Адские конструкции - Филип Рив

— Вот же Рен, видите? — тыкал пальцем Селедка. — Видите? Вот, теперь вы знаете, что у нее все в порядке. У нее хорошая жизнь, в рабынях-горничных на Облаке-9, все говорят! Смотрите: костюмчик нарядный, причесочка, все как надо!

— На Облаке-9? Рен там? — Тому вспомнилось нечто похожее на парящий в воздухе дворец, который видел в городе. Он нагнулся и положил руку на плечо Селедке: — Послушай, ты можешь разыскать мою жену и сказать ей, где находится Рен?

— Ту тетку со шрамом? — с возмущением сказал мальчик, высвобождая плечо. На лице его отразилось негодование и страх. — И она здесь?

— Да, она в Брайтоне. Мы приехали вместе. Лицо Селедки покрылось пятнами, руки задрожали.

— Я и близко к ней не подойду! Она злющая, эта тетка! Убила и Гаргла, и Ремору, и меня бы укокошила, если б смогла. Это из-за нее мне пришлось утащить с собой Рен! Я не хотел, но ведь она бы меня укокошила по-другому!

— Я уверен, Эстер действовала так, как диктовали обстоятельства, — немного смущенно проговорил Том, потому что вовсе не был уверен в этом. — Случай трагический, но…

— Она злющая, — мрачно настаивал Селедка. — И вы злющий, раз с ней якшаетесь. Хоть, может, и думаете о себе по-другому…

— И тем не менее ты же принес мне эту газету, — возразил Том. — Ты хороший, раз умеешь чувствовать добро, Селедка. — Он улыбнулся мальчишке, который подозрительно разглядывал сидящего перед ним мужчину. Тому стало жаль его. Малыша столько раз обманывали и обижали в жизни, что он потянулся душой к первому же взрослому, проявившему к нему хоть какую-то доброту, пусть им оказался даже Набиско Шкин. Том подумал, как хорошо было бы забрать мальчика из этого бесчеловечного города в благословенную Вин-ляндию, где у него появилась бы возможность нормально расти вместе с детьми, увезенными Фрейей из Гримсби.

— Селедка, ты поможешь мне выбраться на волю?

— Можете не подлизываться! — ответил мальчик. — Мистер Шкин убьет меня за это!

— У мистера Шкина руки коротки. Я заберу тебя с собой, если захочешь. Разыщем Рен и Эстер, и все вместе рванем отсюда!

— Рванем куда? Гримсби больше нет. У меня здесь хорошая работа. С какой стати я брошу ее?

— Найдешь другую! Мы тебя высадим, где только пожелаешь. А хочешь, возьмем тебя с собой в Ан-коридж-Винляндский и будем жить все вместе?

— Жить вместе с вами? — переспросил Селедка. Глаза у него округлились и засияли, как лампа на потолке. — Это как… как семья, что ли?

— Только если ты сам этого пожелаешь! — заверил его Том.

Селедка громко сглотнул. Вообще-то у него в мыслях не было ехать куда-то вместе с Эстер. Эта женщина осуждена им, Селедкой, к смерти, и в один прекрасный день он намерен привести в исполнение свой приговор, ведь поклялся же! Однако Том ему очень нравился. Том казался добрым, даже добрее, чем мистер Шкин. И Рен добрая, хоть это из-за нее он попался в брайтонскую ловушку. Вот с Томом и Рен хорошо бы пожить!

— Ладно, — произнес он вслух и тут же оглянулся на дверь — не подслушивают ли! — Ладно. Раз сами приглашаете…

По коридору разнесся резкий, пронзительный сигнал электрического звонка, заставив Тома и Селедку вздрогнуть. Захлопали двери, по металлическому полу затопали ботинки. Селедка выхватил обрывок газеты из руки Тома, кинулся прочь из камеры, затворил и запер дверь. Том вскочил с койки, подбежал к двери и посмотрел в небольшое зарешеченное отверстие в самом верху, но с такой высоты ничего не разглядел. Звонок трещал и надрывался. В дальнем конце коридора послышались выкрики, кто-то еще пробежал мимо. Вдруг раздался внезапный, бьющий по ушам выстрел, еще один. Кто-то завизжал от боли.

— Селедка! — громко позвал Том.

Снова выстрелили, совсем близко, потом в коридоре прозвучал крик Эстер:

— Том! Том!

— Сюда! Здесь! — откликнулся он, и через мгновение ее закрытое вуалью лицо появилось в зарешеченном отверстии.

— Твою записку получила, — бросила Эстер, и Том поскорее убрался в сторону, когда «шаденфройде» начал дырявить дверь вокруг замка. Под ударом ее ноги дверь распахнулась.

— Где Селедка? — спросил Том. — Ты его не задела? Только минуту назад был здесь! У него фотография! Рен на Облаке-9!

Эстер подняла вуаль и быстро поцеловала его. От нее пахло порохом, а дорогое, некрасивое лицо раскраснелось от возбуждения.

— Заткнись и беги, — выдохнула она.

Он побежал, не обращая внимания на колющие приступы боли в груди. Сразу за дверью камеры коридор круто поворачивал. Двое убитых лежали в углу, ни тот ни другой не был Селедкой. Том осторожно переступил через трупы и поспешил за женой вверх по какой-то лестнице, на которой тоже лежали мертвые тела. В воздухе висел пороховой дым. Откуда-то снизу, из-под ног, доносились крики и визг.

— Постой, слышишь? — окликнул он. — Что там происходит?

Эстер обернулась с широкой ухмылкой:

— Кто-то выпустил на свободу Пропащих Мальчишек! Как неосторожно, правда? Нам лучше выйти наружу через верхнюю дверь!

Все лампочки внезапно погасли. Том с разбегу натолкнулся на Эстер, та помогла ему удержаться на ногах и сказала очень спокойным голосом:

— Стой, не дергайся.

В чернильно-непроглядной тьме сердце Тома успело отсчитать пять трепетных биений, после чего повсюду зажглись тускло-красные огни.

— Аварийный генератор, — пояснила Эстер. Том снова побежал вслед за ней через какие-то безлюдные офисы, где кроваво-красное освещение мерцало на латунных ручках картотечных ящиков и белоснежных клавишах пишущих машинок. Тут он вдруг заметил на Эстер новое пальто и стал думать, откуда оно у нее и куда делось старое. Том продолжал ломать голову над этими загадками, когда навстречу им выбежала группа служащих корпорации «Шкин».

— Ложись! — заорала Эстер, сбивая его с ног. — Я не вам! — добавила она, когда охранники, пригибаясь, бросились врассыпную в поисках укрытия.

Офис мгновенно заполнился ужасным грохотом, дымом и вспышками. Не у всех охранников имелись пистолеты, а те, что были вооружены, открыли беспорядочную стрельбу. Пули мгновенно изрешетили стену, разбили бачок с питьевой водой и взъерошили страницы календаря на письменном столе. Том забился за картотечный шкаф и смотрел, как Эстер прицельными выстрелами одного за другим снимала людей Шкина. Он не видел жену в бою с архангельскими охотниками, но всегда пытался представить, как ей надо было разозлиться, чтобы преодолеть страх перед многочисленными свирепыми бандитами. Однако теперь мог воочию наблюдать, что от нее веяло просто убийственной невозмутимостью. Когда патроны в барабане закончились, Эстер положила револьвер и убила последнего охранника ударом по голове пишущей машинкой, которая при этом весело тренькнула кареткой. Потом взяла револьвер и начала заряжать, и на лице ее играла улыбка. Том подумал, что никогда раньше не видел жену в таком хорошем настроении.

— Ты в порядке? — спросила она бодрым голосом, помогая ему подняться.

Том не был в порядке, но его так трясло, что он просто молча побежал вслед за Эстер вверх по еще одной лестнице и очутился в том же красивом вестибюле, где разговаривал с мисс Уимс. Сейчас ее стул пустовал, табличка на двери повернута наружу словом «Закрыто», часовой с внешней стороны входа исчез. Салют продолжал греметь и трещать над городом, посылая сквозь щели в занавесках розовые и изумрудные полосы света. Эстер выстрелила в замок на двери и распахнула ее. Том, проходя через зал, услышал в стороне чье-то испуганное, учащенное дыхание, а потом приглушенный плач.

Он встал на колени и заглянул под стол мисс Уимс.

На него смотрело бледное, искаженное ужасом лицо Селедки.

— Малыш, не бойся! — постарался успокоить его Том, когда тот пополз от него подальше в темень. Он показал Эстер рукой, чтобы не подходила, и выкрикнул: — Все нормально, это Селедка!

— Ну, так оставь его! — поторопила Эстер.

— Нельзя, — сказал Том. — Ребенок один, напуган. Он работал на Шкина, и если Пропащие Мальчишки найдут его, разорвут на кусочки! Я имел в виду в переносном смысле! — тут же добавил он, когда Селедка заскулил от страха.

— Сам виноват! — отрезала Эстер, нетерпеливо ожидая в дверном проеме. — Пошли, брось его!

— Но он сам пришел сказать мне, где Рен!

— Отлично! — уже сердито сказала Рен. — Теперь ты знаешь. Значит, он нам больше не нужен.

— Нет! — ответил ей Том несколько более резким тоном, чем хотелось. Нащупал под столом руку мальчика и выволок его наружу. — Он пойдет с нами! Я дал слово!

Эстер и Селедка на некоторое время уставились друг на друга, и Тому показалось, что сейчас она пристрелит малыша на месте. Но тут из глубин Перечницы донесся громогласный рев бунтарской ярости Пропащих Мальчишек, вступивших на тропу войны, и тогда Эстер сунула револьвер за пояс, вышла за дверь, придерживая ее, а Том вытащил из здания перепуганного насмерть, нетвердо стоящего на ногах Селедку. Они спускались по ступенькам на Олд-Стайн, когда оглушительные, сотрясающие все вокруг звуки разрывов эхом прокатились меж расположенными поблизости зданиями, а небо озарили ослепительные вспышки. «Когда я был маленький, — подумал Том, — салюты так громко не гремели». Он поднял голову и увидел, как над самыми крышами домов кружили жуткие белые воздушные корабли и из бронированных гондол поливали город ракетами.