Приглашение на смерть - Юлия Фёдоровна Ивлиева

случае, собираюсь. Если только он не передумает, – Вергасова невесело улыбнулась.

Аня засмеялась:

– Пожалуй, верно говорят. Отчасти… Ты ведьма.

– Неужели в Управлении так интересуются, поженимся мы или нет, – Кира хмыкнула. – Ну у некоторых есть интерес, понимаю. Но всем остальным-то?..

– Ставки делают, – призналась Аня. – Мы с Володей не участвуем, если что.

– И сколько дают за то, что поженимся? – Кира оторопело посмотрела на Аню, та закатила глаза.

– Один к пяти пока.

– Можно сорвать банк, – хохотнула Кира.

И от Ани не укрылось раздражение и грусть в голосе. Работая с Кирой, она тоже начинала немного разбираться в эмоциях других людей. Особенно если те их не очень скрывали.

Гостиницу они сняли недалеко от набережной, она оказалась неплохой, даже с бурлящим и играющим всеми цветами бассейном, из которого к вечеру повытаскивали детей. Девушки поглядели на него с тоской, и обе, выбрав сон, отправились по номерам.

Глава 16

Утром за завтраком Кира положила перед Аней свой телефон. Девушка тут же отвлеклась от милого воркования по мобильнику и попрощалась, видимо, с молодым мужем.

– Смотри. Это аккаунт Олеси Геннадьевой, нашей первой жертвы, а это Татьяны Кадниковой, ее подписчицы. От нее много комментариев под постами Олеси, – Кира говорила четко и подробно, чтобы Аня сразу уловила суть разговора.

Аня внимательно смотрела на фото. На одном красовались кексы с желтой присыпкой, на другом – чашка и пирожное. Она перелистала туда-сюда, глядя то на одно фото, то на другое.

– Они из одного кафе. Скатерть одинаковая и цветы в вазочке. Возможно, даже с одного столика. Вряд ли все скатерти лежат надписью по углам. А тут на обоих фото «бон аппети» написано почти на сгибе. Но время у фото разное, – поделилась Аня подробностями, которые заметила.

– Выложены в соцсеть в разное время, – с довольным видом кивнула Кира. – Но сделаны, скорее всего, в одно время. За окнами и там, и там светло. Татьяна просто выложила фото и пожелание приятного аппетита, а Олеся писала свое мнение по поводу выпечки – текст длинный, она его написала и пост выложила уже вечером.

– Ну сколько человек могли побывать за этим столиком условно при свете дня? – осторожно произнесла Аня, уже подозревая, что Кира нашла еще что-то.

Само по себе просмотреть соцсети активных подписчиц аккаунта про кулинарию с тысячами подписчиц казалось неподъемной задачей. Видимо, Вергасова не спала всю ночь.

– Посмотри на салфетку, – Кира ткнула ноготком в экран. – Это не символика кафе. Этот рисунок сделала Олеся. Обычной черной гелевой ручкой.

Скопление шариков разного размера, пара больших, и плотно примыкающие к ним маленькие шарики.

– Я уже видела этот рисунок на других фотографиях, – вспомнила Аня, открывая соцсеть Олеси Геннадьевой уже на своем телефоне. – У нее на фартуке такой же рисунок и на тетрадке…

– А еще ее сын так облака рисует. Я в ее доме видела, – просияла Кира.

– Сколько аккаунтов, связанных с Олесей Геннадьевой, ты просмотрела? У нее семьдесят тысяч подписчиков?

Кира пожала плечами.

– Не знаю, может, сто. Я выбирала только местные, тех, кто мог знать ее лично. А Таня даже комментирует в аккаунте рисунки сына Олеси. «Какой чудесный паровозик» или что-то там такое. То есть человек знал семью. Муж и свекровь сказали, что у нее не было подруг. Подруг, которых они знали, по всей видимости, не было. Но Олеся с Татьяной явно встречались. Ты дату их встречи посмотри.

– Семь месяцев назад, это за два с половиной месяца до убийства, – прикинула Аня. – Угу. И примерно в то время, когда Олеся сделала аборт. Надо поговорить с этой Татьяной. Сейчас найдем ее.

Аня открыла крышку ноутбука, с которым никогда не расставалась. Кира принялась за завтрак. За панорамным окном отеля раскинул голубые бурлящие воды теплый бассейн. На одном углу резвились дети, на другом – девушка в ярком купальнике изящно изгибалась, делая фото. Кира закусила губу. Если бы она была с Самбуровым, она бы уже плескалась в воде. Но Аня настраивала ее на рабочий лад. Они в командировке по делу. Никаких поблажек.

…Татьяна Кадникова визиту сотрудников правоохранительных органов не обрадовалась. На Киру и вовсе покосилась с подозрением и страхом, будто та сейчас из сумочки смирительную рубашку достанет.

Специалист по психопатологии ясно видела, что женщина сомневается, колеблется, ее мысли метались, меняя выражение лица. Что знакома с Олесей Геннадьевой, она признавать не хотела.

– Поверхностное интернетное знакомство. Она пекла булочки, я записывала рецепты, иногда делилась результатом, как получилось. Мне нравится готовить. Я на штук двадцать похожих аккаунтов подписана. Даже то, что мы живем в одном городе, узнала не сразу. Только когда разглядела знакомые кафе и магазины.

– Угу, – кивнула Кира. – И потом вы стали подругами?

– Какими подругами? С чего вы взяли? – неуверенно возразила женщина.

Кира не спешила давить. Ждала. Кадникова сомневающаяся, неуверенная, всего опасающаяся, с повышенной тревожностью. Она все сама расскажет. Надо дать немного времени, она сама себя накрутит и расскажет.

Татьяна нервно тыкала пальцем в экран мобильника, включая дисплей, смотрела на нем время, после этого поглядывала внутрь своей квартиры.

– Хорошо. Только не здесь. Муж спит. У него ночная работа, – полушепотом проговорила она. – Не знаю, чем могу помочь, но можем поговорить не здесь?

– Можем, – согласились Кира и Аня. Официального повода на чем-то настаивать у них все равно не было.

Девушки едва успели сесть за столик в кафе на первом этаже дома, как пришла Татьяна. Она спешила. Чтобы не тратить время на очередные отпирательства, Кира сразу показала фото из соцсети. Татьяна закатила глаза.

– Вы встречались. Как минимум хорошо знакомы. С посторонними людьми кофе вместе не пьют. И вы подписали: «В кафе с подругой», – уточнила Аня.

– А что я должна была написать? Это соцсеть! В кафе с кем-то? Подруги. Громко сказано… – возмущалась Татьяна. Впрочем, не слишком эмоционально. – Да, мы виделись несколько раз. В основном переписывались в сети, и всегда по поводу рецептов. У меня почти нет подруг. Когда я выяснила, что мы из одного города – Адлер не очень большой город, – я решила, что будет неплохо иногда пить кофе где-нибудь с типа «подругой». Ну так, по-девичьи о чем-нибудь разговаривать. Женская энергия и всякое такое. А Олеся хорошо пекла, всегда было, что обсудить. Она легкая, открытая. Могу показать переписку. В ней ничего такого нет.

Татьяна открыла личные сообщения, перемотала на чат с Олесей и показала следователю. Аня принялась фотографировать переписку.

– Почему вы не пришли в полицию, когда ее убили? Это было в новостях.