Крутой секс - Дмитрий Стрешнев

— Бугор, — согласились гости. — Дракон семиэтажный. Понты не колотит.

— Ну, так что у нас еще? — спросил мэтр уже более непринужденным голосом, почти таким, как до визита шеф-повара. — Какие еще пожелания по меню? По программе?

— По программе — чтоб побольше баб смазливых. Чтобы глаз отдыхал! — оживились клиенты.

— Программа будет самая сексуальная, — сообщил мэтр. — Даже предусмотрен канкан.

— Вот-вот! Задубасьте как следует. Чтобы братва протащилась.

— Сделаем, — пообещал мэтр. — Братва… то есть, уважаемые гости, протащатся по полной.

Представители заказчика поднялись, явно испытывая облегчение от того, что все вопросы решены, и что не придется больше выслушивать разное фуфло про какие-нибудь блинчики-фламбе, бузаро-премиум на две и три персоны, авторские десерты или жареную спаржу.

— До скорой встречи! — попрощался с ними мэтр. — Будьте уверены: наш персонал окружит вас вниманием и заботой!

Как только в зале остались одни оперативники, с кухни снова появился генерал.

— Докладывайте!

— Ситуация штатная, товарищ генерал. Все идет по плану.

— М-да, — сказал Пегов, посмотрев на часы. — Времени осталось немного. Где же, черт возьми…

В этот момент к нему подбежал молодой официант, по званию явно не старше лейтенанта, и в волнении сообщил:

— Товарищ генерал… виноват, повар! Канкан прибыл!

— Наконец-то! — облегченно сказал Пегов и скомандовал — Запускайте всех через служебный вход!

Первой в зале появилась женщина отнюдь не канканного возраста, но с бодрой походкой и целеустремленным взглядом. Оказавшись перед генеральским колпаком, она замерла и отчеканила:

— Полковник Алтынова! Оперативная группа по обеспечению развлекательной программы в составе двадцати двух человек прибыла, товарищ генерал!

— Отлично! — сказал Арнольд Сергеевич Пегов.

— Давайте их сюда. Пусть срочно осваивают подиум… или как тут это у них называется.

Через минуту мимо генерала прошли музыканты, нагруженные гитарами, барабанами и всем прочим.

Увидев среди них знакомое лицо, Пегов назидательно заметил окружающим:

— Вот мы Гусева хотели уволить за то, что он в свободное от работы время в подвалах рок играет, а он пригодился! Внимательнее надо быть к кадрам!

Следом за музыкантами появился оперативный состав группы канкана. Все как один… виноват, как одна, уже были в сетчатых колготках и туфлях, на которых сверкали звезды.

Генерал довольно хмыкнул. Но тут же его взгляд омрачили раздумья.

— Олег Антонович, — обратился он к стоящему рядом другому фальшивому повару. — Как вы думаете, получится у нас? Клиенты требуют программу с крутым сексом. Что-то похожее сможем организовать исключительно силами МВД?

— Почему бы и нет, товарищ генерал? — оптимистически отозвался тот, к кому обращался Пегов. — Получится! Не зря две недели тренировались. Особенно, скажу я вам, хорош дуэт лесбиянок в исполнении майора Петровой и лейтенанта Ивановой…

— Стоп! — нахмурился генерал-Нельзя! Нам пришьют сексуальное приставание к подчиненному. Двух майоров поставьте. Или двух лейтенантов.

— Слушаюсь, — вздохнул Олег Антонович. — Под майора Петрову специально греческую тунику и гусарский кивер изготовили. Так что придется к ней теперь майора Тоцкую поставить… А жаль, у нас лейтенанты есть — пальчики оближешь!

— Ну, ладно, — решился Пегов. — Ставьте лейтенантов с майорами. Была не была! Беру все на себя. Музыкантам скажите: для начала пусть попилят что-нибудь классическое-нервическое. Но в целом — учтите: здесь соберутся сливки воровского мира страны, и мы не должны ударить лицом в грязь! «Мурка» должна звучать как «Мурка», а не как «Болеро»… Вон того трубача уберите — морда у него слишком пехотная… Проследите, чтобы девки на сцене выглядели как девки, а не как домохозяйки на конкурсе на приз администрации дома отдыха… Брать гостей будем в самый неожиданный момент. То есть, во время канкана. Автобусы с ОМОНом располагаются в квартале отсюда, к ним проведена трансляция из зала. Как только будет объявлен канкан, бойцы покидают расположение и выдвигаются к нам. Работу всех технических средств обеспечивает сам Михаил Черешнев, лучший специалист Управления. Недаром его прозвали Профессором…

Тут генерал заметил рядом с собой уже знакомого нам оперативника с мобильным телефоном в руке.

— Что там у тебя еще, Трубников?

— Я Рыбников… Он опять звонит.

— Кто?

— Зашибец.

— Надоел уже до тошноты! Пошли его куда подальше!

— Понял, — сказал Рыбников, нажимая на кнопку и отключая телефон.

40

— Значит, решено, — сказал Сева. — Один чемодан меняем на Катю, а два других сдаем Зашибцу. Кто против? Кто за?

— Я воздержался, — сказал Самокатов. — Впрочем, делайте, что хотите. О последствиях я вас предупредил. А они могут быть самыми разными.

— Надо срочно посоветоваться с Зашибцом! — воскликнул профессор. — Вы записали его номер, Всеволод?

Чикильдеев с досадой понял, что телефон Зашибца они так и не записали.

— Все равно он у него работает через раз, вы же помните! — оправдался он и спросил Самокатова:

— А вам Роман Степанович разве не дал свой телефон?

— Он давал, но я не взял. Не люблю связываться с милицией.

— Понятное дело! — сказал Сева, — Еще со школы помню, что наша интеллигенция с удовольствием только с революционерами якшается.

— Ничего! — бодро сказал профессор. — Первые три цифры телефона Зашибца мы уже вычислили: 503. А я, благодаря мнемонике, вспомнил еще одну!

— Ну, так не тяните.

— Она совпадает с годом, в котором очередным ша-ньюем кочевого народа гуннов стал Учжулю!

— Сколько же ненужной ерунды у вас в голове! И в каком году все это безобразие происходило?

— В восьмом году до рождества Христова! — торжественно сказал профессор. — Правда, я что-то не припоминаю, какая это цифра в номере Зашибца: четвертая или пятая.

— Неужели трудно было подобрать что-нибудь более практичное — из трех цифр или хотя бы из двух? — изумился Сева.

— Так получилось… Зато вторая цифра — число ног у карликовой многоножки Гофмана… У вас нет случайно в вашей библиотеке справочника по биологии? — спросил Аркадий Марксович Самокатова.

В это время Костик уже связался с Потерянным. В предчувствии удачи к нему вернулась его привычная развязность…

— Кирил Петрович, есть две новости: хорошая и плохая. Прямо как в одном анекдоте, когда жена звонит мужу и говорит: «Есть две новости, хорошая и плохая, с какой начать?». Муж говорит: «Начни с хорошей». Жена говорит: «Подушка безопасности сработала отлично». Я рассказал этот анекдот своему другу Ване Жеребцову, а он смотрит на меня, моргает, а потом спрашивает: «Ну, а плохая-то новость какая?».

Потерянный юмора не оценил.

— Не дергай за нервную струну. Че тилибонишь? Опять на нуле топчемся?

— Что вы, Кирилл Петрович! Наоборот! Полный дизайн, как вы говорите! Место назначено, стрелка забита.

— Ну? — потребовал подробностей Потерянный.

— Это одна новость. А другая: в тихом месте не удалось. Сева… то есть, сазан хочет встречаться в одном шалмане… ресторане, то есть.

— А типа точней?

— Место называется: «Это ел Пушкин». Потерянный отнял от уха телефон и спросил свою свиту:

— Шалман такой знаете: «Это, типа, жевал Пушкин»?

К его удивлению, свитские переглянулись и замялись. Их главарю это не понравилось.

— Ну? Чего темноту разводим?

— Да вот, Петрович… — сказал наконец самый смелый. — Дело в том, что в этой… в этом… большой сходняк. Как раз сегодня.

— А вы, псы конвойные, чего молчали?

— Огорчать не хотели. Тебя ведь не пригласили. Потом один из волков высказал мысль, ерзавшую в головах у всех остальных:

— А че это сазан выбрал место такое?

Повисла задумчивая пауза, в конце которой Потерянный решительно заявил:

— Ну и че — не звали? Ну и *! Возьму — и загляну чисто по-братски.

— А не форшманемся? — засомневались остальные.

Не отвечая, Потерянный поднес к уху телефон.

— Ты еще здесь, фуфлогон? А какой нам изюм от сазана? Подгоним тебе тачку и заберем чемодан. А бикса пусть гуляет — мы не против.

— Нет, — твердым голосом сказал Костик. — Дело принципа. У вас там свои понятия, а у меня здесь — свои. Сева должен получить Катю из рук в руки при вручении чемодана.

Потерянный насупился и мрачно бросил:

— Передай сазану: стрелка забита. потом вслух прикинул:

— Пробки, мать твою, то да се… и завершил:

— Пусть чрез час подгребает и нас дожидается. И чтобы без прессы и телевидения, мы люди скромные, по’л?

— А как насчет моей тачки? — спросил Костик. — Должна быть готова. И к ней — доверенность. На десять лет. С правом продажи. А то ни сазана, ни чемодана не получится.