"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна

«Ты обойдешься, – отрезала Бриллиантовая Заря. – Все потратишь на сумочки и косметику, я ж тебя знаю. Нет, я выполню просьбу Мышки и перечислю миллион фонду помощи диким животным».

«Спасибо тебе!» – рассыпалась в смайликах Церковная Мышка.

«Ладно, хватит об этом, – встрял Билли. – Давайте послушаем новое стихотворение нашей прекрасной Розы».

«Ой, я, право, не знаю, все наброски у меня, наброски…» – засмущалась Роза.

«Да ладно тебе выкрутасничать, – хмыкнула Зеркало Правды. – Все знают, как ты любишь читать свои стихи на публике. Так что давай».

И Роза Миров прочла:

Снег кружится, медленно падает, Сыплет, сыплет всё без конца. Ничего меня в жизни не радует. Холодеют близких сердца. Сыплет снег, тишина под окнами. Тишина в опустелых домах. Что ходить мне вокруг да около, Что мне жизнь проживать впотьмах. И захочется снова ясности Света чистого бытия, Чтобы стала высокой явностью Невысокая жизнь моя.

«Какое печальное стихотворение, – вздохнула Церковная Мышка. – Тема ухода, вообще, характерна для женской поэзии».

«Характерна или нет, мне все равно, – сказал Билли и вклинил в слова ободряющий смайлик. – У Розочки прекрасное стихотворение. Главное, чтобы ты, Роза, не вздумала уходить от меня. Этого я не переживу».

«Мы все не переживем, – заверила Беззаботная Птичка. – Без Розочки скучно. Кто, как не она, снабжает меня каталогами новинок женского белья?»

«Кто про что, а Птичка все про тряпки, – хмыкнула Бриллиантовая Заря. – Дело разве в каталогах? Главное, что мы обрели друг друга и Билли, общаемся, пишем стихи… Верно, дорогой?»

«Абсолютно, – с жаром заверил Билли. – Ну а сейчас пришло время нашему Зеркалу Правды прочесть свое творение. Зеркало, просим!»

«Просим, просим!» – принялись сыпать смайликами все.

Зеркало Правды немного поломалась для приличия, а затем прочла:

Дева светлая моя! Зная, что с тобой случится, Все ж благословляю я Эти руки и ресницы. Ты сейчас прекрасна, да, Ты смеешься, ты – любима. Приходи ко мне, когда Станет жизнь невыносима. Ибо в жизни никогда Ничего не будет вдоволь. И невестина фата Станет покрывалом вдовьим. Я одна тебя приму В час твоей тоски и боли, Ибо сердцу моему Надо быть всегда с тобою. Приходи! В моем дому Снова свадьбу сменит тризна, Свадьба – тризну. По всему Это жизни явный признак.

«Зеркало, ты, как всегда, в своем репертуаре, – сказали виртуальные жены. – Как называется стихотворение?»

«Посвящение невесте».

«Вот погоди, Зеркало, сделают тебе пластическую операцию, станешь ты красавицей и больше не будешь завидовать симпатичным женщинам».

«Я и не завидую».

«Завидуешь!»

«Нет!»

«Ти-хо! – навел порядок и благочиние виртуальный муж Билли. – Все мои жены должны жить в мире и согласии. Зеркало, ты молодец. А теперь перейдем все вместе на страницу kamasutra.com. А то что-то мы давно не развлекались».

И они стали развлекаться и веселиться настолько, насколько позволяет виртуальное пространство. И любил Билли своих жен, а жены – любили его. И на этом я заканчиваю свою историю.

Анна Николаевна замолчала и перевела дух.

– Вы это сами сочинили? – нарушил молчание Сидор.

– Какая тебе разница? – шевельнула жвалами Анна Николаевна. – Скажем так, мне в этом помогли.

– Кто? – не отставал Сидор.

– Вот смертный прыщ! Все тебе надо знать! – возмутилась ведьма. – Помнишь, к нам как-то приезжала в Щедрый писательница Надежда Первухина. Вот мы с нею за крымским портвейном и придумали эту историю. И даже продолжение. Но продолжение я расскажу потом как-нибудь. А сейчас давайте выпьем за дорогого Кайминшоу и его благородную супругу.

Тосты и возлияния продолжались до глубоких сумерек. Затем все вернулись в жилище Кайминшоу, развели на заднем дворе костерок и, сев вокруг, пели старинные русские и китайские песни. Особенно пришлась на душу песня, которую спела Анна Николаевна:

Сухой бы я корочкой питалась, Холодну воду б я пила. Тобой бы, мой милый, любовалась И век довольная была…

Самое интересное, что Анна Николаевна исполнила эту песню на русском и на тибетском и сорвала шумный аплодисмент.

Разошлись по комнатам за полночь. Гершама унесла кормилица, а Сидор попросился ночевать с Анной Николаевной – очень уж его раздражали беззастенчивые взоры разбойников, подчиненных Друкчену.

Тишина снизошла на Куньлунь и дом хранителя священной горы. Даже сверчки не нарушали этой тишины. И поэтому легкие шаги призрачной, как облачко тумана, женщины были все-таки слышны кое-кому.

Первой эти шаги услышала Анна Николаевна – ее слуховой аппарат был совершенен. Боевая ведьма бесшумно перетекла из состояния покоя в состояние боевой готовности и приняла соответствующую позу у двери. Сидор безмятежно спал, но ведьма и не хотела его беспокоить.

Дверь медленно отъехала в сторону. На пороге появилась женщина в одеянии из темно-серого шелка. Лицо ее было спрятано под бахромчатым шарфом. Медленным, выверенным шагом женщина направилась к кровати Сидора. Легкое шуршание складок одежды – и над Сидором взметнулся сверкающий кинжал.

Но опустить кинжал женщина не успела – ее рука буквально утонула в зазубренной клешне Анны Николаевны. Шарф упал, и боевая ведьма увидела, как лицо женщины посерело, а глаза наполнились ужасом.

– Отвечай на мои вопросы, или я отрежу тебе руку, – прошипела Анна Николаевна. – Кто ты такая? Кто тебя послал?

– Меня зовут Тимина, я боевик группы «Тигры Кали», – сказала женщина. – Руководитель группы послал меня убить это исчадие ада!

И Тимина указала глазами на Сидора. Но потом ее глаза снова метнулись к ужасающей в своем реализме Анне Николаевне.

– Пощади меня, – сказала Тимина, – я уйду и не трону эту тварь.

– Почему вы хотите его убить?

– О нем пророчество. Он встанет на пути Исцеляющего и сумеет погубить его. И Кали не придет еще две тысячи лет. Будут царить шудры и неприкасаемые.

– Так. Как ты нас нашла?

– В тело этой твари мы вживили микрочип. По сигналу можно найти хоть блоху, не то что… Скоро весь мир получит чипы. Их внедряет своим укусом Исцеляющий. Он берет кровь и вживляет чип. Только те, кто дал свою кровь Исцеляющему и получил чип, выживут в Кали-югу. Остальные погибнут, будут есть землю и пить мочу!

– Ох и картинку ты нарисовала. Ладно. Давай сюда кинжал.

– Нет. Это ритуальный кинжал Кали!

– Глупости. Обойдется Кали и без кинжала. Решайся, или я откушу тебе руку.

Кинжал зазвенел о каменный пол.

– Вот и умница, – сказала Анна Николаевна. – А теперь…

Но Анна Николаевна не успела сказать, что именно «а теперь». Убийца извернулась и бросила себе в рот крохотную таблетку.

И проснувшийся Сидор с ужасом наблюдал за тем, как на пол падает с почерневшим лицом его убийца, а Анна Николаевна в отчаянии скрежещет жвалами.