Стриптиз — не повод для знакомства (СИ) - Бастрикова Марина

— Ты — самая крутая девушка, которую я знаю. — Почувствовал, как она напряглась, и все-таки вернул между нами дистанцию: убрал свои руки с ее талии, слегка отодвинулся и сжал пальцы любимой. Так заодно и проще отследить ее реакцию на мои слова. — С тобой интересно даже без секса. Еще ни с одной девушкой я не проводил столько времени, кайфуя от общения. И твой юмор… Да с тобой так круто беседовать, что если у нас наладится сексуальная жизнь, то я буду поскорее тебя трахать, только чтобы снова поболтать. Это круто.

— Звучит ни хрена не круто, — возмутилась Люда. Я, наверно, не так выразился. Вот почему, когда тебе женщина безразлична, комплименты легко рождаются? А когда хочешь просто сказать любимой, что с ней всегда хорошо в любом месте, моменте и даже без секса… получается какая-то ерунда?

— О-о-о, женщины, они не замечают комплиментов, — закатил глаза, пытаясь снизить градус ее серьезности.

— Это ты о том, что меня долго трахать не готов, потому что говорить со мной — лучше?

И что я теперь должен? Выпить тонну успокоительных или устроить секс-марафон? Почему так трудно что-то сказать о любви серьезно?

— Я о том, что у меня был один из наишикарнейших сексов в жизни. С тобой. А общение — это еще круче. Почему ты не замечаешь своей крутости?

В ответ Люда очень мило насупилась. Я в восторге от того, какая она живая, когда рядом со мной. Как только мы остаемся одни, ее мимика становится активнее, а движения — резче и необдуманнее. Мне это особенно нравилось, но сам в ее присутствии регулярно вел себя как идиот. И ничего не мог с этим поделать. Стоило ей появиться рядом, как у меня что-то перемыкало в мозгу. На мгновение поднял руку и провел пальцем по сжатым губам любимой. Наверно, следует подойти к той теме, что ее расстроила, с другой стороны:

— А ты бы хотела снова жить вместе?

Люда наконец-то разжала губы и в задумчивости погладила мои пальцы своими большими. Я же вдыхал ее запах после секса и геля для душа. И так погрузился в замелькавшие картинки событий в ванной, что вздрогнул от ее раздавшегося голоса:

— Мне вчера приснился кошмар. Ничего необычного, раньше такое было часто, но с тобой кошмаров не было.

Я испытал разочарование от ее слов. Это не было похоже ни на любовь, ни даже на желание. Хотя то, что со мной она чувствует себя в безопасности, определенно льстило. Люда продолжала:

— Я проснулась и подумала, что если бы ты был рядом, то обнял бы и успокоил.

Она замолчала, видимо решив, что дала мне ответ. Вот только я ничего не понял. Если она думает, что я снова буду жить с ней без секса, — это зря. Да, я готов слушать ее голос вечно, но стены между нашими телами разрушены. И прошлой выдержки уже не вернуть. Кстати, о ней. Назревает вопрос, а нужно ли это Люде?

— Почему ты не подпускала к себе?

Лично мне кажется, я изначально не скрывал своего сексуального интереса к ней. И только когда увидел, что Люду это пугает, изменил свое поведение. Хотя совсем удержаться от попыток коснуться или ощутить ее прикосновение — не мог.

Поэтому меня не удивило, что свою фразу Люда начала с «Я так боялась».

— Я так боялась секса из-за страха привязаться к мужчине. — Люда резко замолчала, задумалась и выдала: — Слушай, я тут подумала, может, я так привязываюсь легко как раз потому, что боюсь и редко его себе позволяю?

Улыбнулся ее ответу, поняв для себя главное — секс со мной она тоже отнесла к тому, который «привязывает».

— Я против, чтобы ты меняла свои принципы.

— Эй, между прочим, именно из-за них мы топтались вокруг, как два барана, так долго! — возмутилась любимая, мило покраснев. Не выдержал и поцеловал в розовую щеку. В губы не рискнул, так как остановиться после точно не смогу.

— И отлично. Я-то уже дотоптался. И могу вовремя заметить еще какого топчущегося рядом барана. А если все будет происходить быстрее, могу и проглядеть.

— Так неужели ты все-таки ревнивый?

— Скорее предусмотрительный.

— Что ж, помни, что все зависит от имени моего кота.

— Пф-ф. Если мы расстанемся, я лучше сдохну, чем снова свяжусь с такой же двинутой, как ты.

— Эй! — возмутилась Люда, оперлась на руки и отодвинулась от меня. Я застонал, теряя ощущение ее тепла, а затем еще и схлопотал подушкой по лицу. Снова потекла кровь из носа.

В этот раз Люда помогала промыть и держала полотенце у моего носа. Я смотрел на ее виноватое лицо и искал решимость признаться в том, в чем виноват уже сам. Не нашел. Не сейчас, когда она такая полуголая, пахнущая сексом и стоит рядом.

— Ты настолько хороший человек, что я тебя хочу. — Потянул Люду к кровати, видя, как рассмешила ее моя нелепая фраза. Слушал бы этот смех вечно. Может, и не так уж плохо, что я веду себя с ней как идиот. — Только давай по-быстрому, чтобы снова поговорить. — И повалил хохотушку на кровать. Вечером я все расскажу, но не сейчас.

Вечером не удалось. Мы собрались забирать Мишку.

Естественно, мне пришлось переодеться. Но мне понравилось, что Люда продолжала постоянно то улыбаться, то смеяться. Вот и из-за моей сценической одежды, которую я бросил на полу в ванной. Объяснил ей, что нам понравилась идея со стриптизом, возникшая в день нашего знакомства. Решили в следующий танец добавить его элементов. Да и группу планируем открыть соответствующую у нас в студии. Люда рассмеялась и сказала: «Значит, стриптизером ты изначально не был. Но после знакомства со мной стал» — и расхохоталась. Когда мы вышли из отеля, меня озарило: «Это что, она все это время думала, что я стриптизер?» После я уже с ужасом оценивал, что она могла подумать про мои отлучки из дома, танцы на камеру и сон голым. Отвлекся от этих мыслей только на рассказ Миши о его побеге к отцу.

В школе он задержался в раздевалке и услышал разговор Катиного отца по телефону. Полагаю, мальчик специально не уходил, пока не явится девочка, которая ему нравится. И естественно, внимательно слушал, о чем она говорит со своим папой. Ее отцу кто-то позвонил, и, насколько я понял, мужик не стеснялся в выражениях. Мишка же услышал свою фамилию и на удивление верно оценил и сделал выводы из слов. Узнал, что маму хотят уволить из-за слухов. Сложил два плюс два, решил, что это отец, на первых уроках все обдумал и поехал к Якову выяснять отношения — почему же он обижает маму.

Вот только Люда, кажется, совершенно искренне говорила, что это сделал не Мишин отец, а кто-то, видимо очень несчастный, раз ему есть дело до того, чтобы создавать проблемы другим людям.

Я не стал у Люды задерживаться, давая ей время осмыслить то, что произошло. А себе попытаться решить главную проблему — отец и его решение. Может, заодно узнаю, кто всю эту канитель начал.

Зря поехал. Только окончательно поругался с отцом. Он уперся, что Людина мать «та самая, из-за которой наша семья разрушилась», что Бьянке теперь «другие важнее ее семьи, а какая-то херня — здоровья». Хорошо хоть, мама не присутствовала при этом разговоре, в очередной раз уехав кому-то помогать.

Отец так и не попытался услышать мои слова о том, что у нас с Людой все серьезно. И я не хочу, чтобы кто-то что-то разрушил.

Особенно когда строительство только началось.

Кстати, насчет этого…

С Людой никак не удавалось пересечься. Мы только созванивались. У нее «накопилось после отпуска много работы», «не на кого Мишку оставить».

Да я готов был как угодно увидеться, и Мишку только рад видеть. Но удалось встретиться только в субботу, когда у Люды был выходной, а я пришел и лично попросил Раду Михайловну посидеть с Мишкой. Оплату она затребовала в помощи для больницы. Мировая женщина все-таки. И не так важно, в каких позах при этом послала меня на мужской половой орган, при Мишке она не выражалась. Я успел это отметить, пока Люда носилась по квартире в поисках «красиво одеться». Она не ожидала, что я позову ее в ресторан. Но как иначе, если у нас и свиданий-то ни разу не было? А мне хотелось обозначить границы и показать намерения. Эта девушка — моя. И точка.