Чеболь. Сборник - Евгений Артёмович Алексеев

как умно, то есть если сегодня Министр нефти и газа не поплачет должным образом по ненавистному ему гирканцу, то я смело могу казнить его?

— Кхм… мой царь, времена то поменялись…

– Ха… так чего же ты тогда ноешь? Или так дорог твоему сердцу покойный Атабек? Молчишь? Знаю, что враг он тебе и роду твоему, так, что радуйся, что убрал проблему со своего пути.

– Царь царей, руку даю на отсечение, это не я!

— Руку говоришь? – нехорошо ухмыльнулся правитель.

– Шах-ин-шах, это Чхоль Чинхва расправился с Атабеком, — поторопился оправдаться Визирь.

— Что?! Чужеземец убивает моего наместника, в моей столице?!

-- Повелитель, не гневайся, Чинхва был в своем праве.

– Да как ты смеешь, червь!

– Прости за дерзость меня, о великий, – припав ниц заверещал Визирь, понимая, что Шах-ин-шах сгоряча может натворить бед, – прошу тебя выслушай.

– Говори!

– Атабек повздорил с корейцем в море, но у того было больше кораблей и пушек. Затаив обиду гирканец нанял ассасинов…

– Вот шакал, сын ослиц и верблюда! Так, что, Чинхва убил Шакруха перед смертью?

– Нет, мой правитель, кореец каким-то образом нейтрализовал двух лучших ассасинов, а потом сумел выйти на посредника…

– Ай шайтан!

– А орден ассасинов предпочел заключить с ним мир и принял заказ на Атабека Гиркании.

– Ай, красиво… дела не мальчика, но мужа! Я хочу видеть его!

– Возможно от ментат, мой господин, и мы не знаем границ его возможностей.

– У нас в сокровищнице есть немало артефактов, не думаю, что это проблема.

– Но чиновники…?

– Уберите тех, кому есть, что скрывать, хотя бездельники из Дивана и без всяких ментатов судачат о самых секретных делах Персии.

– Будет исполнено мой повелитель, на какое время вызвать молодого Чинхва?

– Завтра к обеду, я хочу разделить с ним пищу.

– Ооооо…

* * *

Одним из людей, которых мы за немалые деньги подрядили устроить встречу в Диване оказался сам Великий Визирь, правая рука Шах-ин-шаха Персии. Но даже он не мог навязать свою волю правителю богатейшего государства Востока. Капризного и своенравного Царя Царей можно было лишь заинтересовать, подтолкнуть в нужную сторону, но даже тогда результата можно было ждать долгие дни, а то и месяцы.

Однако я получил аудиенцию неожиданно быстро, а по меркам Дивана просто молниеносно, что вызвало немало кривотолков в Сузах. Вся столица обсуждала невиданное событие, обычно столь скорого приема владыки удостаивались лишь иностранные принцы или по-настоящему великие деятели. Лидеры кланов, наместники, министры могли ждать приема, неделями околачиваясь вокруг дворца, а тут аудиенция в первые дни приезда в страну, дело небывалое.

Кто бы знал, что такому успеху я обязан убийством Атабека. Если такие новости вдруг дойдут до страждущих попасть на прием к падишаху, боюсь он может лишиться всех своих наместников, ибо люди, измотанные ожиданием решения царя с легкостью, могли пойти даже на убийство. Шучу, конечно, но завистливые взгляды, которыми меня провожали менее удачливые претенденты на высочайшую аудиенцию чуть ли не прожигали кожу, ощутил себя толстым стальным листом, который режет струя беспощадной плазмы.

В Диван я направился расфуфыренный как павлин. Это Восток, здесь могут встречать и провожать по одежке. Баснословно дорогая ткань итальянского костюма, швейцарские часы, ничем не примечательные на первый взгляд, но стоящие как небольшой самолет, несколько аксессуаров, цена которых определялась их исторической и культурной значимостью, а не стоимостью материалов, хотя металлы и драгоценные камни и сами по себе стоили целое состояние.

Но фишкой моего визита была парочка неразлучных друзей. Да, да, да… Еши с Барсиком пришлось взять с собой. Мне нужно было поразить Шаха, а лучше этих двоих с такой задачей никто и ничто не справятся. Правда проштрафившихся проказников держали в жестком теле и ни на море, ни в дороге они свою прыть проявить не смогли. После случая в пятом форте Тузтау мой питомец и названный братишка находились на положение арестантов. Шаг влево, шаг вправо расценивался как новая попытка нашкодить и карался без предупреждений, попки обоих сорванцов жестко пострадали от своей неуемной жажды приключений. Но я думаю не без пользы для миссии в целом и дисциплины отдельных членов команды в частности.

Я бы ни за, что не взял двоих хулиганов в Сузы, но, откровенно говоря, это был беспроигрышный ход. Падишах Персии слыл отличным отцом и любителем экзотических зверей. На его приемах часто бегали его многочисленные отпрыски от жен и наложниц ни мало ни смущаясь высоких гостей, а чадолюбивый отец великодушно прощал детям все их шалости. Ну а выводку химер и просто экземпляров фауны мог позавидовать любой зоопарк мира.

Визит в Диван в сопровождении будущего гранда и тысячу лет не появлявшегося в мире Ирбиса с ментальными способностями, как минимум привлечет ко мне пристальное внимание. А непосредственность и дружелюбность малышей должны были наладить первый робкий контакт между могучей Персией и нарождающимся Свободным Кланом.

Дворец Персидского Императора поражал не меньше, чем Кенбоккун или резиденция правителя России. В моем мире ни одно из древних сооружений, не сохранилось в таких масштабах, здесь же сооружение дополнялось веками и приобрело поистине монументальный характер. Главные ворота высотой двадцать метров поддерживались статуями двух гигантских быков. Длинная анфилада колонн и зал для аудиенций.

Гигантское помещение, украшенные барельефами стены, гигантские статуи и вазы, потолок теряющийся вдали… Как они обогревают это здание? Тут пространства настолько огромное, что можно садить лес и прокладывать туристические маршруты. На чем мать его держится потолок? Ферм такой гигантской длинны быть не может, без магии тут явно не обошлось.

Технику и тяжей пришлось оставить у ворот, клановую пехоту остановили на входе, еще через пару переходов задержали мангытов и адайцев, в конце блокировали магов, рыцарей и аэронавтов. В итоге оставшийся маршрут проделали втроем, я, Еши и Барсик. Ирбис вышагивал царственной походкой, не обращая внимания на архитектурное чудо, ну это понятно, кроме рыбы котенка ничего не интересовало. А вот Еши крутил любопытной головой на триста шестьдесят градусов как сова, точно будущий гранд.

Я же был собран и напряжен как пружина. Встречи с такими людьми могли закончиться чем угодно, правители порой забывали о границах дозволенного имея в своих руках абсолютную власть и личное могущество. Наши сопровождающие как один были закрыты ментально, ну это ожидаемо, а вот то, что нам по пути встречались лишь немногочисленные слуги и рядовые охранники наводило на мысли. Имперская охрана явно высоко