Звёздный десант - Коллектив авторов

тогда горячие были. Современные силы – Империя, Федерация и прочие – только зарождались. Смутное время, понимаешь? Не дай Творец жить в таком. – к моему удивлению Чип остановился и осенил себя символом спасения.

– Так вот. – продолжил он.

– Империя тогда только зарождалась и тому роду, который претендовал на Трон Древних Королей…

– На что? У нас же вроде Золотой Трон?

– Не перебивай. Древний позже пролюбили. Это отдельная история и нас она ну ни как не касается. Короче. Предкам нынешней династии нужно было хоть как-то удержать расползающиеся системы. Где-то они феодализм разрешили, как плложено – с крепостными, первой ночью и подобным. Где-то демократию оставили – наследие последней Республики. Но большую часть систем они просто залили кровью. Без затей. Сомневаешься в лояльности Системы – убей. Ты на карту глянь, какое где население, а? Вот. А ведь уже две с лишним сотни лет прошло. У федов и жёлтых тож самое было, только наши плосколицие друзья уж слишком переусердствовали, вот и до сих пор – в заднице сидят. И это при их то плодовитости!

Так вот. Одной из правых рук тогдашнего Императора и был этот герцог. Фамилии его ни кто уже и не помнит – так глубоко в пыль нырять желающих нет, захлебнуться можно.

– Это как?

– Ну, найдёшь что либо эдакое, он покрутил пальцами в воздухе, – горячее даже сейчас. А оно тебя и утопит. Не все знания полезны, лучше кое о чём и не знать. Но ты меня снова сбил. Итак… Да. Этот герцог занимался рутиной, как все – был простым карателем. Благородным. Помнишь, я про евгенику говорил?

– Да.

– Три десятка благородных предков были до него, он тридцать вторым был.

– А что с тридцать первым?

– Правильный вопрос. Тридцать первым был его папаша. Он и решил ускорить природный процесс. В общем плоду, в утробе матери, ДНК и того, – он изобразил пальцами ножницы.

– Чик-чик и подрезали. Мать, кстати, умерла при родах. Она не благородной была, наложница, так что про неё известно мало. А вот мальчик выжил. Есть обрывки информации, что у него братья были – папаша похоже с масштабом к процессу подошёл, но скудность даже обрывков наводит на мысль, что с братьями что-то пошло не по папашкиному плану.

Я понимающе кивнул. Кончил папенька братишек по тихому, не по породе – в расход, обычное для голубой крови дело.

– Ну а этот вырос. А тут и отец любимый преставился. Сам или помог кто, – он подмигнул мне.

– Информации сам понимаешь.

– Ага…

– А тут и смута подоспела. И стал наш герцог миротворцем. Во имя светлых идеалов Империи, конечно. Ни чем особым он на фоне прочих не отличился, разве что рукопашку любил. Отвоевал, получил сектор в лен и потом благополучно помер.

Вроде сам. Всё, пришли.

Я огляделся – действительно, увлёкшись рассказом я и не заметил, как мы добрались до ворот пещерного ангара. Чип подошёл к стене и откинув небольшую крышку что-то набрал на оькрывшейся панели. Зажужжали скрытые в стене привода и створки ворот поползли в разные стороны, открывая нам проход внутрь.

– Ну давай твоего Петровича осмотрим, – Чип шагнул внутрь и я последовал за ним.

– И ты на этом долетел? – Он задрал голову, обходя ржавый корпус моего корабя.

– А ты смелее чем кажешбся, Поп.

– Погоди, – дёрнул его за плечо я.

– А дальше? Если он ни чем не прославился? Откуда известность то?

– Поп! Браво! – он вытянул руки и изобразил аплодисменты перед моим лицом.

– Ты сегодня в ударе! С утра слышу от тебя правильные вопросы.

– Не тяни.

– Он и не прославился, но! Его придворный художник написал его портрет. Ничего особенного, мазня, по сравнением, как до Смуты рисовали, но есть нюанс – этот портрет сохранился до нашего времени.

– И что?

– Рыж, ты тут?

Откуда-то из под корабля выскочил Рыжик и принялся описывать вокруг нас круги в своей обычной манере.

– У тебя проектор работает?

– Д-да!

– Перестань заикаться, договорились же!

– Хорошо.

– Портрет Красного Герцога показать Попу можешь?

Рыжик затормозил напротив меня, а в следующий миг нас разделила висящая в воздухе картина.

На картине, в окружении слишком на мой взгляд детально изображённой расчленёнки, гордо опершись на узкий двуручный меч, стоял чрезмерно широкоплечий мужчина в алых, старомодно округлых доспехах. Свободной рукой он помогал встать женщине в обрывках белоснежного платья. Правда всё самое интересное на ней, с мужской точки зрения, было прикрыто удачно расположившимися клочками ткани. Женщина была стройна и красива. Не знаю, почему Чип назвал это мазнёй, на мой взгляд девка была что надо.

– Ты не на сиськи смотри, – прервал меня Чип.

– Вон цацки те. – он ткнул рукой в шею красавицы, отчего вся картина пошла волнами. Дождавшись когда картина успокоилась я присмотрелся к деталям.

На даме, кроме крайне неудачно, с моей точки зрения, расположенных обрывков некогда роскошного платья, действительно присутствовали драгоценные украшения. Полный комплект – ожерелье, скорее длинные, чем крупные серьги, пара колец и браслет из замысловато переплетённых золотых полосок различной тональности. Украшения были вырисованны куда менее тщательно в отличии от тела дамы или доспехов самого герцога. Создавалось впечатление, что художник изобразил их для проформы – типа она была в лохмотьях, но вот с таким вот гарнитуром. Как если-бы ему потом предстояло инвентаризацию проводить.

– Кольца, две штуки, желтого металла с синими камнями?

– Есть. Раз и вот два.

– Ага, ставим галочку. Дальше пошли.

Я ещё немного полюбовался девушкой, позавидовал Герцогу и махнул рукой Рыжику, насмотрелся, выключай шарманку. Картина, а с ней и ощущение близости к тому кровавому, но в чём то романтическому времени пропало и я встряхнул головой, окончательно избавляясь от нахлынувшего наваждения.

– Не раскисай, – ткнул меня в бок Чип.

– Дамочка понравилась?

– Ага.

– После его смерти она унаследовала его лен, потом снова удачно вышла, опять овдовела и кончила тем, что её кто-то из любовников зарезал. Говорят – из ревности. – Чип пожал плечами.

– Может и так, только оба лена, после всего, вернулись в Империю. Вот так вот.

Я снова потряс головой. Нет уж, упаси меня Творец, жить в подобные времена.

– Ближе к делу! – Чип подошёл к Петровичу и похлопал корабль по посадочной лапе.

– Смерельный номер! Только сегодня! – вдруг заорал он уподобляясь цирковому конферансье.

– Переделка Десантного модуля в… Рыж, дробь!

Не знаю как, но Рыжик издал серию звуков действительно напоминающие барабанную дробь.

– Превращается…превращается…в…Штурмовик! – и он театрально взмахнул рукой.

В следующий момент мне показалось, что я брежу – изо всех щелей,