она права, и я настоящий идиот. Больше тут ничего не скажешь. А при попытке мне это объяснить Кассия еще и поранилась, что лишь увеличивало уровень моего идиотизма. Вот только я понятия не имел, каким образом извиниться так, чтобы снова не сделать акцент на своей вине. Поэтому болтался здесь, нервируя Оскара тем, что трогал и дергал украшения и пересчитывал листья мяты в аперитивах.

В какой-то момент, не в силах больше терпеть, я потянулся своей силой к Грим.

«Как ее успехи?»

Я буквально услышал, как моя колдунья закатила глаза.

«Прекрасно. Более-менее научилась призывать огонь и относительно его контролировать. По крайней мере, пока тебя нет рядом. Значит, весь вечер тебе просто надо держаться на расстоянии, и все будет хорошо».

Ах, как же мне нравилось, когда подчиненные отвечали мне с сарказмом…

– Мастер Белиал?

– Мм?

Передо мной внезапно возник Оскар и строго посмотрел на меня.

– Не могли бы вы не объедать сахарные края со стаканов?

Я растерянно моргнул, глядя на дворецкого. Честно говоря, я даже этого не заметил. Но поскольку мой измазанный в сахаре палец до сих пор был у меня во рту, отрицать все явно не выйдет.

– Если пожелаете, я распоряжусь, чтобы вам принесли тростниковый сахар, – с невозмутимым хладнокровием добавил он. – Тогда вы сможете насладиться им, не утруждаясь отковыриванием его с каждого бокала.

Я вынул палец изо рта и ответил со всей авторитетностью, насколько позволяла ситуация:

– В этом нет необходимости. Но спасибо за предложение.

Чтобы не заставлять Оскара и дальше терпеть мое присутствие, я, не находя себе места, отправился в опустевшую комнату отдыха для персонала. То есть она должна быть пуста в такой вечер, как этот. Однако пуста она не была. Там за столом сидел огромный, довольно смертный охотник и поглощал малиновое йогуртовое мороженое. Столовой ложкой.

– У тебя что, нет своего дома? – грубо рявкнул я на Райана.

– Такого, где есть такая вкуснятина, – нет, – прозвучал ответ, ради которого он даже не потрудился проглотить.

Покачав головой, я вытащил банку с печеньем из шкафа, которую там прятал от меня Оскар. А потом с ней сел за стол к Райану и начал топить свое горе в шоколадном печенье.

Господи, как же низко я пал, раз уж предпочел всем альтернативам общество не особо одаренного умом забияки…

– Скажи-ка, – поинтересовался вышеупомянутый забияка, наливая второй стакан холодного молока и пододвигая его ко мне. – Вы с малышкой Кэсси… Что у вас происходит?

– Ее зовут Кассия, и я не думаю, что тебя это касается, – огрызнулся на него я.

Правда, угроза лишилась части своей грозности, так как одновременно я взял молоко и поблагодарил охотника… но какой у меня оставался выбор? Шоколадное печенье без молока – это и вполовину не так вкусно.

– Просто спросил. – Пожав плечами, он сунул в рот следующую ложку мороженого. – Поверь, я сам достаточно часто лажал, чтобы не заметить, когда в воздухе витают проблемы в отношениях.

Да что ты говоришь. Наверно, даже слепой понял бы, что у нас с Кассией некоторые сложности. Хотя надо отдать ему должное: он классифицировал нас как отношения, а не как авантюру-сумасшедшего-дьявола-с-невинной-девочкой. Это переключило меня на такой благосклонный настрой, что я даже продолжил разговор:

– А после того, как лажал… как ты себя вел?

– Зависит от того, кто виноват.

– Я, – мрачно буркнул я и откусил печенье.

Парень отреагировал гримасой:

– Кто бы мог подумать?

– Осторожно, охотник, – предупредил его я, нагревая металл его столовой ложки, – иначе у тебя во рту растает не только мороженое.

Райан в панике выплюнул ложку. Та упала в ведерко с мороженым и с шипением там утонула.

– Так нечестно, – прошепелявил он с обожженным языком, после чего с тоской покосился на растекшийся десерт. Но так как этот охотник, очевидно, обладал обучаемостью мини-пуделя и манерами дровосека, он взял ведерко и начал пить растаявшее мороженое, как молочный коктейль.

– Если ты и с Кэсси так бесишься, то меня уже ничего не удивляет.

М-да, Райан даже не осознавал, как сейчас испытывал судьбу. Вместо этого у него на лице появилось выражение в духе сейчас-твой-лучший-друг-даст-тебе-один-совет, и я догадался, что стоит просто промолчать.

– Итак, если ты реально грандиозно облажался, в чем я сейчас более чем уверен, то худшее, что ты сейчас можешь сделать, – это жалеть себя, – прихлебывая мороженое, поучал меня он. – Это вообще не сексуально.

Я в замешательстве смотрел на него. Неужели я сейчас действительно позволил Райану рассказывать мне что-то о сексуальности?

– Лучше покажи ей свои хорошие стороны, – невозмутимо продолжал тот. – Покажи, что она потеряет, если уйдет от тебя. Прекращай ныть и борись за нее.

Это…

О.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить: Райан только что не только сказал нечто очень умное, но еще и то, до чего я сам не додумался. И это притом, что оно буквально лежало на поверхности.

Немыслимо.

Быстро бросив недоеденное печенье обратно в банку, я направился к двери. Там еще раз остановился и повернулся к охотнику. Очень трудно будет произнести следующие слова, однако на старости лет у меня, похоже, стал смягчаться характер.

– Можешь оставаться, я не возражаю, – проворчал я. – Но только тронь мое шоколадное печенье, и в будущем любая ложка, вилка, соломинка и все, что ты еще засунешь в рот, будет плавить тебе язык!

А затем поспешил к себе в комнату. Я и так уже приказал перенести сюда все ее вещи, но этого мало. Роскошь Кассию не волновала. Она обращала больше внимания на мелочи. И, разумеется, на свою свободу и независимость.

Схватив свой мобильный, я