Попаданка в Герцогиню (СИ) - Кайра Лайт

— Пустяки, — отмахнулась она. — Тебе и без того хватает забот. Что подводит меня ко второму пункту. — Она снова остановилась, и её взгляд стал пристальным, изучающим. — Ты сама, Елесиада… Ты — самая большая загадка во всей этой истории. Та робкая, бледная девочка, которую я помнила на придворных балах, прятавшая взгляд и едва сводившая концы с концами в светской беседе… и та женщина, что стоит передо мной сейчас, с горящими глазами, создающая целые миры из ничего… Вы словно две разные личности. И знаешь, вторая мне нравится несравненно больше. Ты нашла здесь, среди этих стен, саму себя. И я намерена сделать всё, чтобы ты её не потеряла.

Сначала от её слов я похолодела. Неужели она поняла, что в теле другая душа? Но потом, поняла, что нет. Она видит изменения, но не понимает их природу. Я чуть облегчённо не выдохнула, но вовремя сдержалась.

— И наконец, твой «отель», — она произнесла это слово с лёгкой, одобрительной усмешкой. — Это не просто удивительная затея. Это искусство. Это гениально. И было бы преступлением против хорошего вкуса позволить такому месту пустовать или довольствоваться редкими гостями.

Она повернулась ко мне, и в её глазах вспыхнули знакомые мне по прошлому вечеру искорки азарта.

— Поэтому отбрось всякие мысли о приглашениях и прочей суете, — она сделала изящный, широкий жест рукой, словно разбрасывая семена будущего успеха. — Я лично, в течение следующей недели, порекомендую твое заведение каждому, у кого есть уши, кошелёк и малейшие претензии на изысканность. Моей личной рекомендации, поверь, будет достаточно. Уверяю тебя, через две, максимум три недели, у тебя не будет отбоя от знатных гостей. Все, от герцогов до богатейших купцов, захотят пожить в твоих волшебных комнатах. Так что, моя дорогая, — она лукаво подмигнула мне, — готовься к наплыву. Серьёзному наплыву.

От этих слов у меня не просто закружилась голова — у меня перехватило дыхание. Наплыв гостей. Десятки, сотни людей. Шум, суета, ответственность. Это было и пугающе, и невероятно, до головокружения, волнующе. Но это именно то, к чему я стремилась. Мечта, которая ещё вчера казалась такой далёкой, вдруг обрела совершенно осязаемые, даже грозные черты.

Мы ещё долго гуляли, и королева расспрашивала меня о деталях, давала советы по управлению, делилась историями о придворных нравах. Это была не протокольная беседа монарха с подданной, а разговор двух женщин, нашедших неожиданный отклик друг в друге.

На следующее утро королева, сияющая и помолодевшая, словно после долгого отдыха, снова с наслаждением отведала завтрак от Гастона, лично поблагодарив смущённого парня и пообещав рассказать о нём королю.

— Я обязательно вернусь, — сказала она, прощаясь у уже готового портала в холле поместья. — Мне нужно лично проинспектировать, как поживает комната «Времена года» в своём зимнем убранстве. И, конечно, проследить, чтобы с учителем для Аннасиэль всё было в полном порядке.

Она обняла меня по-матерински, крепко и тепло, и, помахав на прощание собравшейся проводить её команде — Ариане, Рихарду, сияющему Гастону и другим, — шагнула в сияющий разлом. Портал схлопнулся с тихим шелестом, оставив в воздухе лишь лёгкую дрожь и запах озона.

Я осталась стоять одна во внезапно наступившей тишине огромного холла. Буря миновала. Испытание высочайшим уровнем было пройдено. И пройдено, судя по всему, на отлично.

Я медленно, очень медленно выдохнула, сбрасывая с плеч колоссальное напряжение последних дней. Тишина после бури была сладкой и гулкой. Но я отдавала себе отчёт, что это — недолгая передышка. Я закрыла глаза, и вместо пустых коридоров представила себе шумную толпу нарядных гостей, звон хрусталя в будущей столовой, смех, музыку, деловитую суету служанок и горничных.

Королева обещала наплыв. И я ей верила. Беспрекословно. Значит, пора было переходить от вдохновенного творчества к рутинной, но жизненно необходимой работе менеджера. Нужно было составлять графики, закупать провизию в промышленных масштабах, проводить инструктаж для слуг, продумывать систему бронирования…

Страх отступал, уступая место адреналину и жгучей решимости. Мы создали здесь волшебство. Теперь предстояло научиться им управлять. Мы были готовы. Почти. Но мы успеем. Мы обязаны были успеть.

Глава 51. Огненный финал

Два дня. Всего два дня отделяли нас от заезда первых гостей. Сорок восемь часов лихорадочной, бешеной подготовки, когда время сжималось в пружину, готовящуюся распрямиться. Бронь на наши волшебные номера, благодаря молниеносной молве, пущенной королевой, была расписана на три года вперёд. Мы падали с ног, но в воздухе витал пьянящий запах успеха.

Мы с Анной спали в домике для слуг — наш торжественный переезд в отремонтированные покои в самом поместье был запланирован на завтра. Я лежала, слушая ровное дыхание дочери, и впервые за долгое время чувствовала не зыбкую надежду, а уверенность. У нас всё получалось.

Сон навалился на меня тяжёлым, безразличным покрывалом. Я провалилась в него, как в бездну.

И вдруг... стало светло.

Слишком светло.

Даже сквозь сомкнутые веки я ощущала это — яростное, алое сияние, которое резало мозг. В мозгу, затуманенном усталостью, медленно крутилась одна мысль: «Ещё ночь... Почему так светло?..»

Сердце начало стучать чаще, нарастая до тревожного, глухого гула. Глаза не хотели открываться, веки были свинцовыми. Я с силой заставила их, заморгала в непроглядной тьме комнаты, и тут до меня донесся звук.

Треск. Низкий, зловещий, живой треск.

Я сорвалась с кровати и подбежала к окну.

И остолбенела.

Поместье горело.

Не тлело, не дымилось — оно пылало. Огромные, ядовито-оранжевые языки пламени вырывались из окон первого и второго этажа, лизали стены, взвивались к ночному небу, выжигая в нём багровые дыры. Искры фейерверком взлетали вверх, а дым, густой, чёрный, удушающий, стлался по земле. Это был не пожар. Это был кошмар. Ад, разверзшийся прямо посреди моей мечты. «Звёздная ночь», «Лесная чаща», «Тайная библиотека» — всё, во что мы вложили душу, всё, что королева назвала гениальным, пожирал безразличный огонь.

«Люди... Кто-то мог остаться... Дежурные... Рихард?..»

Мысль пронзила меня, как раскалённый клинок. Паника, дикая, всепоглощающая, парализовала на мгновение, а затем вырвалась наруху леденящим душу криком, в котором было всё — ужас, отчаяние и безумие.

Я не думала. Я была лишь инстинктом, кричащим о том, что там, в огне, могли быть люди. Мои люди.

Я бросилась к двери, вылетела на улицу, и волна адского жара ударила мне в лицо. Крики, беготня — кто-то из слуг с вёдрами воды, которые были смехотворно беспомощны перед этим