Сын стихий - Николай Пронин

По началу все было хорошо, мы прошли изрядный путь, но ничего не происходило, пока не завернули в окруженный частными домами переулок. На улице в это время уже царствовал сумрак. На выходе из переулка я заметил четверых парней. Говорили они не громко, поэтому на фоне окружающей темноты Ирина их не сразу заметила, когда это случилось, было уже поздно. Пацаны засекли направляющуюся к ним девушку с потрясающей фигурой, одежда, надетая на Ирине, лишь подчеркивала ее достоинства, и направились в ее сторону. Ситуация, как говориться, была классической. Остановившийся перед Ириной парень в черной, короткой, кожаной куртке, в протертых джинсах, заправленных в берцы и прыщавым лицом, нагло ухмыльнувшись, заявил:

— О, какая красавица, пацаны, — залитые алкоголем глаза уже раздевали Ирину, — и одна!

Девушка явно была напугана, поэтому молчала.

— Не хотите познакомиться? — продолжил парень. — После знакомства мы с радостью проводим вас… ко мне домой. Ха-ха-ха.

Вся компания залилась истерическим смехом.

— Не…не надо…п-пропустите меня, я тороплюсь, — промямлила еле слышным голосом Ирина и попыталась обойти говорившего. Но не тут то было…

Иру грубо схватили сзади один из молодчиков, причем явно за грудь, а прыщавый резко подкатил к ней и запустил обе руки под юбку. Ирина завизжала, попыталась вырываться и отбиваться, только все было тщетно, крепкие мужские руки надежно держали девушку. Так больше продолжаться не могло, и я вмешался.

Незаметно появившись в двух метрах от зарвавшейся молодежи, я громко сказал:

— Отпустите девушку, недоумки!

Не знаю почему, но Ирину они отпустили. Правда парень, что был в берцах быстро пришел в себя и вновь схватил упирающуюся всеми силами девушку, а оставшейся троице громко крикнул:

— Покажите защитнику его место!

Троица парней стала приближаться ко мне, один спереди, двое с фланга. Я не стал их дожидаться и двинулся на встречу, на привычной для меня скорости. Несостоявшиеся насильники ничего не успели понять, вот они идут мочить какого-то холуя и… все. Идущего первым пацана, я вырубил ударом указательным пальцем в лоб, правому выбил зубы и отправил в нокаут локтем, на обратном движении после отключения первого. Левому же горе насильнику достался удар ногой и сломанный нос. Не задерживаясь, я оказался у главаря. Одним ударом сломал ему пару ребер, вторым наградил прекрасным противотуманным фонарем, а третьим на пару часов отправил в бессознательное состояние. В принципе первыми двумя можно было пренебречь, но очень хотелось оставить память о себе. Впавшая в ступор Ирка еще не поняла, что все закончилось, когда я к ней подошел.

— И зачем мы, на ночь, глядя, ходим такими переулками, других дорог, что ли нет?

— С-спасибо!

— Я говорю, что дороги надо выбирать лучше, а вы мне спасибо, если бы я тут не проходил… случайно…, чем бы это могло закончиться?

— Вот я и говорю спасибо, что помог с этими… ублюдками… справиться, — уже более твердым голосом ответила Ирина. Бледность с ее лица уходила, в глазах вновь появилась уверенность. Поправив юбку и куртку, она повернулась ко мне, лежащие в отключке несостоявшиеся насильники ее уже не интересовали.

— А ты ведь Радислав, староста четырнадцатой группы нашего потока и хороший друг моего старосты?

Я кивнул, а затем не уверенный, что в наступившей темноте Ирина заметила этот жест, сказал вслух:

— Да, меня зовут Радислав.

— И что же ты здесь делаешь в такое время, ведь живешь, кажется на другом конце города, в Дашках?

— Нет, это вы меня с кем-то путаете, я в центре живу. А сейчас иду в третью больницу, которая кардиологический диспансер, там и меня знакомый хирургом работает, позвал подежурить, — состряпал я быстренько правдоподобную историю. — А здесь самая короткая дорога.

— Вот и я здесь хожу, потому что эта дорога самая короткая. Просто из-за сегодняшней затянувшейся лекции пришлось идти, когда начало темнеть, вот и случилось то, что случилось. Обычно здесь спокойно.

— Ничего себе спокойно! — запылал я праведным гневом. — Четыре головореза на одну девушку. Когда стемнеет, нужно ходить по хорошо освещенным, людным улицам, а не по подворотням.

— Да я живу тут рядом, а обходить в пять раз дальше, поэтому и пробегаю тут быстренько. До сегодняшнего дня все было хорошо. — Тут Ирина замолчала, уставившись в землю. — Спасибо тебе, я бы этого не перенесла, — сказала она тихим голосом.

— Забудь, — прервал я уходящую в самокопание девушку. — Пойдемте лучше отсюда, это не самое хорошее место для беседы. Пойдемте, пойдемте, — поторопил я вновь загрустившую Ирину, легонько беря ее за плечо. Девушка не сопротивлялась. — Я провожу вас до дома, что-то страшновато оставлять одну после такого.

После того как мы покинули переулок и прошли десяток метров, я остановился, не зная дороги.

— Куда идти?

Ирина посмотрела на меня, выражение лица у нее вновь было осмысленное, затем, слегка улыбнувшись, взяла меня за руку, ее плечо к тому времени я уже отпустил, и куда-то повела.

— Радислав ты меня извини, я сильно растерялась, со мной такое впервые. Да, приставали, предлагали всякую гадость, даже угрожали, но такое — действительно впервые. Еще раз спасибо! И, пожалуйста, не выкай, мы с тобой ровесники. — В этот момент я чуть не засмеялся, ха, ровесника себе нашла, столетнего мужика. — Так что давай на ты.

Впереди показался новый дом из разноцветного кирпича. Высокий забор и ворота с охраной позволяли отнести его к элитному. Судя по-всему, к нему мы и направлялись, держась за руки.

— А вот и мой дом. Я же говорила, живу недалеко.

Я не стал лукавить и спросил Иру в лоб:

— Судя по этому дому, девушка ты не бедная, почему же нет личной машины, или скажем водителя?

— Водитель мне на фиг не нужен, очередной потенциальный ухажер, а права я получила сразу после восемнадцатилетия. Папа мне машину подарил, она там, около дома стоит. А если честно, ездить я не очень люблю, да и воображать перед одногруппниками не хочется, наверняка московской выскочкой назовут.

— Вот глупости, какие. Между прочим, у нас полпотока дети богатеев, многие вообще учатся платно, просто не все еще правами обзавелись, а то давно бы разъезжали на тачках.

— А у тебя машина есть?

— Есть, дядя подарил.

— Что же не ездишь на ней, а?

— Тоже прав нет, — нашелся я, — не охота еще и а автошколе учиться.

— Зря, надо учиться!

— Знаю, уже записался, через две недели начну, — врал я на ходу. — Вот мы и у твоего дома, за ворота меня, наверное, без пропуска не пустят.