Харка — сын вождя - Лизелотта Вельскопф-Генрих

Какой-то звук потревожил его. Рэд точно очнулся и раскрыл глаза. Не было сомнений, что где-то далеко в прерии заржала лошадь. Это могла быть и дикая лошадь, могла быть лошадь, потерявшая своего хозяина… Белого? Индейца? И Джим почувствовал себя счастливым оттого, что и ружье и провиант были при нем. Он мог двигаться куда угодно и не был ни с чем связан.

Он поспешил от ручья, облюбовал высокое дерево и осторожно, чтобы не качнуть ни одной ветки, забрался на него.

Проклятье! Дьявол их побери!

Вдалеке на севере была видна группа индейцев. Всадники еще казались маленькими, как муравьи, но их уже можно было сосчитать. Сорок воинов на лошадях и, видимо, около шестидесяти женщин и детей, тоже верхом. Скоро он смог различить, что по меньшей мере пятеро мужчин были с орлиными перьями. По-видимому — дакоты. Но такое количество вождей в небольшой группе?..

Четыре всадника спешились и скрылись в высокой траве. Рэд не сомневался, что это разведчики, которым поручено обследовать лес.

Пяльте ваши глаза, вострите уши! Рыжего Джима вам не найти! И Рэд продолжал неподвижно сидеть на дереве.

Индейцы в прерии замедлили движение. Джиму не было видно, возвратились разведчики или нет, но по поведению индейцев стало ясно, что они получили хорошие известия. Они снова перешли на галоп и быстро приближались к опушке леса. Вероятнее всего, они направлялись к тому месту, где весной располагался род Медведицы. Когда всадники поравнялись с деревом, где сидел Рэд, ему удалось рассмотреть индейца, едущего во главе колонны. Это был Татанка-Йотанка, или, как называли его англичане, Ситтинг Булл. Только такой встречи и недоставало Джиму!

Когда индейцы скрылись за деревьями, ему осталось лишь прислушиваться. Потрескивание сучьев под копытами коней было хорошо слышно в тишине леса. Потом и оно стихло. Джим увидел, как поднялась струйка дыма над кронами деревьев. Как он и предполагал, индейцы остановились там, где весной было стойбище рода Медведицы.

Сколько времени они тут пробудут, неизвестно. Надо уходить.

Проклятые, грязные индейцы!

Как только наступила ночь, Рэд спустился с дерева и направился к северу, стараясь как можно дальше отойти от индейцев. Нужно уходить на Найобреру, туда, где обосновался Беззубый. А уж там Джим узнает, что нового произошло за это время в Скалистых горах и в прериях.

Через несколько дней, когда большая часть горного массива была обойдена, он решил раздобыть лошадь. Это надо было ему не только для того, чтобы ускорить движение и сберечь силы. Он, Рыжий Джим, просто не мог попадаться людям на глаза без лошади. Мужчина без лошади — это жалкое зрелище. Он вызывает либо сожаление, либо подозрение. И то и другое было Джиму ни к чему. Люди должны были видеть его сильным, уверенным в себе. Только так можно всегда пользоваться уважением и достигать цели.

В северной части Блэк Хилса Джим наткнулся на следы кочующих охотников и ночью выкрал коня из пасущегося табуна. Конь был не особенно хорош, но на первый случай Рэд был удовлетворен и им.

По пути он обнаружил несколько троп, свидетельствующих, что здесь часто проходили дакоты. Но теперь он не опасался встречи с ними, так как владел языком дакотов настолько, что мог всегда встретить у них дружеский прием. Впрочем, ему не встречались больше ни индейцы, ни белые. По голой песчаной холмистой местности он приближался к Найобрере. Следы стали попадаться все чаще и чаще.

Рэд спустился в узкую ложбину, ведущую к реке. Все говорило здесь об оживленном движении, если слово «оживленный» можно было применить к этому уголку прерий. Следы шли тут в обоих направлениях, попадались и колеи от фургонов. Видимо, фактория Бена за несколько месяцев приобрела широкую известность.

Такое оживление не могло остаться не замеченным дакотами. Бен, наверное, договорился с ними и, возможно, поставляет дакотам оружие: томагавки, стальные ножи, старые ружья. Такой пройдоха, как Бен, сумеет со всеми договориться.

Рэд ехал не торопясь. Ложбина вывела его к реке, и перед ним открылись широкие луга. Он вброд переправился через Найобреру: было лето, и река распадалась на мелководные рукава, между которыми выступали широкие песчаные отмели. О, Бен оказался неплохим предпринимателем; Джим издалека заметил этого черноволосого, распоряжающегося группой хватких парней. На лугу, который весной, по всей видимости, заливался водой, было разбито много палаток. Вокруг лежали бревна, большею частью уже окоренные, и строился блокгауз. Слышалось визжание пил, какие-то окрики, ругань. Юго-западнее на голом песчаном холме располагались палатки индейцев: сиу-дакотов и шайенов, которые, видно, тут мирно уживались. На этих индейцах уже лежала печать знакомства с миром белого человека, это Рэд заметил издалека. Они были грязны и неряшливо одеты и, несомненно, успели уже хорошо познакомиться с бренди. Этим бренди, вероятнее всего, и торгует Бен, что-то незаметно у него обилия каких-нибудь других товаров.

Рэд тут же подумал, что ему лучше всего появиться в роли старого высокого покровителя. Эта роль соответствовала его характеру и удавалась ему лучше всего.

Подъехав поближе, он окликнул Бена:

— Хэлло, старый беззубый проныра!

Бен вынул изо рта трубку и плюнул.

— Эгей! Да это ты, бандит! Решил навестить старого друга?

— Ты обзавелся неплохим хозяйством, беззубый дружок! И все это благодаря мне. Ведь это я направил тебя сюда и дал хороший совет. Чем ты мне за это заплатишь?

— Лучше бы ты болтался где-нибудь в Канаде. Но уж раз ты здесь, давай выпьем!

— Для начала сойдет. Я готов.

Рэд соскочил с коня и отвел его туда, где трава казалась более сочной, в сторону от других животных. Стреножил его. Потом направился к Бену, посматривая на строящийся блокгауз, стены которого уже, пожалуй, достигли половины их будущей высоты.

— Черт возьми, Бен, откуда ты достал такие здоровые бревна?

— С неба упали.

— Да, похоже. Я вижу, ты нашел себе ловких парней.

— Без них дело не пойдет.

— Лесорубы и сплавщики?

— Сплавщики и лесорубы.

— Пошли. Ты мне дашь патронов для ружья, и уж коли ты торговец, так калибр определишь сам.

Бен бросил взгляд на ружье.

— Этого калибра у меня нет.

Рэд сжал губы.

— Бен, я сказал тебе, и давай без лишних разговоров, нечего зря разевать беззубый рот. Ты дашь то, что мне нужно. И у тебя есть патроны. Я не хотел бы стать твоим врагом здесь, на границе.

Бен проворчал что-то невнятное, потом пожевал губами, произнес:

— Ну, пошли.

Оба вошли в одну из палаток. Там штабелями стояли маленькие цинковые коробки.