Рыжий рыцарь - Андрей Белянин

После второй порки Щур сидел у себя в лаборатории мрачный, как грозовая туча. Светлых мыслей в голове не было, все – сплошь темные! Сначала получить кнута по приказу Королевы, причем за то, в чем и близко виноват не был. Потом отведать плети ее шибко умного сыночка, опять-таки непонятно в честь чего! Не то чтобы Щур очень уж страдал от такой несправедливости. Он слишком хорошо знал, кому служить и что за это можно ждать. Наказание – вещь вполне закономерная. Однако ведь были же и награды. Редкие, но весомые. Почему же не потерпеть иной разок… Карлика более всего бесила бесчисленность данных побоев. Ни Королева, ни Валет не получили от этого удовлетворения, они прекрасно осознавали, что плеть нигде, никогда и ничего не решала. Да, поступить иначе они тоже не могли, но все-таки… Щур, как никто другой, понимал, насколько необходим сейчас хотя бы маленький успех. Нужно было нанести по этому зловреднейшему Нэду Гамильтону такой удар, чтобы Королева просто зааплодировала. Нужно было найти эту подлую девчонку, притащить сюда и, как половую тряпку, бросить к ногам принца. Хотя нет, бросать под ноги Валету половые тряпки было бы небезопасно. Самое главное – дворцовый маг отлично знал, в каком мире они скрываются. Он уже посылал туда черных всадников Мальдорора и вполне мог бы отправить по следу коварных врагов свою лучшую нечисть. По крайней мере ту, которая еще осталась. Однако чем больше он об этом думал, чем четче представлял себе сладостные картины пленения Нэда и Илоны, тем явственнее вставал перед его внутренним взором полный укоризны образ Валеры Люстрицкого. Карлик попытался уверить себя, что Могучий Воин – это, несомненно, страшный враг, который без сожаления убьет его при ином повороте Игры, но… Добрые глаза Валеры казались такими близкими, в них было столько любви и всепрощения.

Дарья Кондакова изо всех сил пыталась впихнуть Бреду бутерброд с вареньем, она почему-то считала, что лошади их очень любят. Уже полчаса, как неизвестно куда исчезли эти странные ребята (так и не взяв ее с собой), а забытый ими в палисаднике здоровенный черный конь ни в какую не соглашался с ней дружить. Бедная девушка перепробовала все: ржаной хлеб, пилёный сахар, соленые сухарики, тайком оборванные у мамы три листа фиалки, свежую луковицу – все бесполезно! Эта благородная зануда только презрительно вскидывала голову, даже не глядя на предложенное угощение, и нахально перемигивалась с соседскими ребятишками.

– Ты будешь есть или нет?! Это же калорийный бутерброд с самым лучшим вишневым вареньем! Ну и что, что засахарилось? Взял… вот умница. Дай поглажу! А косточки, между прочим, и выплюнуть можно… Да не в меня-а-а!!!

Язвительный Бред закончил обстрел и аккуратно положил к ногам девушки нетронутый хлеб, правда, уже без варенья. Даша уперла руки в бока, грозно наморщила нос, но… в эту минуту из-за угла дома вышла необычно одетая троица. Средневековый рыцарь в поцарапанной кольчуге, с дырами на белом плаще, с длинным мечом на поясе. Деловитая девица в белой тунике, сандалиях с длинными римскими ремешками, она шла, дирижируя то ли иглой, то ли спицей. Молодой человек с вихляющейся походкой, облаченный в какое-то невнятное подобие кухонной утвари и волочащий за собой длинную двуручную пилу. Дочь практикующего астролога торопливо протерла очки. Нэда Гамильтона она конечно же узнала тут же, Илону – в два приема, а вот поверить в то, что третий – это тихий интеллигент Валера Люстрицкий, удалось не сразу. Когда в Дашиной головке четко сформировалось понимание того, кто перед ней, она кинулась им навстречу с распахнутыми объятьями. Нэд удачно миновал их, на полном ходу бросившись на шею верного друга. Черный конь ткнулся плюшевым храпом в плечо хозяина, и в его глазах блеснули слезы, а может, это только показалось.

– Ребята, где вы были?! Я же тут… одна, как сиротка какая… целых полчаса уже!

– Полчаса?! – не поверил Валера.

– Ну да! А где вы были, были-то вы где, а?

– Без комментариев! – жестким журналистским тоном заявила Илона. – На все про все уложились в тридцать две минуты. Не рекорд, но время очень приличное. Ты уж извини, зайка, но нас мама ждет. А этого рыцаря синюшного вообще родители второй день со всеми собаками ищут. Так что мы спешим.

– А… а я? – затаила дыхание бедная Даша. – А мне нельзя… с вами?

– Не сегодня! – Илона сурово похлопала ее по плечу. – На, настоящая игла для пыток из параллельного мира, сувенир. Мальчишки, пошли домой, я буквально с ног валюсь.

Даша резко развернулась и опрометью бросилась к своему подъезду.

– Дорогуша, ты, кажется, ее обидела.

– Я очень старалась! – огрызнулась путешественница во времени. – Мало я одна там пережила! А она – натура лирическая, на флейте играет, ей же с нами и пяти минут не выжить.

Люстрицкий задумчиво вздохнул, кивком опытного морского волка подтверждая правоту фронтовой подруги. Рыжий рыцарь шагнул к ним, держа коня под уздцы:

– Юная леди убежала не попрощавшись?

– Увы, теперешняя молодежь окончательно теряет манеры. Приличие, воспитанность, такт, этикет – где вы? Не будем осуждать девочку слишком строго, она моложе меня года на два, не больше.

– Да… критика молодости есть первый признак старости, – весомо подтвердил Валера, пока Нэд помогал Илоне забраться в седло. – Мужчины идут пешком? Замечательно! Я так соскучился по нашему милому городу.

– Очень трогательно. Ты бы лучше рассказал нам, как ухитрился забраться в мое подвенечное платье? Валерыч, я с тебя косею – оно мне впритык!

Вплоть до самого дома, смеясь и перебивая друг друга, они шумно обсуждали, как именно вежливый Валера стал Благословенной Невестой. Потом была долгая и печальная повесть о путешествии сэра Люстрицкого в замок Мальдорор, о его знакомстве с Щуром, о бегстве из темницы и очень своевременном появлении во дворце Вшивамбапшипутры. Нэд верил всему, Илона проявляла язвительный скептицизм, скорее из вредности, на самом деле она отлично понимала, что Валерка не врет. Потом настала очередь рыжего рыцаря. Геройский крестоносец рассказал, как он выбрался из глубокого канализационного люка, как его нашла колдунья Рада, какими усилиями она его спасла и вернула к жизни. Нэд описал захват катакомб, несчастных людей, годами томившихся в заключении, и их отчаянный бой с оголтелыми фанатиками «Обновленного Мира». Илона издевалась над его рассказом не меньше, хотя в горле у нее стоял ком, а глаза предательски блестели. Валера, тот и не скрывал сентиментальных слез, промокая их уголком синего банта, по-прежнему красовавшегося на его шлеме. Леди Щербатова, она же Благословенная (или Склочная) Невеста, тоже поведала друзьям о своей жаркой ночи в постели перезрелого Пророка, в качестве доказательства продемонстрировав памятную вилку. Она до сих пор не понимала, как это умудрилась оставить озабоченного старца в живых, хотя никогда на свете никого не хотела убить с такой каннибальской страстью. Потом еще было бегство в зал, невольная авантюра с внезапно возникшим Валерой и честная борьба со злым египетским жрецом, вплоть до подхода войска Белого Рыцаря. Вшивамбапшипутра, как вы помните, получил по заслугам, а вот Аршубанапулу, вполне возможно, и удалось смыться… Единственное, о чем сожалели все трое, – в общей суматохе им не удалось попрощаться с Радой. Черный чугун своевольно переместил их, не позволив соблюсти все формальности.

Уже на подходе к родительскому дому их нагнала легковая машина, за рулем сидел Николай Степанович, папа Илоны. Деликатно отложив все расспросы на потом, он поздравил друзей с возвращением, еще раз напомнил Валере, как его ждут, и предупредил, что коня на ночь можно оставить в гараже, машину он припаркует на платной автостоянке. Рыжий рыцарь очень этому удивился и предложил никому ничего не платить, а просто оставить машину рядом – Бред о ней позаботится. Илона согласилась, что этот конь действительно способен осуществлять функции сторожевой собаки, но перебарщивать тоже не надо… На стоянке автомобилю все-таки будет уютнее и спокойнее.

Торжественный въезд героев во двор сопровождался визгом детей и стоном старух.

– Господи, как же я, оказывается, соскучилась по дому.

– Я тоже, леди Илона.

– А почему таким грустным тоном?

Рыжий рыцарь не ответил. Опустил голову и первым шагнул в прохладную темноту подъезда.

Королева строила новые планы. Валет разбирал добычу последней Охоты. Черные всадники удачно разграбили восточный караван: такого количества разнообразного товара они не брали уже давно. Обычно кронпринц мало интересовался подобными трофеями (обитатели замка вообще считали их законной данью), но в этот раз были захвачены книги. Валет был вдвое опаснее своей матери именно потому, что впитывал знания, как губка, при каждом удобном случае пополняя свою библиотеку редкими рукописями и фолиантами.