Шпион для Германии - Эрих Гимпель

Фон Остен навестил Л. Резидент передал майору кое-какие чертежи, планы и список доверенных лиц. Фон Остен положил все это в коричневый портфель. Л. взял такси, и они с майором поехали по городу.

На площади Таймс светофор показал красный свет. Они воспользовались этим, чтобы выйти из машины. Расплатившись, Л. пошел первым, за ним следовал фон Остен. В это время светофор переключился на зеленый свет, и спортивная машина, за рулем которой сидел подвыпивший водитель, вылетела как стрела прямо на Остена. Тот отпрыгнул в сторону, но попал под «кадиллак».

Удар! Крик! Сразу же стали собираться любопытные.

Л. действовал молниеносно. Выхватив у фон Остена из рук портфель, он скрылся в толкучке. Увидевшие это люди сообщили о его странном поведении в полицию.

Майора повезли в больницу, но по дороге он умер. Проверив его документы, полиция заподозрила неладное.

Эта нелепая случайность обошлась абверу в четырнадцать арестованных агентов. Имея описание Л., ФБР объявило его розыск, и через некоторое время он также был схвачен. На перекрестном допросе Л. сломался.

Таким образом, в 1941 году на площади Таймс в ход войны вмешались машины.

Для меня эта история должна была бы послужить предупреждением, но этого, однако, не случилось.

— Когда вы будете готовы, — сообщил мне сотрудник ФБР, — мистер Коннели примет вас в своем кабинете.

— Я уже готов, — ответил я.

Идти до кабинета было недалеко. А там меня уже поджидали трое фэбээровцев.

— Усаживайтесь поудобнее, — сказал Коннели, — вам предстоит долгий разговор.

Сев, я достал сигарету. Коннели бросил мне спичечный коробок. Зажигалку у меня изъяли, подтяжки пришлось снять, из ботинок были вытащены шнурки, за ними последовал и галстук: меры для предотвращения попытки самоубийства одинаковы во всем мире.

— Вы немец? — спросил Коннели. — Да.

— Вы назвались Эдвардом Грином? — Да.

— В нашем городе вы появлялись и как Джек Миллер?

— Да.

— В Америку вы прибыли нелегально пять недель тому назад?

— Да.

— На немецкой подводной лодке? — Да.

— Как фамилия командира подводной лодки?

— Я этого не знаю.

Коннели кивнул и произнес с иронией:

— Вы не знаете или просто не хотите сказать?

— Я не знаю, — повторил я.

— Считайте, что мы вам не верим, — усмехнулся Нельсон.

— А это как вам будет угодно.

— Хорошо, — продолжил Коннели, — вы агент абвера?

— Так точно.

— Там вы и получили специальную подготовку? — Да.

— А где конкретно?

— Этого я вам не скажу.

— Допустим.

Коннели встал и начать ходить по комнате.

— Моя задача заключается в том, чтобы во всем разобраться, — проговорил он после небольшой паузы. — И это все. Обращение с вами у нас будет хорошее, мы — не гестапо. И вообще-то я понимаю, что вы не хотите предать своих товарищей. Просто я выполняю свой долг, как сотрудник ФБР. Сев, он закурил сигарету.

— Мы, американцы, любим произносить речи, вот и я сказал несколько слов.

— Не имею ничего против.

— Какие задачи были у вас в Америке? Я ответил молчанием.

— Будете ли вы отрицать, что намеревались собирать информацию об американском военном производстве?

— Нет, — ответил я.

— Вы знаете, что это называется шпионажем?

— Да.

— Стало быть, вы не отрицаете, что являетесь шпионом?

— Нет.

— Но вы не намерены сообщить нам, какую информацию вам удалось уже собрать?

— Встречали ли вы шпиона, который рассказал бы вам об этом? — задал я встречный вопрос Коннели.

— О, — улыбнулся он, — у нас побывало уже немало дилетантов.

— Но я-то не дилетант.

Коннели в ответ громко рассмеялся.

— Мне, собственно, нечего вам рассказывать, — продолжил я. — Моя судьба не слишком интересует ни меня, ни вас… Я прибыл в Америку с неким гражданином вашей страны, но это для вас не новость. Других участников в этой операции не было. Моя задача заключалась в том, чтобы выяснить возможности американской военной промышленности. Попытка моя не удалась. Если вы будете задавать мне вопросы, касающиеся меня лично, я готов на них ответить. Вам и самим известно, что агент — всего лишь винтик, маленькая часть большого механизма, о котором сам он не имеет почти никакого представления.

Коннели согласно кивнул и тут же возразил:

— Но вы — не обычный агент. Вы работали на Германию еще в Перу. Тогда вы не имели, правда, никакого опыта и являлись, по сути дела, любителем. После этого вы прошли специальную подготовку и служили Канарису. И видимо, работали неплохо, так как вас перевели в Главное управление имперской безопасности. А это учреждение входит в систему СС. Так что теперь вы — один из опаснейших шпионов. Могу привести несколько примеров вашей деятельности в Испании. Если такого человека посылают за океан, то на это должны быть особые причины.

Мы перебрасывались вежливыми замечаниями, говоря только то, что хотели. Да и допрос был, по сути дела, не допросом, а беседой. Но в этом-то и заключалась опасность. ФБР вначале всегда действовало «мягкими» методами. Но придет время и «жестких», вот только когда? Когда начнется применение шумов, очень громкой музыки, яркого света ламп, грубых криков и избиения? Когда мне станут угрожать расстрелом, держа пистолет у моего виска? Когда будут обещать свободу в обмен на признание? Когда перейдут к описанию подробностей казни? А может, попробуют и сексуальный метод?

Всему свое время. Сегодня, наверное, еще не будут особо жать на меня. Скорее всего, это начнется завтра. Мне предъявят фотокарточку матери и станут угрожать расправой над семьей. О таком я был наслышан и знал, что молча выдержать подобные моральные истязания очень трудно.

Фэбээровцы менялись через каждые десять минут. Появились новые лица. Некоторые из сотрудников выглядели грубыми и жестокими, но все пока говорили вежливо, не повышая голоса. Ну уж нет, на «мягкие» методы я им не попадусь…

Мне принесли чашечку кофе. От беспрестанного курения пальцы мои стали желтыми. Над Нью-Йорком опустился утренний туман. Громко звонили новогодние колокола. Город просыпался, на улицах загремели молочные бидоны. Продавцы газет выкрикивали утренние новости. Горожане желали друг другу счастливого Нового года. Сохранившие еще веру в Бога отправлялись в церкви. Перебравшие накануне закусывали селедочкой. Те, кому не надо было спешить на работу, отсыпались.

— Назовите имена своих доверенных лиц в Америке!

— Для каких целей вам понадобилась такая огромная сумма денег?

— Скажите, с кем вы здесь вели переговоры, тогда сможете выспаться в течение двух дней.