Не оглядывайся - Дебра Уэбб

в эти минуты и относилась как к ребенку. — Ты ни в чем не виновата. Я тебя знаю и верю тебе. Мне нужно, чтобы ты доверяла мне.

— А что, если я это сделала? — Она снова рухнула на диван. — Вдруг я случайно ее толкнула?

Керри почувствовала страх. Буквально кровь леденела в венах.

— Думаешь, ты ее толкнула?

Тори покачала головой.

— Нет. Зато другие думают.

— Иногда люди могут приносить другим боль, если в чем-то не уверены. Они боятся и ищут, на кого можно свалить вину.

Тори потерла лицо руками, а затем сжала их на коленях.

— Просто я… у меня такое ощущение, что я не могу вспомнить. Это меня пугает.

Керри притянула ее поближе, обняла и очень старалась, чтобы слезы не вылились из-под ресниц.

— Иногда я тоже боюсь, моя дорогая. Мы с этим разберемся. Обещаю.

Тори немного отодвинулась и посмотрела матери в глаза.

— Надеюсь.

— В тот день Элис приносила из дома печенье или какие-нибудь снеки? — спросила Керри.

Тори нахмурилась. Дочь попыталась сосредоточиться.

— Не могу вспомнить. Возможно. Она часто так делала. Элис говорит, что тетя очень старается заменить ей мать.

— Подумай, — попросила Керри. — Если что-то вспомнишь, дай мне знать, хорошо? Это может быть важно.

— Хорошо, — кивнула Тори.

Послышался дверной звонок. Керри улыбнулась.

— Пошли. Еду привезли. Потом можем съесть мороженое.

— С М&M’s?

— Конечно.

Керри хотелось, чтобы мороженое и М&M’s улучшили положение дел.

Она сомневалась, что даже еда может это сделать, но отказывалась прекращать попытки.

20

21:00

Бар «У Фонфона» Одиннадцатая авеню, Юг Бирмингем

Мейсон сидел у барной стойки. Он выбрал идеальное место, чтобы следить за входом.

Лилэнд Уолш попросил о неофициальной встрече с глазу на глаз. Мейсон не имел ничего против, чтобы уделить Лилэнду несколько минут времени. В конце концов, Уолш потерял сына. Вероятно, он хотел обсудить эту проблему.

Если Лилэнд попросил о встрече по той же причине, что и она, то говорить особо не о чем. На этот момент у него не появилось ничего нового, связанного с расследованием. По крайней мере такого, что захотел бы услышать этот человек.

Уолш вошел в бар и огляделся. Мейсон не удосужился поднять руку и привлечь его внимание к барной стойке. Мейсона к Уолшу приведет администратор. Мейсон дал ей хорошие чаевые, чтобы она сделала именно так.

Уолш заметил Мейсона и направился к нему. Мейсон выяснил про Лилэнда Уолша все, что смог. Его юридическая контора была безжалостна, агрессивна и бескомпромиссна, если речь шла о битвах в зале суда. Он привык побеждать и к тому, что все вокруг без вопросов выполняют требования начальника. Хотя Мейсон никогда раньше не встречался с ним лично, он знал людей такого типа. Они считали, что правят своим куском мира. Любого, кто встанет у них на пути, нужно убирать любыми способами, какие только потребуются.

— Агент Кросс. — Уолш приблизился к месту, где сидел Мейсон и протянул руку.

— Мистер Уолш. — Мейсон пожал руку и кивнул на соседний табурет. — Пожалуйста, присоединяйтесь ко мне. Я закажу вам выпить.

Уолш опустился на табурет.

— Бурбон. Неразбавленный.

Мейсон подозвал бармена и сделал заказ. Когда тот принес бурбон, он начал разговор. Мужчина только повторил соболезнования, сказанные после совещания спецгруппы:

— Я искренне вам сочувствую. Такая потеря.

Уолш кивнул.

— Да, потеря ужасная. — Он осушил стакан. — Я знал про отличительную черту Эшера. — Уолш повернулся к Мейсону. — Если он принимал решение что-то сделать, его ничто не могло остановить. К несчастью, именно такой подход мог привести к смерти моего сына.

Мейсон понимающе кивнул.

— У меня точно такая же дочь. Изменить ее решение невозможно после того, как она его приняла. — Мейсон показал на опустевший стакан. — Вам повторить?

Уолш накрыл стакан рукой.

— Не буду тратить ваше время, агент Кросс. Я хочу, чтобы расследование убийства моего сына было закончено как можно быстрее.

Мейсон смотрел в стакан какое-то время и подумывал, не выплеснуть ли содержимое в физиономию Уолшу, но решил немного повременить. Где он уже это слышал? Такие слова еще раз указывали, какие все стали нервные.

— Уверяю вас: я делаю все, что в моих силах, лишь бы побыстрее его закрыть.

— Я видел отчет о патологоанатомическом исследовании. Я не хочу, чтобы эта информация стала достоянием общественности. Моя жена уже и так в отчаянии. Вдруг ей станет еще тяжелее из-за информации о кокаине?

Странно. Мейсон ожидал от Уолша уверений, что его сын никогда не использовал наркотики. Может, он переоценил горе Уолша. Или, вероятно, его желание защитить репутацию семьи перевешивало горе.

— Возможно, отчет станет одним из доказательств, если будет суд. Я никак не могу контролировать, что окружной прокурор делает с уликами. Хотя судебного процесса я не жду.

— И госпожа мэр, и начальник Управления полиции заверили меня, что вы разберетесь с ситуацией, — сообщил Уолш. — Мне требуются и ваши личные заверения.

Почему Мейсон не удивился? Конечно, сильные мира сего выступили с заверениями.

— Сделаю все, что смогу, — сказал Мейсон.

— Спасибо за бурбон.

Уолш соскользнул с табурета и ушел.

Мейсон всегда гордился тем, что держит руку на пульсе происходящего на его «участке». Теперь он начал подозревать какие-то странности.

Здесь что-то гораздо серьезнее, чем он ожидал.

21

Третий сеанс

Три года назад

Доктор Холден начинает сеанс с обычной процедуры подготовки к регрессионной терапии.

— Сэди, это наш третий сеанс. Во время предыдущего сеанса мы возвращались в тридцать первое октября. Устраивалась вечеринка, на которую приехал какой-то важный гость. Мы можем поподробнее обсудить тот вечер?

Молчание.

— Если мы не будем продвигаться вперед, то никогда не доберемся до утраченных вами воспоминаний.

— Что-то пошло не так в тот вечер.

Ее голос звучит слишком тихо и слишком жалобно. Сэди жесткая, трезвомыслящая, черствая и неукротимая… как и ее отец. Но это ее голос. Без вопросов.

— Объясните, что имеете в виду. В каком смысле не так?

— Я чувствовала себя странно, словно приняла какую-то дурь. Наверное, кто-то что-то подмешал мне в стакан. В один момент мне даже пришлось поставить стакан на ближайший стол и ухватиться за него, чтобы не упасть. Комната кружилась перед глазами, и в глазах потемнело.

— Вы потеряли сознание?

Молчание.

— Вы должны произносить ваши ответы вслух, Сэди. Недостаточно кивать или качать головой.

— Нет. Сначала нет. Я пошла в ванную. Вымыла лицо и оглядела себя в зеркале. Мне казалось, что на мое лицо один за другим наплывают дикие образы. Вероятно, я видела маски, которые некоторые люди надели на ту вечеринку.