Девять поводов влюбиться - Сола Рэйн

словно затянуло туманом – и только необыкновенно яркие, острые ощущения. Даже с Артуром никогда не было ничего подобного, когда каждое прикосновение, каждое его движение отзывалось во всем ее теле, взрывалось в голове ослепительным фейерверком, от которого на глазах выступали слезы.

Элис пришла в себя на кровати рядом со спящим парнем, о котором ничего не знала – только имя, да и то не факт, что настоящее. В голове все еще не прояснилось окончательно, а от воспоминания о недавних ласках по телу прошла дрожь. Неужели не врут все эти глупые романы, уверяющие, что самый яркий секс бывает именно с незнакомцем?! Кто бы мог предположить, что это так необычно, так охренительно!..

Он безмятежно спал, положив на нее руку, а Элис тем временем почувствовала смущение. Из окна уже брызгал еще скудный утренний свет. Вот-вот и настанет тот неловкий момент, когда парень откроет глаза и нужно будет посмотреть в лицо партнеру по случайному сексу. Интересно, он вызовет ей такси или просто выставит ее за дверь?.. Как это вообще бывает?.. «Спасибо, милая, я позвоню»?

Девушка осторожно высвободилась из-под руки и встала с кровати… Так, Ник еще крепко спит. Отлично. Нужно тихо уйти – и никаких неловких моментов. Они просто никогда больше не встретятся… Она быстро оглядела аскетично обставленную комнату – не похоже на постоянное жилище, скорее временное, вероятно, съемное: единственной дорогой вещью казался большой серебристый ноутбук на столе. Элис, стараясь не шуметь, принялась собирать разбросанную на полу одежду, натянула джинсы и вдруг увидела под столом лист с распечатанным фото… На траве лежит девушка со странно запрокинутой головой и искаженным от муки лицом. Явно мертвая девушка… И это не постановочное фото любителей темной эстетики. Она могла бы поручиться, что фотография подлинная.

Элис ощутила, как в животе появился колкий ледяной ком. Она медленно распрямилась, все еще полуодетая, и уставилась на тумбочку, где белой стороной вверх лежали еще несколько листов. Перевернув первый, она увидела уже другую девушку. И тоже несомненно мертвую. Дышать стало трудно.

Скрипнула кровать, и Элис едва удержалась от вопля. Она замерла, вся сжалась, ожидая, что вот сейчас до нее дотронутся чужие руки, и вот тогда она точно закричит так громко, что перебудит половину сонного города… Но ничего не происходило… Секунды казались свинцовыми каплями, бьющими прямо в висок. Говорят, была страшная пытка, когда заключенного помещали под медленно капающую воду, которая постепенно, очень постепенно пробивала его череп. Девушка медленно повернула голову к кровати. Ее случайный партнер по сексу просто перевернулся во сне на бок. Его глаза были по-прежнему закрыты, а дыхание казалось ровным.

Элис выдохнула и тут же закусила губу, боясь, что его может разбудить любой пустяк. Господи, выходит, это совершенно разные вещи: знать о существовании маньяка и думать, что и так готова умереть, это только принесет облегчение, – и вот так оказаться с ним в одной комнате… Как все меняется, когда смерть в самом буквальном смысле оказывается прямо у тебя за спиной.

Она огляделась, ища свой топ, и наконец увидела его у самой двери.

Так, всего лишь с десяток шагов – и Элис сможет выбраться. Мысли бешено крутились в голове. Если Ник проснется, можно сделать вид, будто она ничего не видела, ни о чем не подозревает… Просто решила уйти, чтобы избежать неловкости. А что, вполне себе нормальная причина.

Когда он собирался ее убить? Неужели прямо здесь, в квартире?.. Нет, скорее предложил бы проводить, завел куда-то в укромное место… В такой же переулок, где нашли убитую девушку. А может, и здесь. Сдавил бы руками шею так, что не пикнешь, – и все дела. Руки у него сильные, она только недавно в этом убедилась.

Элис медленно двинулась к двери, каждый миг ожидая услышать скрип кровати или, еще хуже, ощутить на шее чужие руки. Что, если этот человек умеет подкрадываться абсолютно неслышно?.. Судя по фото, на его совести уже не одна жертва. На миг Элис кольнуло чувство вины за то, что она оставила распечатки на своих местах. Наверное, следовало взять одну из них и предъявить полиции. Но она просто физически не могла этого сделать. Она не могла даже оглянуться, не то что сделать хотя бы шаг назад.

«Я скажу им, а они пусть сами его обыскивают, – думала девушка, еще на шаг приближаясь к цели. – Он, конечно, может уничтожить улики, если заподозрит, что я их видела… Да, он наверняка так и сделает… Но я могу поторопиться. Если полицейские мне поверят и нам повезет, мы можем застать его еще спящим… В любом случае, лучше уйти отсюда и привести подмогу, чем стать очередной жертвой».

Она схватила топ и только сейчас заметила на нем побуревшие брызги. Кажется, это следы от какого-то коктейля, но до того похоже на кровь, что мурашки пробивают. За спиной по-прежнему было тихо, и это еще сильнее напрягало Элис. Так бывает во всех этих глупых фильмах, когда играет закадровая, неслышная персонажам, тревожная музыка, а жертва погибает, находясь уже в одном-единственном шаге от спасения.

Тяжело, словно все ее тело стало свинцовым, Элис оглянулась, почти уже ожидая увидеть мужчину прямо за собой… Но нет – Ник по-прежнему спал, только, словно почувствовав ее взгляд, сонно пробормотал что-то.

Она поспешно отвернулась, прижала к груди топ, взялась за дверную ручку и медленно потянула ее на себя, молясь, чтобы не разбудить спящего. Когда дверь едва слышно скрипнула, Элис почувствовала, что у нее оборвалось сердце. Уже не думая о тишине, она распахнула створку и бросилась по коридору, на бегу натягивая топ. Рюкзак с карточками, косметикой и зонтиком так и остался где-то в комнате.

– Эй, ты куда? – послышалось вслед.

К счастью, лифт был не на их этаже, поэтому Элис просто бросилась вниз по старым сбитым многочисленными ногами ступенькам. Так быстро она не бегала никогда. Девушка слышала жужжание лифта и обрадовалась тому, что не стала на него надеяться.

Она выбежала на площадку первого этажа раньше, чем пришел лифт. К счастью, наружная дверь открывалась кнопкой, и Элис выскочила на еще пустую улицу. Здесь, ощутив на разгоряченной коже прохладный утренний ветерок, она почувствовала себя немного лучше. Но рано, рано еще радоваться. Ее преследователь наверняка уже рядом. Надо бежать. Но куда?! Она судорожно огляделась и вдруг увидела на углу дома знакомую фигуру. Господи, как же ей повезло! Это же их портье, который клеил ее у бара. Как его там… Хосе? Мануэль? Да какая разница!